Обет безбрачия отринувший монах

И в мартовских боях велеискусный,

Келейник верный мой в мохнатых галунах,

Митрополичий кот по кличке Суслов!

Уж по ночам тебе не согревать

Венозных стоп моих, во сне урча и мрея,

На креслице в приёмной не взирать

С презрением на сельских иереев,

Уполномоченного, тряся, не встречать

Спиной, хвостом, будёнными усами,

И брюк джерси его не украшать

Надседыми линялыми власами.

Ушёл ты тихо в смерти естество,

Забившись старчески под дальний угол койки,

И окормлять меня оставил одного

Епархиальные помойки.

Век маеты, довольства пять минут!…

Так пусть тебе, в твоём кошачьем рае,

Эдемски реки млеком да текут,

Да блещут хеком и минтаем!

Вслед не замедлит — Боже, укрепи! —

Иподиаконом с косою увлечённый,

Хозяин твой, ещё ходящий по цепи

У века–гицеля котом учёным.