18И Ангелу Фиатирской церкви напиши:

так говорит Сын Божий, у Которого очи, как пламень огненный, и ноги подобны халколивану:

19знаю твои дела и любовь, и служение, и веру, и терпение твое, и то, что последние дела твои больше первых.

20Но имею немного против тебя, потому что ты попускаешь жене Иезавели, называющей себя пророчицею, учить и вводить в заблуждение рабов Моих, любодействовать и есть идоложертвенное.

21Я дал ей время покаяться в любодеянии ее, но она не покаялась.

22Вот, Я повергаю ее на одр и любодействующих с нею в великую скорбь, если не покаются в делах своих.

23 Идетей ее поражу смертью, и уразумеют все церкви, что Я есмь испытующий сердца и внутренности; и воздам каждому из вас по делам вашим.

24Вам же и прочим, находящимся в Фиатире, которые не держат сего учения и которые не знают так называемых глубин сатанинских, сказываю, что не наложу на вас иного бремени;25только то, что имеете, держите, пока приду.

26Кто побеждает и соблюдает дела Мои до конца, тому дам власть над язычниками,27и будет пасти их жезлом железным; как сосуды глиняные, они сокрушатся, как и Я получил власть от Отца Моего;28и дам ему звезду утреннюю.

29Имеющий ухо (слышать) да слышит, что Дух говорит церквам.

Фиатира —город в стране, называемой Лидия. Он лежал на полпути от Пергама в Сарды на пересечении важных путей в плодоносной долине реки Лик. Этот город был почти не затронут многочисленными религиозными тенденциями того времени и был знаменит не своими языческими культами, а своими ремеслами: производством шерстяной и льняной ткани, обуви, красок. Там были кожевенные мастерские, кузницы и так далее. Жительницей Фиатиры была известная из Книги Деяний христианка Лидия, торговавшая багряницею, то есть окрашенной пурпуром пряжей (Деян 16:14).

Ремесленники объединялись в профессиональные гильдии (в Римской империи они называлисьcollegia), которые находились под покровительством тех или иных языческих богов. Поэтому большое место в общественной жизни населения занимали профессиональные празднества, посвященные богам-покровителям. Эти праздники проходили часто при храмах и сопровождались пирами в храмовых трапезных, где участники вкушали идоложертвенное мясо. Христианам здесь опасность грозила не столько от язычников, сколько из их собственных рядов, от тех членов церкви, которые принимали участие в языческих празднествах. Дело в том, что отказ христиан от участия в профессиональных праздничных собраниях грозил общественной изоляцией и таким образом ставил под удар их экономическое положение. А участие в общепринятых пирах и попойках, сопровождавшихся языческими ритуалами и жертвоприношениями, означало участие в идолослужении. Для некоторых христиан Фиатиры возникало искушение пойти на компромисс с языческими обычаями. Но это было соблазном для других. Воскресший Христос отвергает для христиан всякое соприкосновение с язычеством и тем, кто принимает участие в идолослужении в любой его форме, угрожает судом.

Этому возвещению суда отвечает то, что у Иисуса Христа«очи как пламень огненный» —намек на проницательный и гневный взор Судьи. В целом же атрибуты Христа — «очи как пламень огненный» и «ноги, подобные халколивану» — входили в описание «подобного Сыну Человеческому» (1:14-15), который теперь назван «Сыном Божьим». Так Иисус Христос называется в Книге Откровения только в этом месте. Однако по существу Его сыновство Богу проявляется в Апокалипсисе дальше, когда Бог обозначается как Отец Иисуса Христа (1:6; 2:28; 3:5.21; 14:1). Это наименование Мессии Сыном Божьим в 2:18 восходит к мессианскому псалму, в котором сказано: «Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя» (Пс 2:7). Далее, в Οτΐφ 2:26-27 приводится целая цитата из этого псалма (Пс 2:8-9).

Пророческая часть послания начинается похвалой Фиатирской церкви за ее позитивные дела: за ее любовь, за верность Христу, за служение ближним, то есть бедным членам церкви, и за терпеливую стойкость как выражение христианской надежды. Итак, речь идет о живой церкви, которая даже усилила свою духовную жизнь по сравнению с первоначальным состоянием («последние дела твои больше первых»).

Тем не менее, церковь находится в опасности, ибо она терпит у себя то же лжеучение, что и в Пергаме. В Фиатире этим движением руководит некая женщина, называющая себя учительницей и пророчицей. Она названа здесьИезавелъю.Конечно, это не ее собственное имя, которое нам осталось неизвестным, но имя символическое, которое ее дискредитирует. Оно напоминает о языческой жене царя Ахава: «Он взял себе в жену Иезавель, дочь Ефваала царя Сидонского, и стал служить Ваалу и поклоняться ему. И поставил он Ваалу жертвенник в капище Ваала, который построил в Самарии» (16:31-32). Хуже: «Иезавель убивала пророков Господних» и собирала вокруг себя языческих пророков (3 Цар 18:13.19). За все это ее упрекали в «любодействе» и «волхвованиях» (4 Цар 9:22).

Как Иезавель совращала народ Божий к грехам язычества, так поступает и современная «Иезавель» в Фиатире. Здесь ветхозаветный образ является прототипом современного совращения к идолослужению (ср. «учение Валаама» в 2:14). Иезавель и ее последователи в церкви «любодействуют». Здесь «любодеяние», или проще «блуд», понимается, конечно, не в прямом, но в переносном смысле. В Писании так часто описывается неверность Богу.

Конкретно имеется в виду участие некоторых христиан в языческих празднествах с вкушением идоложертвенного мяса. Такое поведение как-то оправдывалось. В городе ремесленников это стремление не отвергать принятых обычаев понятно. Отказ от участия в профессиональных религиозных церемониях и пирах рассматривался как неуважение к обществу. Христианам, которые не желали принимать участия в языческих праздниках, грозил бойкот и невозможность заниматься своим ремеслом. Естественно, что лжеучение Иезавели находило в церкви немало приверженцев. И это несмотря на определенное решение Иерусалимского Апостольского собора (49 г. Р.Х.), согласно которому воздержание от вкушения идоложертвенной пищи было необходимым условием принятия язычников в церковь. Вот как передает нам это апостольское постановление Книга Деяний: «Угодно Святому Духу и нам не возлагать на вас никакого бремени более, кроме сего необходимого: воздерживаться от идоложертвенного и крови, и удав Ленины, и блуда, и не делать другим того, чего себе не хотите» (Деян 15:29).

Иезавель уже предупреждалась оставить свое занятие: «Я дал ей время покаяться в любодеянии ее, но она не покаялась». Она не последовала увещеванию, почему ей и ее последователям теперь грозит наказание. Приговор суда (2:22-23) состоит из трех частей. Во-первых, «Вот [пророческий призыв к вниманию: «смотри»], Я повергаю ее на одр». Имеется в виду одр болезни. Этот ветхозаветный оборот речи означает, что она тяжело заболеет и сляжет в постель (Исх 21:18; 1 Макк 1:5; Иудифь 8:3). Не исключено, что здесь обыгрывается противопоставление ложа любовных утех («любодейство») одру болезни. Вторая и третья угрозы определенно следует понимать в переносном смысле. Последователям Иезавели («ее детям»), «если не покаются в делах своих», возвещается «великая скорбь», и, более того, они будут «убиты смертью». Последнее выражение взято буквально из греческого перевода пророчества Иезекииля (Иез 33:27). Итак, нераскаявшихся ждут страдания, болезнь и смерть. Безусловно, такую страшную угрозу следует понимать в духовном смысле. Но не исключены и физические последствия их неосмотрительного участия в языческих культовых собраниях.

Если даже для членов церкви зло лжеучения остается сокрытым, сами последователи этого лжеучения (николаиты, ученики Иезавели) не мргут избежать проницательного взгляда Сына Божьего, «испытующего сердца и внутренности» (2:23). Любопытно, что в оригинале буквально стоит: «исследующий почки и сердца». Это часто встречающееся в Ветхом Завете устойчивое словосочетание: «Ты испытуешь сердца и утробы [буквально: «почки»], праведный Боже!» (Пс 7:10). В Откровении (2:23) почти дословно повторяются слова из пророка Иеремии: «Я, Господь, проникаю сердце и испытываю внутренности [буквально: «почки»], чтобы воздать каждому по пути его и по плодам дел его» (Иер 17:10). Нам это кажется странным, но согласно библейской антропологии сердце — орган мысли, помышлений, а «внутренности» (чрево, утроба, почки) — место пребывания человеческих чувств. Отсюда, например, и замечательное слово «благоутробие», то есть доброта, милость.

Та часть Фиатирской церкви, которая осталась не зараженной лжеучением, получает некоторое утешение, которое состоит в том, что на нее не будет возложено никакого «иного бремени». Имеется в виду — никаких новых требований, дополнительных к тем минимальным правилам, которые содержались в установлениях Апостольского Иерусалимского собора 49 года (Деян 15:29, см. выше). Одно из этих самых необходимых правил — воздержание от идоложертвенного мяса, и тем самым от «блуда» (то есть участия в языческом культе) — отвергали последователи Иезавели. Они претендовали на знание «так называемых глубин сатанинских» (1:24). Апостол Павел писал о том, что христианин свободен, и что ему доступны «глубины Божьи» (1 Кор 2:10). Вот и «дети Иезавели», вероятно, оправдывали свою «свободу» тем, что они будто бы знают «глубины Божьи». Но Иоанн считает, что они служат не Богу, а сатане. Отсюда и «глубины сатанинские».

В обетовании побеждающим вольно цитируется по греческому переводу мессианский Псалом 2:8-9. Как Мессия (Христос) «получил власть от Отца», так и верным христианам обещается «власть над язычниками». Далее эта власть конкретизируется: они будут пасти безбожные народы «жезлом железным» и сокрушат их как «глиняные сосуды». Этот использованный в псалме образ берет начало в древнеегипетском царском ритуале интронизации, когда восходящий на трон фараон, «получая власть», разбивал десятки глиняных сосудов, символизировавших народы земли, и демонстрировал таким образом власть над ними. В обетовании христианам все это, разумеется, не означает рабского послушания язычников или даже их истребления. Это просто символ для изображения «царской» власти, которая дарована церкви (вспомним 1:5-6: «Ему, возлюбившему нас и омывшему нас от грехов наших Кровию Своею и соделавшему насцарямии священниками Богу и Отцу Своему, слава и держава во веки веков»). Но все же как можно понимать этувласть над язычниками? В чем должна проявляться «пастырская» обязанность церкви «пасти их»? Разумеется, это власть провозглашать народам Евангелие Царства Божьего и покорять народы этому Евангелию Иисуса Христа.

Но совершенство и спасение как активное со-царствие с Христом дается только тому, кто «соблюдает дела Мои [Иисуса Христа] до конца», то есть последовательно придерживается заповеданного христианского образа жизни. Тесное единение с Христом подтверждается еще одним обетованием: «и дам ему звезду утреннюю». В самом конце Книги Откровения сам Иисус Христос говорит о себе: «Я есмь корень и потомок Давида, звезда светлая и утренняя» (22:16). Происхождение этого образа не совсем ясно. Обычно ссылаются на мессианское пророчество Числ 24:17 («Восходит звезда от Иакова»). Но почему она «утренняя»? Здесь возможно влияние астрально-мифологических представлений того времени. Утренняя звезда, Венера, в античности считалась символом господства. Мессия — звезда господствующая, «утренняя». В любом случае, утренняя звезда — залог близкого рассвета и наступления дня вечной жизни. Христос обещает самого себя и полноту своей жизни побеждающим, то есть христианам, которые своей верностью преодолевают все трудности.

Можно задать вопрос, прчему именно пророчество Фиатирской церкви так подчеркивает грядущее «господство» побеждающих. Ответ, наверное, следует искать не только в традиционных образах, но и в конкретной ситуации. В этой церкви слишком приспосабливались к господствующим языческим нравам и обычаям. Иоанн против этого возражает: духовное господство должно принадлежать не ветхому язычеству с его устаревшей идеологией, но христианству с его новой верой в спасительное Евангелие Царства Божьего.