А сверх сего премудрее установиться в ясном сознании, что все в Троице «неизреченно», «непостижимо».

«Непостижима есть Богоначальнейшая…» (тропарь 3–й песни 2–го канона). И «неизреченно», как мы только что читали, — и «исхождение».

Можно бы несколько распространиться здесь и там, что слова «рождение» о Сыне и «исхождение» о Духе Святом — суть лишь ОБРАЗЫ, взятые из «постижимою», то есть опыту нашему как факт известного, а по сути — тоже непонятною, ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО бытия, — рождения сына. Или возьмем сравнение с теплом; о последнем мы не говорим: тепло «рождается» от печи, а «идет» или «сходит». По существу же оба сии вида происхождения — притом предвечного и нескончаемою — ВЫШЕ всякого разума!

Однако же откровение ОТЛИЧИЛО способы происхождения Сына от Отца и Духа от Него же, — если дало ДВА РАЗЛИЧНЫХ СЛОВА. Очевидно, есть несомненное различие по существу… А иначе (здесь вступает «отрицательный» способ богословствования) получилось бы два Сына. Сие же разрушило бы всю Единую Триипостасную Троицу.

Названо же происхождение Сына рождением потому, что Сам Отец благословил открыть имя Ему: СЫН (Мф. 3, 17). А если Сын, то Сын рождается от Отца. Так же и о Святом Духе: не сказано «Сын», а открыто: Иже от Отца исходит (Ин. 15, 26). Раз так открыто, так и есть, так и должно веровать.

Но самое главное, должно признавать, что лишь Отец есть Существо «безначальное», не по времени лишь, а по отсутствию иной причины бытия Своего; а Сын и Святой Дух получают всегда бытие ОТ НЕГО ЕДИНОГО… Оба от Одного… Иначе (здесь опять «апофатический» метод богословствования), если то есть допустить бы другое, не верное положение (противоположное, негативное), — что и Сын есть равно источник Святого Духа; тогда было бы два начала у Него (Отец и Сын), и тогда Сын становился бы подобно Отцу «безначальный», получалось бы двух Божие, — вместо Троичного Единства; а для Духа Святого нужно было бы два источника, что невозможно, и даже исключает одно. Пример: если источник тепла ОДНО солнце, — то в другом нет нужды, если же происходит это тепло и от другого солнца, то первое не нужно; если оно происходит от обоих, то оно сложно, и т. д.

Вообще тогда истинное учение о Святой Троице запутается или рушится.

Однако в силу единства Отца и Сына и Святого Духа, — дабы НЕ (опять отрицательный момент мышления) «отделить» (отлучить) Духа от Сына, а Сына от Отца, — православное богословие (со святителя Василия Великого и далее до Иоанна Дамаскина) и вводит учение об исхождении от Отца, но ЧРЕЗ СЫНА.

ЭТО «ЧРЕЗ», однако, никоим образом не должно мыслить в смысле «начального» момента происхождения, или бытия, Святого Духа, — а только, — ввиду того что в силу единства Троицы и Сын неотделим от Отца, — Дух Святой неким образом происходит и при посредстве Сына, НО КОРЕНЬ ЕДИН — БОГ ОТЕЦ.

Это одно и нужно твердо знать о Святом Духе: Он — только «ОТЧЕИСХОДНЫЙ» по отношению к Духу. Между прочим, у святителя Григория Паламы есть книга, которая защищает именно исхождение Святого Духа от Единого Отца — вопреки католическому учению: «и от Сына»… Она была переведена в Тобольских епархиальных ведомостях епископом Модестом, бывшим после Волынским. А святитель Григорий — величайший богослов, коего можно поставить рядом с великими учителями. И притом он был глубоко напитан святоотеческими творениями, не говоря уже о том, что он был и святой, великий святой. Поэтому нам должно держаться сего истинного учения, ОТКРОВЕННОГО Богом, а самим не придумывать…

Англикане теперь если еще и употребляют слово «и от Сына», то в смысле православного понимания, ссылаясь на святого Иоанна Дамаскина.

Но сей вопрос такой богословски сложный, что к нему подступать должно крайне осторожно.

Епископ Феофан (Быстрое) также признает исхождение от Отца, но чрез Сына.

Одно лишь несомненно, что никак нельзя признавать ДВУХ САМОСТОЯТЕЛЬНЫХ ИСТОЧНИКОВ Святого Духа, а лишь ЕДИНОГО.