По смыслу, эта глава — прямое продолжение предыдущей. У нас появился рабочий аппарат для колонизации интерфейса — аппарат антропологических трендов; и в гл. 5, оставаясь по–прежнему на почве синергийной антропологии, мы дополнили этот аппарат методами и средствами для анализа современной антропосоциальной реальности в аспекте присутствующих в ней глобальных рисков. Таким путем создастся постепенно синантропологическая почва для перехода к рассмотрению конкретных антропосоциальных проблем. Выстраивая в гл. 5 профиль высокозначимых рисков современности, мы (как, впрочем, и все другие трактовки проблемы рисков) поставили на одно из высших мест в этом профиле экологический риск, который означает опасность непоправимой порчи окружающей среды, экологического разрушения или катастрофы. В данной главе мы ставим этот риск в центр внимания. Стоя опять–таки на позициях синергийной антропологии и используя развитый выше аппарат, мы попробуем здесь представить некоторую цельную трактовку экологической проблемы в современном мире.

Без сомнения, сегодня эта проблема — в кругу наиболее острых и актуальных. Экологический кризис в мире остается непреодоленным; напротив, он приобрел, разрастаясь, форму уже нелокальных очагов, а глобальной, планетарной опасности. Соответственно, нарастает и озабоченность общества экологической ситуацией. Такая озабоченность выражается в широком спектре самых различных проявлений, главными из которых можно считать два крупных и весьма характерных феномена наших дней:экологическое сознаниеиэкологическое движение.Экологическое сознание — это сознание, в полной мере учитывающее экологические аспекты ситуации человека и общества, сфокусированное на экологической проблематике и определяющее собственные позиции в этой проблематике. Типичным образом, обладание экологическим сознанием отражается не только на взглядах, но и на поступках, действиях человека, и можно сказать поэтому, что экологическое движение — это практический плод экологического сознания.

В большинстве развитых стран экологическое сознание и экологическое движение сегодня занимают уже не просто заметное место — они вошли в круг определяющих факторов общественного сознания, общественной, а часто и политической жизни. Поэтому в употребление входит еще одно понятие:экологический поворот.Это понятие несет уже в себе идею о неком состоявшемся изменении сознания и общества: оно предполагает, что экологическое сознание и экологическое движение прочно вошли в нашу современность, закрепились в ней, и в наступающий период их роль сохранится и будет возрастать. Экологический поворот несет и определенные изменения в строении научного знания. Выдвигаются идеи о том, что экология должна выступить в качестве нового организующего и объединяющего принципа для всей сферы гуманитарного знания. Так, академик Η. Н. Моисеев ввел понятие «экологический образ гуманитарного знания», настаивая, что каждая из гуманитарных наук должна быть введена «в контекст взаимоотношений общества и Природы»; и сегодня уже обычными стали утверждения, что «необходимость переосмысления гуманитарных знаний через призму экологии давно назрела»[90].

Отсюда уже начинает намечаться постановка нашей темы. В своей методологии, как и в своем подходе к проблемам современности синергийная антропология опирается на идеюантропологического поворота,согласно которой в явлениях и процессах современной реальности определяющая роль принадлежит антропологическому уровню этой реальности. Встает очевидная задача: необходимо рассмотреть, как связаны, как сочетаются меж собой эти два характерных феномена современности, экологический поворот и антропологический поворот. Задача эта двояка, двунаправлена: из двух концептов, «экологическое» и «антропологическое», каждый должен быть пересмотрен и дополнен с учетом, в свете другого. Вне всякого сомнения, экологическая ситуация как–то зависит от человека, и это значит, что экологическую проблематику необходимо связать с антропологией, раскрыть несомненно существующий в ней антропологический горизонт. За счет раскрытия этих связей антропологический поворот, в свою очередь, будет дополнен экологическим содержанием, а понятие антропологического — экологическим измерением.

Решение задачи мы будем искать на базе синергийной антропологии; ее методы и понятия должны нам позволить найти антропологические факторы, воздействующие на экологическую ситуацию, и описать механизмы, осуществляющие это воздействие. При этом можно сразу заметить, что к нашей задаче применима методика так называемой антропологической диагностики, или же антропологической расшифровки, которая была нами развита при изучении антропологических трендов (и описана выше в гл. 3). Суть данной методики в том, что для избранной области феноменов и процессов определяется отвечающая им область антропологических проявлений, а для этих проявлений, в свою очередь, отыскиваются соответствующие им антропологические формации. Иными словами, здесь добывается ответ на вопрос: кто именно, какой человек «является виновником» этих феноменов и процессов, какая антропология стоит за ними. Понятно, что таким путем может быть, в частности, установлена и связь экологической ситуации с антропологическими факторами. Поэтому мы начнем с применения этой методики, учитывая при этом, что ключевая черта сегодняшней экологической ситуации — экологический кризис.