Благословен Господь Бог Израилев, яко посети и сотвори избавление людем Своим.(Лк. 1:68)

В день рождения Предтечи Господня Иоанна, предвидев Захария, отец его, чтоотрочасиеПророк Вышнего наречется,ипредидет пред лицем Господним, уготовати пути Ею , дати разум спасения людем, просветити во тме и сени смертный седящия, направити ногиихна путь мирен(а) — немотою связанный язык свой в сей песни развязал:Благословен Господь Бог Израилев, яко посети и сотвори избавление людем Своим. —Судите же, Правоверное Собрание, можем ли мы приличнее что воскликнуть в день сей рождения Её Императорского Величества, Государыни Императрицы и Самодержицы Всероссийской, Которую Бог избрав от чрева Матери Её наследовать Престол Российский, чрез Её Величество посетил и сотворил избавление людям Своим, не только Россиянам, но и нам, в здешнем Государстве правоверным. Дает бо Она ныне спасение из руки ненавидящих нас; являет и нам свет прежней свободы нашей, без которого мы доселе, как во тьме и сени смертной сидели; направляет и наши ноги на путь мирен, да без преткновения отныне стезею истины ходить станем. Сея, говорю, Спасительницы, Просветительницы, Руководительницы нашей день рождения чем приличнее почтить можем, если не тем же Захарииным восклицанием:Благословен Господь Бог Израилев, яко посети и сотвори избавление людем Своим.

Хотя же дела Божие, чрез Её Величество одни совершенные, а другие совершаемые, почти целому свету известны: однако оные и от нас благодарного исповедания требуют. Я сей долг, при нынешних обстоятельствах на себя принимая, не буду касаться в слове моем всех таковых дел: понеже величество оных и многоразличная польза разве бы большими книгами, а не кратким словом описаны быть могли. Довлеет мне из всех одно повествовать, что ныне в глазах наших совершается, и, даст милостивый Бог, благополучно совершится, — избавление, говорю, по Вере нам, в Государстве сем гонимым, которое чрез Её Величество всемилостивейше нам приготовляется.

Полтора века уже прошло, как Вера наша Греко-Российская в особливой ненависти и тяжком гонении в сем Государстве страждет. От 1340 года, когда провинции Русские, во владение Государей Польских достались, до 1595 года, в котором известные Епископы Литовские Унию с костелом Римским приняли, — исповедание наше, по силе капитуляции, сКазимиромВеликим, Королем Польским, в оном 1340 году учиненной, не в худшем цвете и лепоте было, как и исповедание Римско-Католицкое. Сколь много костелов было в провинциях Польских, не меньше и Церквей в провинциях Русских. Фамилий знатных и домов, из коих одни и поныне в достоинствах высоких пребывают, других имена только на богатых поместьях остались, — в нашей Православной Религии не малое число состояло, как-то: КнязейЧарторижских, Масальских, Сангушков, Вишневецких, Острожских, Слуцких, Збаражских, Заславских, Рожинских, Соломерецких, Головчинских, Соколинских, Лукомских, Пронских, Горских, Крошинских, Пузинов, и других; таких же Господ великих: КнязейОгинских, Потеев, Сапегов, Ходкевичев, Пацов, Сосновских, Хребтовичев, Глебовичев, Волловичев, Тишкевичев, Зеновичев, Халецких, Корсаков, Войнов, Тризни прочих без числа, о которых оставили нам память Польские же историки[81]. Да имеем еще и большее человеческого свидетельства, сиречь, Божие, свидетельствующее, не только о бытии знатных фамилий в Религии нашей, но и о святости самой Религии сей: ибо многие имеем нашей Религии бисеры, и в смертном прахе светящиеся[82]. К тому же сами Короли Их Величества, в жалованных Своих привилегиях писались Верховными защитниками равно костелов, как и церквей Божьих[83]. Они многие дачи на Церкви и Монастыри Греко-Русские, не только древние, от Князей Русских пожалованные, утвердили, но и вновь от себя им пожаловали, и при сем молитв нашего Священства не только не гнушались, но и требовали, что особливого примечания достойно, когда таковые привилегии их чтутся[84].

Но — ныне кому не известно, в каком жалком виде наша Благочестивая Вера в сем Государстве? Вы, храброе воинство Российское, не однаждыужепрошли здешние провинции Русские, как-то: Белую Русь, Полесье, Волынь, Подолие, Украйну Польскую: засвидетельствуйте же, много ли вы видели Церквей наших Православных? Подлинно знаю, что в Короне[85]не покажете мне ни одной, хотя там еще в 1686 году четыре Епископии Православные состояли[86], почему и трактатом вечного мира, тогда с Россиею заключенным, охранены. В Литовском Великом Княжестве хотя и осталась последняя Епархия Белорусская: однако и сия большею частью расхищена. Могли вы еще видеть в ней некое число Церквей Православных, но и те сараям паче и хлевникам скотским подобны, а не храмам Христианским: Жидовские божницы далече благолепнейший указуют вид.

Таково Церквей внешних и рукотворенных состояние, плача достойное, но еще гораздо плачевнейшее внутренних, нерукотворенных, самого, говорю, Сословия Правоверных Христиан. Отнят от них свет учения: школам и семинариям быть не допускают; а потому не только низкого состояния люди, но и самое Дворянство в крайней простоте и невежестве принуждено жить. Тому же Дворянству прегражден вход к чинам и достоинствам: жалуемых за службу отчин недостойными осуждены. Граждане из уряду гражданского исключены, податьми излишними и другими тягостями неравно обременены, за тем все обще до последней нищеты пришли. Дворянина от крестьянина трудно распознать.

Утесняются, правда, подобными озлоблениями и единоверные наши, Греки, в Турецком Государстве: но там Агаряне, Христовы противники, а здесь Христиане Христиан, Агарянским средством, утесняют. Там победитель утесняет побежденных; а здесь свободные свободных, и равные равных, единые матери братия братию и одного тела одни члены других членов. Какие резкие черты! Если же кто-либо судил бы, что так говорить нам о себе не свойственно; то пусть прочтет он Фундаментальное Государства Право, то есть, привилегии соединения провинций Русских с Короною Польскою, среди конституций, под 1569 годом положенные, в коих точно Русь до Короны, как истинный член до своего тела , и Русаки к Полякам , как равные к равным и свободные к свободным присоединенными написаны[87]. Наконец Агаряне, лишивши Греков учения и чинов, в прочем, особливо в Вере, свободу дают; здесь лишивши всех потреб для настоящего жития, еще и того лишить стараются, без чего будущую вечную жизнь тратить надобно. Пленивши тело и душу, и совесть железными узами обложить хотят: Веру, говорю, Православную в последней нищете и простоте исповедать не допускают. А к тому, какие ужасные и жалости достойные употребляют средства, прошу послушать.

Ежели Православные наши люди звания крестьянского; то на них просто, как хищными волками нападение делается. Духовные, властью и силою мирскою укрепясь, гонят православный народ, как овец неимущих пастыря, или до костелов, или до униатских церквей, — гонят не только из домов, но из церквей наших. Во время самого Евангельского чтения, придя в церковь нашу приказчик, бьет народ плетью, как скот гоня из хлева, что близ самого Могилева в недавнем времени сделалось. И если поселяне или граждане слушать их учения, и от Веры своей отступить не хотят; тут они чинят ужасные угрожения и страхования: ставят виселицы, вкапывают столбы, возгнещают костры; розги, терние и другие мучительные орудия представляют. Отлучив детей от матерей, и матерей от детей, детей убо пред очами матерей под розги кладут, а матерей пред очами детей. Тут вопли и рыдания, каковы, может быть, только во время избиения младенцев от Ирода слышаны были. И сия трагедия не только верная, но и недавняя есть: совершалась она в местечке Уле[88]. И не одни только делаются устрашения; приводятся оные многажды и в самое дело. На моих глазах сечена девица, во-первых розгами, потом шиповником, дабы Веры нашей отверглась, — не отверглась. Женщина полгода в тюрьме, с младенцем при сосцах, была теснена, и младенца там же в тюрьме, а мужа особо избитого и увеченного лишилась; самой при том персты ручные жжены, чтоб Веры нашей огверглась, — не отверглась. Другая, в местечке Невле, закована бывши при костеле, в куницу[89], тою же куницею удавлена до смерти. В прошедшем году на Украйне Польской, в уездах Жаботинском, Мошенском, Чигиринском, Черкаском, за Веру Грекороссийскую многие разорение домов и побои мучительные, а несколько человек и самую смерть претерпели; двум головы отрублены, из тех одному сперва руки живому сожжены. Так зверски и мучительски с бедными крестьянами и мещанами поступают! На Дворян же понеже насилием явным нападать; самое имя дворянское отражает, их, для того змеиные хитрости употребляют. Делают разные прицепки, приходят в дома Дворян, будто для поздравления с Праздником, со святым Крестом; либо процессии свои делая, находят на церкви наши, в поселениях Дворян состоящие, и ими защищаемые; при коем случае, учиняя ссору и драку, и нарочно падая, ломают кресты свои; а сие сделавши, тотчас вопят и протестуют: «хула на Бога, хула на Христа богохульники и Христоубийцы, схизматики!» С теми крестами изломанными бегут в Суды, и успевают выходить на невинных Дворян, будто на богохульников и Христоубийц, приговоры смертные. Вот сему недавний образен: в Мстиславском Воеводстве, в запрошлом 1765 году в месяце Декабре, до восьмидесяти человек Дворян по такой точно клевете, приговорены на жесточайшую казнь, то есть, живых в четверти разрубить. Осужденные, от такового бесчеловечного приговора разбежались по лесам и болотам, и там, во время жестокой стужи, укрываясь три дня, когда наконец спастись не могли, принуждены были Веры отступить: почему хула оная, яко не злоумышленная, им оставлена[90]. Когда бо Крест святой мы, по случаю и нехотя, сломаем, паче же они сами ломают, и на нас клевещут; то хула на Бога и Христоубийство есть: когда же они Кресты наши, нарочно и злобясь, ломают, и Иконы святые в болото бросают, и ногами попирают, как то деялось в местечке Дрогичине[91]; то не хула но жертва Богу приятная!

Молчу о пастырях бедных, Священстве нашем. Сколь многие из них изгнаны из домов; сколь многие в тюрьмах, в ямах глубоких, во псарнях, вместе со псами, заперты были, гладом и жаждою моримы, сеном кормлены; сколь многие биты и изувечены, а некоторые и до смерти убиты. Не воспоминаю в давнейшие времена бывших мучительств, кои только из Истории ведаем: довольно бо и сих свежих случаев , во время моего здесь Епископства бывших.

Вопросит кто, может быть, не уже ли такое гонение делается по воле всего здешнего Правительства? На то отвечаю: так думать и говорить грешно. Были прежде, и теперь есть знатные Вельможи, которые таковых насилий не хвалили и не хвалят. Сами Пресветлейшие Короли некоторые — как Их рескрипты свидетельствуют — и гонения унимали, и гонимым защищение подавали. Его Величество ныне благополучно Владеющий Король, Государь наш Всемилостивейший[92], когда я в запрошлом году защищения и подтверждения прежних прав наших просил, милостиво изволил мне сказать: «все де будет вам подтверждено, на что только прежние имеете права.»

Впрочем, перстом указывать гонителей не следует. А причину, которая к гонению их поощряет, не неприлично будет и здесь изложить.

Суть от них одни, о которых можно сказать то же, что Апостол Павел об Израильтянах, воздвигших гонение на Христиан, написал:Свидетельствую им, яко имут ревность Божию, но не по разуму(Рим. 10:2). Суть — и я говорю — которые веру свою за правую, а нашу за заблуждение почитая, в прислугу яко бы Богу, таковыми не Божьими, ни Апостольскими средствами, хотят Веру нашу истребить, а свою распространить; на которых и сбывается оное слово Христово:приидет, говорит,час, да всяк, иже убиет вы, мнится службу приносимы Богу(Ин. 16:2). Эти еще сноснейшие суть: но другая партия гонителей наших далече худшая есть, коим другое слово Павлово, о лжеучителях в Галатии бывших, написанное может приличествовать:ни бо, говорит,обрезающийся сами закон хранят, но хотят вам обрезоватися, да в вашей плоти похвалятся(Гал. 6:13). Таковые, скажу, хотя и к своей вере не очень горячи, но по малейшему различию, каковое есть между нашим и их исповеданием, заводят раздор, недостойный Церкви, гонят нас, и прилежно; а для чего? чтоб за то или достоинством каким были пожалованы, или домашнему богу, чреву своему, говорю, приумножением доходов прислужились, которым пригодно оное слово Христово: горе вам книжницы и Фарисеи, лицемеры, яко одесятствуете мятву и копр и кемин, и остависте вящшая Закона, суд и милость и веру(Мф. 23:23).

Сие столь тяжкое, и древним языческим равное гонение претерпевая Правоверные, чрез полтора уже века, как я и сперва сказал, многажды, особливо по заключении в 1686 году с Россиею трактата, в тесноте своей, прибегали к Премощнейшим Монархам Российским, яко по Бозе, в силу помянутого трактата, заступникам и покровителям своим. Блаженные памяти и вечной славы достойный Государь Император Петр Первый многое и усердное о сем защищении тщание имел, посылая к Пресветлому Королю Августу II Свои грамоты и пункты, как-то в 1712, в 1720 и последующих годах, моля и увещевая дружески, прекратить таковое, против прав и с нарушением трактатов, делаемое гонение: иначе, объявлял, что Сам принужден будет дать Себе сатисфакцию над гонителями и нарушителями трактатов. Но тому тщанию Благочестивейшего Государя успех получить воспрепятствовали, то военные беспрерывные времена, то скорая и преждевременная, против всех надеж и желаний, Его Величеству последовавшая смерть. Поновляли о том же настояния и Государыни блаженные и вечно достойные памяти, Анна Иоанновна и Елизавета Петровна, чрез Послов и Министров Своих, у здешнего Двора пребывавших. Однако и те все средства оставались без всякого успеха, и доныне остаются. То есть, оставил то Бог совершить Великой Екатерине, что начал Великий Петр, и другие по Нем Монархи Российские хотя желали, по различным однако обстоятельствам произвести не могли. Сказал я и сперва, что не одно уже дело, Петром Великим преднамеренное и начатое, не только до гражданства, но и до Церкви касающееся, по важности своей, через несколько десятилетий не могшее совершиться, — в немногие годы благополучного Её Величества царствования, премудрым Её расположением, благоуспешно и всеполезнейше, ко удивлению всех на то смотрящих, окончено. А другие, великоважнейшие и преполезные, еще ныне довершаются, так что Россия, день от дне, иное, но светлейшее на себе лице приемлет. Сие убо самое достаточно уверяет нас, что и наше избавление, Петром Великим начатое Всевышний Её Величеству предоставил.

Но к сему еще особливым и неоспоримым доказательством и утверждением служит нам то, что сделалось в России при самом всеторжественном вступлении Её Величества на Престол Российский. Ведает целый свет, как опасно поколебался — было в России светильник Веры, который туда из Греции, прежде семи сот лет, принесен, и до того времени твердо и неподвижно стоял. Ведает, и признает тот же свет, как изрядно оный светильник Её Величеством на месте своем опять утвержден[93]. Видевши мы то, могли еще тогда помышлять о приближающемся избавлении нашем, могли тогда говорить: «великое и благосеннолиственное Древо принесло России обильный плод в единое лето; принесет же и нам подобный в другое!»

Константин Великий, Равноапостол, умиривши Церковь, и утвердивши Благочестие в Империи своей, не оставил еще, как Истории свидетельствуют, настаивать и у Царя Персидского, дабы и там гонение престало. Подобна и в сем Константину Равноапостолу Её Величество. Понеже утвердивши Веру святую в Своей Империи, не оставляет, и за пределами оной, от гонения неповинных защищать. Да и как заступает? Войною ли грозит, имея и силу, от Бога данную Себе, и право — сатисфакцию Себе учинить за нарушение трактатов? Никак, войны не мыслит; дружбу только предлагает; силе и праву человеколюбие предпочитает. Благоволила Она храброе Свое воинство прислать к защищению; но при том Всемилостивейше повелела не мстить обителям, а тем меньше делать обиды невинным. Такое заступление нашего средство, само собою, ясно всякому указывает, какой силой Её Величество действует. Истинно, это заступление —не дух мира сего, по Дух Божий(1 Кор. 2:12), не интерес какой-либо собственный, но благочестие к Богу и человеколюбие ко всем.

Благословен еси, Господи Боже Израилев, яко посещаешь нас, и творишь избавление людям Твоим! Прославивший Возлюбленную Твою Помазанницу многими, великими делами, прославь и сим, как Равноапостола Константина. Приложи Ей, Господи, дни на дни, и лета Её продолжи до дне рода и рода. Заступи и покрой во всех наветах Заступницу и Покровительницу Сию нашу. Воинство Её укрепи, и оружие победоносное благослови, и нас всех миром и благополучием огради, да благодарные Твоих благодеяний сущие, непрестанно пред Величеством славы Твоей восклицаем:Слава Тебе Богу, благодетелю нашему, во веки веков! —Аминь.

Говорено в Виленском Святодуховном монастыре Апреля 21дня, 1767 года.