Возможность сделать исключение из правила по случаю праздника представ­лялась достаточно редко. Однако под­вижник ежедневно сталкивался с другим искушением – вкусить пищу раньше установ­ленного времени. В древности монах, если он не был болен, принимал пищу только раз в день – в девятом часу, то есть не ранее 15. 00, когда день уже начинал клониться к закату.

Против помысла чревоугодия, который понуждает меня вкусить пищу [уже] в шестом часу (12. 00), [говори]:

... То и то пусть сделает со мною Бог и еще больше сделает, если я до захождения солнца вкушу хлеба или чего-нибудь106.

Насколько велико искушение не соблюдать режим приема пищи, лучше всего известно тем, кто подвержен недугу переедания, о кото­ром шла речь в начале книги. Вполне понятно, почему именно это искушение столь опасно. Сопутствующее ему чувствопустотыне явля­ется настоящим голодом: это всего лишь выра­жение нашей внутренней неудовлетворен­ности, то есть вожделение. Чем чаще человек проявляет в отношении него слабость, тем ско­рее это чувство возникает вновь, постепенно подтачивая нашу волю к дисциплинированной жизни.