Это есть также внешнее (физическое) вспоможение к убийству. Кто доставляет другому яд, пистолет и т.п. с целью совершить преступление над ближним или над самим собой: тот хоть не присваивает себе чужого намерения, но помогает этому намерению и принимает на себя часть исполнения его. Так в правилах церковных сказано: «жен, дающих врачевство, производящия недоношениe во чреве, подвергаем епитимии человекоубийцы» (6 Всел, 91): скольким лицам эти женщины, равно как и другие пособники в убийстве, дадут отравы или доставят смертельные оружия, столько же раз и делаются убийцами. Иные, задумавшие тайно совершить убийство, например, жена над своим мужем, может быть остановились бы от своего преступного намерения, если б не нашелся человек помочь им. А иные, и получив средства-орудия совершить преступление, добровольно останавливаются, бросают с презрением приготовленную отраву или готовое оружие, и-приносят Богу слезное покаяние в своем намерении. В таком случае эти лица еще не сделались убийцами. Но те, которые доставили им средства к преступлению, те и без совершения убийства должны быть признаны убийцами; потому что со своей стороны они все покончили к преступлению и дальнейшее зависело не от их воли. Секунданты также вполне виновны в доставлении средств к чужому убийству и самоубийству, потому что несут и держат орудие поединщиков. Особенно они участвуют в чужих преступлениях тогда, как бывают свидетелями условия, чтоб поединок непременно окончился смертью одного из сражающихся, и-допускают совершиться этому условию, между тем как вообще должны были бы употребить все возможный средства для предупреждения или прекращения поединка. – О, доставители другим смертельных веществ и орудий! Помыслить бы они должны, какое это страшное занятие их: переводить людей!