Он исповедует, что грехи, которые были совершены, несмотря ни на что, требуют Божественного искупления, и что за них нужно умолять Господа, то есть, конечно, с целью получения прощения; потому что то, что было сделано, не может, по его собственному признанию, быть отменено, той силой природы и воли человека, о которой он так много говорит. Следовательно, из этой необходимости следует, что человек должен молиться, чтобы получить прощение. Однако человек нуждается в помощи, чтобы он мог признать грех; я не читал такого признания в этом отрывке; он вообще хранит странное молчание по этому вопросу; хотя Молитва Господня предписывает нам необходимость молиться о том, чтобы нам были отпущены наши долги и чтобы мы не были введены в искушение — в одном прошении умоляется о том, чтобы прошлые проступки были искуплены; в другом — чтобы можно было избежать будущих. Теперь, хотя это никогда не будет сделано, если наша воля не будет помощником, все же одной нашей воли недостаточно, чтобы обеспечить его выполнение; следовательно, молитва, возносимая Богу за этот результат, не является ни излишней, ни оскорбительной для Господа. Ибо что может быть глупее, чем молиться о том, чтобы вы могли делать то, что в ваших собственных силах сделать?