Сегодня мы переживаем крушение многих недавно еще столь привычных идеологических догм. Одна из них, пожалуй, самая стойкая, имеющая характер предрассудка, нередко воспринимающаяся как неотъемлемая часть самого понятия марксизма как теории революционной переделки мира, и ленинизма как её практического воплощения, это идея революционного насилия. Известны слова Маркса о насилии как "повивальной бабке истории". Глубоко усвоены и широко внедрены в реальную жизнь в нашей стране её модификации - "теория" диктатуры пролетариата, красного террора, обострения классовой борьбы, чрезвычайных мер по борьбе против врагов народа; незабываема формула социалистического гуманизма - "Если враг не сдается, - его уничтожают". "Крылатыми" стали слова знаменитых революционеров "В белых перчатках история не делается", "Революции без крови не бывает". Годы и десятилетия потрачены на то, чтобы вдолбить эту идею в головы, теоретически и практически обосновать допустимость, моральную оправданность и высшую справедливость всех, даже самых безжалостных, форм революционного насилия. А несогласных и сомневающихся заклеймить как "соглашателей", "гнилых либералов", "лакеев буржуазии", "пацифистов", "абстрактных гуманистов" и так далее.

Настало время еще раз обратиться к этой идее, подвергнуть ее всяческой проверке, выделить в ней правильное и неправильное; отказаться от однозначной её трактовки и рассмотреть её возможные альтернативы. Заранее скажем, что среди множества таких альтернативных версий, составляющих в своей совокупности "этику ненасилия", мы хотим остановиться на одном, на наш взгляд, очень интересном и даже экзотическом варианте, который представляет собой "живая этика" Н.К.Рериха.

Ответим с самого начала на очень важный вопрос: в чем состоит альтернативность "живой этики" идеям социализма, революции, насилия? Почему они сопоставимы? В чем они взаимоисключают друг друга, в чем дополняют? Прежде всего, сопоставимость возможна потому, что "живая этика" не только не исключает идеи социализма и коммунизма, но разделяет, принимает их. И теоретически, и лично Николай и Елена Рерихи признавали и одобряли социалистический

- 128 -

путь, избранный страной, рассматривали социализм и коммунизм как концентрацию социальной энергии масс, как воплощение народной мечты о прекрасном будущем, "земле обетованной", содержащейся в эпосе всех народов мира. Ведь само слова "коммунизм" произошло от слова "коммуна", "община". Причем община, понимаемая как добровольное сообщество людей, объединенных общими идеями, желающих трудиться на общее благо, стремящихся к знаниям, лишенных чувства собственности, жажды имущества, зависти, лени, невежества. Сообщество людей общинного сознания, приверженных принципу справедливости, правильного вознаграждения за труд, преданных знанию, красоте, культуре. Все эти элементы, как мы знаем, содержатся в понятии "коммунизм". Но ведь это понятие не только политическое. К этим идеям человечество шло долгими путями в разных странах мира. Эти идеи просматриваются во всех религиях, они зашифрованы в народных сказаниях и легендах. В том числе и в древнеиндийской легенде о Шамбале. И "живая этика" принимает эту идею как высший нравственный идеал. Одна из книг "живой этики" так и называется "Община", другая - "Братство". В них, также как и в других работах Рериха, в том числе "Шамбала" (часть "Сердца Азии"), община - центральное понятие. Более того, эволюционно-космически обосновывается, что община - основной закон всей эволюции человечества, что община, единение, всеобщее сотрудничество - космический закон. Таким образом, Шамбала в учении Рериха выступает как одна из конкретизаций идеала коммунизма, а община, как космическая и эволюционная величина, дополняет социальное понятие коммуны. Альтернативы, как мы видим, здесь нет. Она - в другом: в средстве достижения цели. Различие и альтернатива концентрируется вокруг проблемы достижения идеала, путей и средств, то есть вокруг понятия ненасилия. "Живая этика" Рериха его полностью отвергает. Марксистско-ленинская этика его принимает. Кто же прав? Рассмотрим логику этики борьбы, допускающей насилие, проследим всю цепочку следствий, вытекающих из исходного понятия.

Как известно, социализм сначала выступил под лозунгом борьбы против насилия, уничтожения его. В священном революционном гимне "Интернационал" есть замечательные слова: "Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим...". Имеется в виду, по логике, мир, в котором не будет "насилья". На практике же оказалось, что насилие было не только не уничтожено,

- 129 -

но, наоборот, запрограммированно, более того, его масштабы оказались несопоставимыми с тем, что знала история. Как же обосновывалось это отступление от заявленного принципа неприменения насилия? Во-первых, оправданием применения революционного насилия явилось то, что оно как бы не первично, а вторично: оно применено в ответ на осуществленное насилие. А вина защищающегося, даже если он, говоря юридически, превысил меру обороны, всегда ведь меньше, чем вина нападающего. Сюда же примыкало доказательство от "психологически-противного": они бы нас не пожалели, они бы с нами "еще не то" сделали.

Вторым аргументом оправдания насилия послужило знаменитое "революция должна уметь себя защищать". Логика рассуждения здесь уже несколько другая: насилие оправдано, ибо оно служит великой цели - защите революции. Логика не новая, давно уже известная: цель оправдывает средства. На великие, святые цели можно списать... почти все: убийства, зверства, жестокости, голод, холод, беспризорность детей, разруху. Остается уточнить только - а сколько именно людей, детей можно убить ради ... революции. Этим "исчислением" пришлось заняться уже Ленину. Вспомним его известные слова: мы каждый раз подсчитываем, что нам дороже - жизнь сотен рабочих или жизнь одного буржуа. Арифметику легко понять. Решение принималось, во-первых, в пользу большинства (сто больше одного), а также по классовому признаку (рабочий лучше буржуа). Всё правильно, особенно если забыть, что буржуй все же тоже человек. Вспомним, что Достоевский предлагал другую арифметику: хрустальный дворец не стоит слезинки... одного ребенка, потому, что по "алгебре революции" трудно, встав на этот путь, ограничиться "одной слезинкой", за ней обязательно польются потоки слез и даже реки крови.

Третий аргумент связывался с фактором времени: сейчас не до жалости, милосердия, доброты. Сейчас надо революцию делать, а потом, позже, когда все будет хорошо, можно будет опять "милеть людскою ласкою". Насилие оправдывалось тем, что надо "выиграть время", если время уйдет, будет поздно что-либо предпринимать, время (историческое время) не ждет. Насилие принималось как средство ускоренного решения исторических задач, неизбежное для хирургии истории. Ведь соблюдение многочисленных нравственных правил и норм требует очень длинного периода времени. Быстро, ценой

- 130 -

отступлений от них, сделать революцию, а уж потом - тысяча лет справедливости, мира и доброты. Логика Раскольникова, если вспомнить Достоевского: убить одну вредную старуху, а потом долго приносить пользу многим-многим людям. История показала, что эта логика ложна. То, что достигается насилием, кровью, жертвами, жестокостью, никому так и не идет впрок: всемирная история есть всемирный суд.

Все три ошибки, содержащиеся в трех основных аргументах оправдания революционного насилия, многим очевидцам событий были видны со стороны, в том числе и Рериху. Создавая "живую этику", он постарался избежать этих ошибок, не нарушать изначальной логики социалистических идей. Так, если социализм провозгласил отказ от насилия, то и придерживаться этого принципа нужно до конца. Поэтому в "живой этике" отказ от насилия составляет краеугольный принцип: нельзя насильно создавать общину, нельзя допускать никакого насилия над личностью. Нет ничего более ужасного, чем насильственная община, насильственное счастье, насильственный социализм и коммунизм. "Всякая насильственность осуждена - писал Рерих. Насильственное рабство, насильственный брак, насильственный труд возбуждают возмущение и осуждение. Но из всех насилий самое преступное и уродливое зрелище являет собой насильственная коммуна. Каждое насилие обречено на реакцию, а самое худшее насилие обречено на самую худшую реакцию".1Эти слова, сказанные еще в тридцатые годы, оказались поистине пророческими: идея социализма, братства, справедливости, внедряемая в жизнь насильственными методами, была искажена до неузнаваемости и, воплощенная в "казарменном коммунизме", превратилась в свою прямую противоположность. Насилие, соединенное с социализмом, оказалось способным дискредитировать этот строй полностью. Но, может быть оно дискредитировало в очередной раз лишь само себя? Может быть идею социализма и коммунизма еще можно спасти, если очистить её от чуждой ей примеси - теории и практики насилия? Ведь сама по себе эта идея не должна погибнуть. Она - воплощение идеалов человечества, его заветная мечта, закон эволюции, магистральный путь развития человечества, единственный выход из тупика истории,

——————————

1Рерих Н.К. Община. Ч.3. Разд. II. Пункт 3 // Сибирские огни, 1989, № 12, с.158.

- 131 -

единственная альтернатива капитализму - царству собственности и эгоизма.

Кстати, в таком видении капитализма Рерих близок к марксизму. Видевший и классический капитализм в его американском и английском варианте, и "смягченный" капитализм в Швеции, и колониальный капитализм в Индии, Рерих отрицает его прогрессивный характер, восстает против культа личной собственности, против эгоизма, противопоставляя ему общину. "Тирания и военный империализм уже в зарождении носят признаки разложения. Короли, конституции могут вызвать улыбку сожаления. Все комедии парламентов могут служить лишь назиданием бренности жизни. Все псевдосоциалистические гримасы могут внушить отвращение. Только создание общины утверждает эволюцию биологического процесса.

Желающий посвятить себя истинному коммунизму действует в согласии с основами великой материи. Но, если кто хочет создать компромисс, пусть выберет главою банкира, по крайней мере, его похвалят за трезвый цинизм. Сознательная община исключает двух врагов общественности, а именно - неравенство и наследование. Всякое неравенство ведет к тирании. Наследование является компромиссом и вносит гниение в основы".2

Озабоченность Рериха имеет чисто этический характер: его не устраивает капитализм, так сказать, нравственно, в том, что он делает с людьми, какие чувства порождает он в их душах, делает людей собственниками, эгоистами, порождает и развивает в них собственнические инстинкты. В известной буддийской притче рассказывается о человеке, который владел собственностью, но не имел собственнического сознания, и о другом, который не владел собственностью, но был собственником по духу. Именно поэтому не имеет смысла насильственно отнимать вещи: даже не имея их человек может остаться собственником, и, наоборот, будучи окруженным вещами быть внутренне свободным от них, осознать отказ от собственности. Бороться с чувством собственности, поэтому, надо не экспроприацией её, а лишь разъяснением её унижающего человека характера, разумным проведением образовательной задачи, в том числе и среди молодежи, углублением сознания. "Насильственное и неосознанное распределение

——————————

2Рерих Н.К. Указ. соч. С. 154.

- 132 -

порождает лукавство и ложь, - пишет Рерих. - Нечего насильно пытаться отнимать вещи и тем самым создавать страсть к рухляди... Необходимо, чтобы это сознание явилось не отказом, но свободным завоеванием. Когда без лукавства люди узнают о непрактичности собственности, тогда вырастет коллектив сотрудников. Ядовитое дыхание собственности можно уничтожить лишь продуманной программой школ. Так же как религия отменяется не запрещением, а предложением учения о жизни. Не существует литературы против собственности. Пункт программы партии еще не убеждает. Лишь немногие победили дракона рухляди. Но многие мечтают о собственных приобретениях. Как правдивы должны быть исторические сопоставления. Как строго должны быть подобраны биологические подробности, чтобы показать противозаконность и тщету собственности. Законы свойств материи свидетельствуют, как собственность не отвечает природе человека".3Как видим, перед нами программа ненасильственного решения проблемы собственности.

Итак, выбор однозначно сделан - община, братство. В их понимании и обосновании - вся специфика рериховской концепции, вся её непохожесть на политические и религиозные теории. Вот что говорит Рерих: "Утверждающий общину способствует ускорению эволюции планеты... Обратите внимание на историю прошлого; вы наглядно увидите ясные толчки преуспеяния, увидите, что эти толчки совпадали с проявлением идеи Общины", "община есть единственно разумный способ человеческого сожития", "община есть вместилище всех возможностей и всех накоплений", "община - чаша солнечной радости!".4

Но все внимание сосредоточено на раскрытии нравственного содержания понятия коммуны. Особое значение придается внутреннему состоянию вступающих в общину добровольных общинников, и здесь Рерих однозначно не приемлет социалистический опыт: "Многие коммунистические организмы не обращают внимания на внутреннее содержание своих участников". По мысли Рериха, истинный путь развития общинного сознания - это путь напряженного нравственного самосовершенствования. Ведь изменить внешний мир, не изменив самого человека, означает не изменить ничего. Поэтому вместо того, чтобы

——————————

3Там же. С. 166.

4Там же. С. 157, 154, 162.

5Там же. С. 161.

- 133 -

насильственно и локомотивно быстро улучшать внешний мир, нужно подумать об улучшении собственной души, личного нравственного мира. Что же нужно в себе выращивать? Этика насильственной борьбы имеет своим следствием такие качества как агрессивность, жестокость, беспощадность. А что прорастает в человеке, если он впитает в свою плоть и кровь этику ненасилия? Не малодушие ли? Не трусость ли, не слабость ли, столь противные всем настоящим людям, суперменам и суперчеловекам? Отнюдь нет. Принцип ненасилия дает высшую духовную силу, аккумуляцию колоссальной внутренней энергии, обеспечивающей и господство над самим собой, самообладание, что уже есть первый признак истинного геройства, победы над самим собой, и силу особого воздействия на других людей, силу, способную сдвинуть горы, поднять на подвиг людей, повести их за собой. Но это - в минуты огненной энергии. А в повседневной жизни - кротость, доброта, милосердие к людям, сострадание к самым слабым из них, нуждающимся в помощи и поддержке. В этом - нравственная суть ненасильственной общины, закона единения и сотрудничества, высшей формы совместного человеческого существовании. Залог силы отдельного человека и всего человечества. Силы, необходимые для великих дел, - победы над болезнями, старостью и смертью, обеспечения высокого счастья для всех, освоения космоса. Отсюда вытекает идея совершенствования. Это - совершенно особое понимание совершенствования, отличное от христианского аскетизма и буддийской нирваны, - понимание, теоретически выстраданное, практически осуществленное. Совершенствование через знания, красоту, музыку, труд, через аккумуляцию космической энергии. Но какими методами действовать для достижения этих прекрасных целей? Ведь могут быть избраны только такие средства, которые исключают любые элементы насилия. Что же остается? Только каналы культуры, этики. Арсенал этого духовного воздействия одновременно и велик и мал. Велика или мала, например, сила воздействия слова, сила напоминания о добре? "Не думайте, - отвечает на этот вопрос Елена Рерих, - что достаточно сказано о единении, о творящей гармонии. На каждой странице нужно твердить о том же, в каждом письме нужно помянуть единение и гармонию. Нужно помнить, что каждое слово о единении уже будет противоядие, уничтожая пространственный яд. Так поймаем о благе единения".6Сами мысли людей могут стать "матери-

——————————

6Рерих Е.Н. Агни йога. Братство // Радуга, 1990, № 2, с. 159, 160.

- 134 -

альной силой", воздействующей как энергия воздействует на материю. "Полезно советовать друзьям, - пишет по этому поводу Рерих, - чтобы они в определенный час обоюдно посылали добрые мысли. В таком действии будет не только укрепление доброжелательства, но и дезинфекция пространства... Добрые мысли будут лучшим очистителем окружающего. Так среди обычной жизни можно творить много добра. Каждая такая посылка как молния очищающая".7Вот такие каналы использования психической энергии, передачи чувств и мыслей на расстоянии предлагает использовать Рерих в качестве средства победы добра.

Кто-то скажет, прочитав приведенные слова: соединение буддизма с марксизмом. Но ведь прошли времена бездумного атеизма двадцатых годов, когда всё, связанное с религией, немедленно отбрасывалось. Сегодня почти всем уже ясно, что сила религии - в накопленной ею тысячелетиями жизненной мудрости. А разве не из золотых крупиц общечеловеческой мудрости составлена такая живая, актуальная и насущно необходимая всем нам сегодня "Живая этика" Рериха. Нетленна и пронизывающая её мудрость: "Облекаясь в земную оболочку, человек имеет творить добро, в том совершенствуясь".8

——————————

7Там же. С. 160.

8Там же. С. 167.

- 135 -