Современная эпоха поставила перед человечеством целый ряд новых и сложных проблем, решение которых открывает реальные возможности для преобразования и обновления мировой цивилизации, обретения ею силы для выживания и продвижения по пути прогресса к гуманизму и ненасилию.

Если в социальной жизни внутри общества принцип ненасилия, к сожалению, существует пока как желательный идеал, то в практике международных отношений он начинает, хотя и с большим трудом, прорывать себе дорогу, становиться реальностью. Этому немало способствует осознание мировым сообществом необходимости борьбы за выживание человечества, которому угрожает призрак чудовищной ядерной и экологической катастрофы. В этой связи в решении многих международных проблем государственные деятели и политики начинают выявлять более взвешенный и ответственный подход, готовность к координации действий в поисках эффективных мер безопасности, которые базировались бы не на силе, а на человеческих нуждах, на доверии и честности. То есть на передний план выдвигаются не силовые методы, а прочные правовые и нравственные гарантии, способные приостановить сползание человечества к своему небытию.

Немаловажным фактором утверждения принципа ненасилия в международной жизни является революция, происшедшая в области информации, и общее повышение культурного уровня, приведшие граждан из разных стран к пониманию неперспективности ненасильственных способов достижения политических национальных целей, к необходимости объединения усилий в решении глобальных проблем, определяющих судьбы народов мира.

Нельзя не учитывать тех изменений, которые произошли в теории и практике международных отношений. Военно-политические реалии второй половины XX века радикально поколебали традиционные представления об этой сфере как предмете исключительных интересов политиков и военных, отчасти финансистов и промышленников. Международные отношения все более наполняются гуманитарным содержанием. Все более набирает силу и размах такое явление, как "народная дипломатия", которая требует новых механизмов и способов регулирования междуна-

- 84 -

родных отношений, которые опирались бы не насилие, а на гуманизм, правовые и политические нормы, на духовные, моральные ценности. Неслучайно именно в истории народов мира на новый уровень поднимается значение общечеловеческих ценностей, способных очеловечить, гуманизировать международные отношения.

Вместе с тем встает вопрос, что следует сделать, какие конкретные шаги нужно предпринять, чтобы этический принцип ненасилия превратился в повсеместную практику международной жизни? Ведь известно, что снижение международной напряженности, стирание понятия "образа врага", расширение контактов между людьми разных стран, начавшийся процесс примирения конфликтующих сторон в некоторых государствах, а также разоружение и уничтожение отдельных классов вооружений блоками НАТО и Варшавского Договора, и тенденция к расформированию этих организаций, пока не привели к полному торжеству принципов гуманизма и ненасилия в мировой системе. Еще до конца не ликвидированы все источники международной напряженности и, следовательно, используется ненасильственные методы в решении политических проблем. В частности, в вопросе безопасности все надежды по-прежнему возлагаются на ядерное сдерживание, которое преподносится в качестве радикального средства защиты страны от агрессии. Суть этой политики представляет собой некий способ устранения противника угрозой применения военной силы, убеждения его в том, что будет гораздо лучше, если он не использует военную силу против другого.

Несмотря на то, что термин "сдерживание" в свое время бы пущен в оборот американским политиком-реалистом Дж.Кеннаном, корни этой доктрины простираются далеко в глубь веков. Еще древние греки знали о том, что наделенные мощью нации, чтобы ужиться, должны сдерживать друг друга посредством силы. "Сдерживание" - это свое образное средство достижения баланса сил в мире путем демонстрации силы. Древние римляне, по-своему истолковав эту идею, практически реализовали ее в лозунге "Если хочешь мира, готовься к войне". Позднее тот же смысл вкладывался в стратегию Т.Джефферсона, который предполагал, что предотвратить войну, разжигаемую правонарушителями других наций можно посредством своей способности подвергнуть их наказанию. "Слабость провоцирует оскорбление и ущерб, тогда как способность подвергнуть наказанию зачастую преодолевает такой поход".1В данном случае трудно провести какое-либо различие между

- 85 -

способностью защитить себя и способностью, как выражался Джефферсон, "подвергнуть наказанию". Если способность оборонить себя предполагает, что данная сторона находится в безопасности, независимо от того, что сделает противник со своими военными связями, то сдерживание угрозой наказания посредством насилия - это уже попытка повлиять на альтернативы противника: данная сторона находится в безопасности не независимо от военного нападения, а только в том случае, если противник не осмелится напасть из страха военного удара. Подобного рода "стратегия сдерживания", помимо военной, имеет и нравственно-психологический смысл, ибо означает попытку использования человеческих слабостей, страха в качестве средства, гарантирующего мир.

Возникает своеобразный парадокс, на который обратили внимание и сами американские политики из Гарвардской группы: мир, который человечество не смогло достигнуть в течение двух тысячелетий вежливости и братской любви, теперь якобы будет обеспечен за счет страха.

Но внушение страха путем психологического давления - это тоже форма насилия. Значит, политика "сдерживания", базирующаяся в основном на страхе и подкрепленная ядерным оружием - это еще более мощное насилие, которое может привести к гибели все человечество и противоречит человеческой природе, но ставит страну, взявшую на вооружение ядерную бомбу, в прямое противоречие с ее моральными ценностями.

Ныне, когда человечество столкнулось лицом к лицу с нарастанием глобальных вызовов, каждый из которых способен погубить его, необходимо не силовое противостояние, а политический диалог. Соответственно следует отказаться от взаимного ядерного сдерживания, которое является одним из источников напряженности и насилия, ибо с неизбежностью провоцирует всю совокупность конфронтирующих межгосударственных отношений. Политика "сдерживания" должна уступить место широкому международному консенсусу, опирающемуся на баланс интересов, а не на баланс сил.

В последние годы среди американских политиков, военных специ-

——————————

1The Harvard Nuclear Study Grope. A.Carnesale, P.Doty, S. Haffmann, S.P.Huntington, J.S.Nye, S.D.Sagan. Living with Nuclear Weapons. London, 1985, p.8.

- 86 -

алистов, философов и других ученых очень активно ведутся дискуссии относительно нравственных дилемм, которые возникают вокруг проблем ядерных вооружений. В обиход даже пущен не имеющий четко обозначенного смысла на наш взгляд, сомнительный термин "ядерная этика". Цель подобных дебатов состоит в том, чтобы, с одной стороны, доказать практическую неосуществленность, бесперспективность стратегии "ядерного сдерживания", ее аморальность. С другой - приостановить наметившийся у значительной части американского общества соблазн к отрицанию, критическому отношению к этой доктрине, к наращиванию ядерного оружия в целом. С этой целью некоторые политики, военные стратеги пытаются этически обосновать необходимость укрепления и расширения политики ядерного сдерживания. Этим, пожалуй, можно объяснить тот факт, что острые дискуссии ведутся в основном на этическом уровне.

Справедливости ради заметим, что в последнее время многие участники этих дискуссий критически оценивают гонку вооружений, относят к величайшему преступлению ядерную войну. В связи с этим призывают отказаться от концепции "ядерного сдерживания", как источника зла, провоцирующего ядерное самоубийство человечества. В частности, Д.Фишер в своей книге "Предотвращение ядерной войны" утверждает, что политика "ядерного сдерживания" "в корне противоречит всем ценностям цивилизации". Она не только недостаточна для обеспечения безопасности страны, но в силу того, что для защиты собственной безопасности должна угрожать безопасности других, делает ее аморальной и несправедливой"2.

Аналогичной точки зрения придерживался: Дж.Кеннан. Если еще до 1966 года доктрину "сдерживания" и вытекающие из нее равновесие во имя мира он считал средством реалистическим и моральным, то в настоящее время эту политику он оценивает как порочную. Взамен этого Кеннан предлагает конструктивные меры по налаживанию советско-американских отношений, исходя из того, что США и Советский Союз имеет обоюдную заинтересованность в вопросах выживания в наступившем ядерном веке. Это справедливый и решающий политический

——————————

2Fishcer D. Preventing War in the Nuclear Age. Fotowa, 1984, p. 103, 213.

3Encountrs with Kennan. The Great Debate. London, 1979, P. 71.

- 87 -

аргумент.

Дж.Стедженг также не только отрицает связь доктрины "ядерного сдерживания" с нравственностью, но относит ее к разряду обанкротившейся идеологии, базирующейся на антигуманных, насильственных, средствах. Она не согласуется с моральными обязательствами и этическими кодексами, распространенными между странами и государственными деятелями в рамках мирового сообщества.4

Аморально прежде всего то, что ядерное сдерживание открыто предполагает умышленное убийство десятков, а, может, и сотен миллионов людей, большинство из которых не принимает участия в военных действиях. К тому же не укладывается в этические нормы и сама угроза нанести ответный ядерный удар, ибо возмездие, следствием которого является массовая гибель ни в чем не повинных людей, противоречит традиционной нравственности. В этом смысле угроза ядерного возмездия не может служить законной мерой самообороны, допускаемой статьей 51 Устава ООН. Наконец, политика "ядерного сдерживания" превращает в заложников целые народы, нарушая тем самым положение многих моральных кодексов, направленных против того, чтобы рассматривать человеческую жизнь как средство в достижении той или иной цели.

Несмотря на самоочевидную бесперспективность этического обоснования концепции "ядерного сдерживания", число ее сторонников, к сожалению, пока не уменьшается. Более того, заметно растет количество работ, в которых приводятся многочисленные теоретические аргументы, доказывающие ее моральную ценность. Хотя многие авторы подобных изысканий осознают, что применение даже одного ядерного снаряда, вызвав цепную реакцию, может стать гибелью всей человеческой цивилизации, тем не менее продолжают настаивать на сохранении и совершенствовании "доктрины сдерживания" даже в условиях, когда начался процесс разоружения и налаживания благоразумных отношений между двумя военными блоками.

Например, один из ведущих американских историков Дж.Гэддио во введении к работе "Сдерживание Советского Союза: критика политики США", пытаясь привлечь внимание к некоторым проблемам, которые возникают в непрекращающихся дискуссиях по поводу сдерживания,

——————————

4Levine H., Carlton D. /eds./. The Nuclear Arms Race Debated. New York, 1986, p. 65-67.

- 88 -

отметил, что эта доктрина, первоначально предназначенная для сдерживания невоенной угрозы, быстро приобрела очевидную милитаристскую направленность. И совсем не потому, что Вашингтон действительно ожидал нападения русских на Западную Европу, а потому, что европейцы требовали гарантий даже против маловероятных угроз. Подобное стремление к подстраховке ввиду неопределенности привело, в конечном итоге, к решению о создании водородной бомбы. Затем с обеих сторон началась непредсказуемая и неуправляемая гонка вооружений. Причем, моральное оправдание подобного рода сдерживания опирается на мрачное утверждение Р.Нибура о том, в целях достижения добра бывает необходимым творить зло. А чтобы выяснить вопрос о допустимых границах творимого зла, опираясь на заветы А.Гамильтона: "используемые средства должны быть пропорциональны масштабам зла", хотя при этом остается невыясненным вопрос о том, какие критерии должны определять меру такой пропорциональности и кто должен выявлять это.5

Стратегия сдерживания прочно встроена во внешнюю политику США и является ее мощнейшим средством силового решения своих национальных проблем. Вызывает категорическое несогласие позиция некоторых политиков гарвардской группы, которые полагали, что народы должны смириться с реальностью ядерной эпохи и жить под угрозой атомного оружия как единственной надежды на выживание. И тем более неприемлема их попытка поставить знак равенства между концепцией "ядерного сдерживания" и этикой.

Разумеется, доктрина "ядерного сдерживания" имеет ряд аспектов, которые затрагивают нравственность и подлежат этической оценке. Но, с моей точки зрения, в отношении к этой концепции моральные оценки должны иметь отрицательный, критический характер, Нельзя также смириться с тем, когда используются этические аргументы для оправдания политики сдерживания, хотя заведомо известно, что это - средство насилия и не только над противником, но и над своим собственным народом, ибо держит их в качестве ядерных заложников.

Мне представляется, что своеобразие этизация доктрины "ядерного сдерживания" вынуждает некоторых ученых искусственно привязывать к ней и этические проблемы, которые почти или совсем не на-

——————————

5Deibel F., Gaddis J. /eds./. Containing of the Soviet Union: A Critique of U.S. Policy. Washington, 1987.

- 89 -

ходят своего разрешения в силу их надуманности. Так, например, можно ли в условиях неприятия ядерной войны выяснить и обсуждать на этическом уровне вопросы, которые позволили бы найти ответ на то, какие военные действия этичны в случае развязывания ядерного конфликта или какие виды военной стратегии этичны в мирное время? Явная нелепость этих вопросов обнаруживается при попытке их решения участниками вышеназванных дискуссий. Так, в случае первом предполагается соблюсти правило, допускающее использование ядерного оружия очень малой мощности, и при этом очень важно соблюсти различие между солдатами и гражданским населением врага. Однако остается невыясненным вопрос, как можно даже в условиях атомной бомбардировки отделить гражданское население от военного. И вообще, кто будет определять это различие?

Известно, что во время второй мировой войны враждебные стороны, как правило, меньше всего старались щадить гражданское население. На основе своего собственного прецедента в Японии некоторые военные стратеги исходят из того, что в будущих войнах ядерное оружие следует применять против городов, чтобы подорвать экономику, общественный строй страны противника и его моральный дух.

Не исключено также перерастание "малой войны" в тотальную, когда может погибнуть весь человеческий род. Поэтому всякого рода рассуждения относительно этики ядерного сдерживания в военное время, есть ничто иное, как моральное бессмысленное теоретизирование, которое, в конечном итоге, логически приводит к выводу о том, что во избежание вселенской катастрофы лучше не допускать ядерной войны, ибо прервется жизненный путь человеческого рода. Поэтому теряют всякий смысл и все правила ее ведения, которые в свое время хотя и составляли часть "этической культуры человеческой цивилизации", но никогда добросовестно не выполнялись даже в условиях ведения войны обычными средствами.

Настало время говорить не о "сдерживании" с помощью ядерного оружия, а о сдерживании самого ядерного оружия. Так как ядерное оружие все-таки существует как источник насилия, и остается пока противостояние между двумя блоками, то правомерно ставится вопрос, можно предложить в качестве эквивалентной системы международной безопасности в условиях, когда система не отвечает полностью на вопрос о том, каким образом следует поддерживать равновесие в

- 90 -

процессе движения к всеобщей безопасности?

Разумеется, с точки зрения здравого смысла, целесообразно уничтожить ядерное оружие и запретить его производство, что и предлагает Советский Союз. Но это наиболее гуманнейшее и приемлемое решение пока трудно выполнимо, ибо не преодолено недоверие между двумя блоками, хотя в этом направлении уже проделаны определенные шаги. Трудность состоит в том, что невозможно уничтожить знания, технологию производства ядерного оружия.

Создается своеобразный тупик. Как можно найти выход из него? Можно надеяться только на творческие силы и способность человека, порожденных его интеллектом и моральным духом, создать новые средства, благотворно влияющие на изменение экономики, политики других социальных институтов, которые позволяют продолжить существование и развитие человеческой цивилизации.

Большие надежды в этом отношении возлагаются прежде всего на разум и нравственность, который по своей сути призваны создавать атмосферу доверия между народами, обеспечивать равенство интересов и соблюдение норм международного права, проведение открытой мировой политики, свободной от эгоизма и насилия. Именно эти элементы, составляющие в своей основе общечеловеческую культуру, в данный исторический момент должны сыграть решающую роль в спасении человеческой цивилизации, в налаживании гуманных отношений между государствами.