Февраль 2017г.

Просмотр фильма о трудовом братстве Н.Н. Неплюева навел меня вот на какие размышления. В фильме говорится, что протестантской этике трудовых отношений, Н.Н. Неплюев хотел противопоставить «православную этику» трудового братства… Но здесь есть проблема. «Канонизация» этой этики вряд ли допустима. Протестантская этика трудовых отношений, на мой взгляд, ближе к библейскому мироощущению, когда собственность воспринимается не как искушение, а как дар Божий. Согласно Веберу протестантская этика связана с религиозными изменениями, когда в христианстве произошла смена элит: прежние элиты (монахи и нестяжатели) уступили место новым элитам (которых Бог за праведность благословляет в бизнесе). Поэтому заниматься бизнесом стало богоугодно. Так появился «дух капитализма». Ну, и как следствие, все остальное.

Идея осуществить апостольский идеал иерусалимской общины, члены которой отказывались от своей собственности («Все же верующие были вместе и имели все общее: и продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде всякого» (Деян.2,44–45)) неизбежно натыкается сложность удержаться в этом положении, скоро появляется: «кто не работает, тот пусть и не ест». Но всё равно в православии всегда была сильна идея общего имущества ради сохранения духа любви. Этой идеей живут монастыри (в большей степени) и братства (в меньшей степени). Однако при таком уклоне неизбежно происходит утеря свободы, т. к. вынуждено, что в монастыре, что в братстве происходит рабское прикрепление к собственности и завязка на собственность. Иногда случается чудо (как в Оптиной пустыни в 19–ом веке), но чаще, думаю, бывает то, о чем написала Мария Кикоть в своей книге «Исповедь бывшей послушницы». В братстве Н.Н. Неплюева проблемы были тоже не из–за нехватки любви, а из–за нехватки свободы.

Какой выход возможен в современности?

Наверное, нужно научиться не делать из собственности ни идола, ни антиидола (т. е. бояться её как искушения). Совместное хозяйство надо строить на взаимовыгодных рыночных отношениях. Благотворительность должна быть добровольной, «от избытка сердца», а не принудительной. Но это не значит, что её не надо организовывать. В век открытой экономики только открытое христианство может дать возможность сохранить веру.