В связи с этими размышлениями о. Сергия любопытны некоторые параллели с Ветхозаветным Израилем.

В частности, принято считать, что ветхозаветное священство вполне самодостаточно и наделено сугубо ритуальными и охранительными функциями, в чем–то даже сакраментальными, т. к. его служение было связано с Храмом и жертвоприношениями. Однако само словокоэнэтимологически означает не столькосвященник, сколькопророк(например, в арабском языке сохранилось такое понимание), и, вполне возможно,священники–пророкив постегипетский период жизни Израиля были призваны в чем–то уравновесить старейшин (к такому мнению приходят некоторые современные библеисты[13]). Для традиции современного иудаизма характерно такое представление, согласно которому служения Моисея и Аарона, а, значит, старейшин и священников дополняют друг друга как правая и левая рука. Такой образ очень удачен, т. к., во–первых, священники и старейшины трудятся на одном поприще, а, во–вторых, их служения в чем–то противоположны.

Чем, спрашивается, не иерархизм и профетизм в социологическом срезе у о. Сергия?