Эти комментарии к тексту ректора СФИ были написаны несколько лет назад и не публиковались по причине того, что сами «Таинствоводственные беседы» были тогда внутренним текстом Содружества братств. Однако после размещения «бесед» в «Вестнике РХД» (номера 200–201) они стали открыты для всеобщего доступа. Поскольку тема мне достаточно близка, считаю возможным предложить кое–какие свои мысли, что называется, по поводу…

Апрель 2015г.

В данном случае речь идет о Теме 10–ой выпуска 7–го. Тема формулируется так: «Таинство веры человека и церкви в новозаветную церковь — экклезиология», 2008г. (позже этот текст был опубликован в «Вестнике РХД»).

В мои задачи вовсе не входит комментирование всей брошюры целиком. Остановлюсь исключительно по личным соображениям лишь на некоторых моментах.

Дело в том, что в брошюре о. Георгия (с. 35–56) представлены различные типы экклезиологий. Ранее, в 2006г., попытка предложить методологию экклезиологических типов (моделей) была сделана в моей работе «Реактивация смыслов и динамика жизни. Духовные движения в РПЦ в 20–ом веке. Экклезиологический аспект»: http://www.portal–credo.ru/site/?act=lib&id=3143 (на богословском портале «Киевская Русь» эта работа была опубликована под названием «Теология духовных движений»: http://www.kiev–orthodox.org/site/theology/4110/ ). Но, если в моей работе было представлено четыре экклезиологических типа: поместно–приходской, евхаристический, общинно–братский и пневматологический, то в брошюре о. Георгия представлено три типа: поместно–приходской, поместно–евхаристический и общинно–братский.

В «Таинствоводственных беседах» также как в «Реактивации…» сначала дается характеристика экклезиологического типа, а потом его критика.

Надо сказать, что о. Георгий довольно подробно развертывает сами экклезиологические типы то здесь, то там приводя удачные цитаты. Так, интересным представляется включение в поместно–приходской евхаристический тип как противовес обмирщению монашеско–аскетическую церковность и соответствующую ей экклезиологию (с.38). Также о. Георгий обращает внимание на то, что в этом экклезиологическом типе центральным для клира становится таинство священства, а для мирян — таинства покаяния, венчания, соборования, но не евхаристия. В поместно–евхаристическом типе кратко представлена некоторая критика со стороны противников евхаристической экклезиологии: обвинения в обособленности жизни каждой общины, а также небрежение служением епископа (с.43). Верно наблюдение, что поместно–евхаристическая община — это община неравных, т. е. по–ветхозаветному иерархическая (с.43).

Особого рассмотрения заслуживает общинно–братская экклезиология, которую о. Георгий дополнительно усиливает эпитетом евангельская. Соглашаясь в целом с некоторыми характеристиками, представленными в этом экклезиологическом типе, всё же вынужден констатировать, что некоторые обобщения сомнительны. В частности, о. Георгий внутрь общинно–братской экклезиологии включает и экклезиологические разработки о. Сергия Булгакова, представленные в его книге «Невеста Агнца» (в моей работе эта экклезиология выделена в самостоятельный тип и имеет названиепневматологическаяэкклезиология). Это с критической точки зрения не совсем корректный ход, т. к. о. Сергий Булгаков исходит из принципиально иных оснований в своих рассуждениях. Для о. Сергия «после Боговоплощения и Пятидесятницы Христос есть глава всего человечества и, следовательно, живет в нем. То же справедливо и по отношению к Духу Святому» (о. Сергий Булгаков «Невеста Агнца», с. 284). Следовательно, границы церкви у о. Сергия Булгакова и у о. Георгия Кочеткова не тождественны. Если границы церкви у о. Сергия — это границы Духа и поэтому имеют право претендовать на тотальность, то у о. Георгия границы церкви в общинно–братской экклезиологии — это границы общин и братств, в которых тоже, конечно, проявляет себя реальность Духа, но в строгом смысле реальность Духа общинами и братствами не исчерпывается и поэтому тотальность в общинно–братской экклезиологии может обратиться в своего темного двойника — тоталитарность…

В остальном с текстом о. Георгия вполне можно солидаризироваться. К тому же я приятно удивлен тем, что разрабатываемая когда–то мною методология экклезиологических типов имела свой резонанс в размышлениях ректора СФИ…