Все аспекты жизни, так или иначе, отражаются в сознании. Мы знакомы, хотя бы приблизительно, с биологическими функциями нашего тела, но они настолько постоянны, что мы не склонны обращать на них внимания, до той поры пока они не прекращаются или нарушаются! Мы замечаем часы только после того, как кончился завод. Мы часто узнаем о наших неудовлетворенных нуждах через воспоминания об удовлетворении этих нужд в прошлом или через желание и фантазию в настоящем. Те, кто пережил голод, часто вспоминают о том, что фантазировали о еде, основываясь на воспоминаниях из прежней сытой жизни. Сексуальные фантазии отражают не только наши биологические влечения, но также такие глубокие потребности, как потребность в половом выражении собственной личности и потребности в нежности, поддержке, интимности и духовной любви.

Фантазии могут быть контролируемыми и неконтролируемыми. Обычно, в начале неконтролируемая фантазия — плод всего организма, возникший из потребности выразить весь опыт в одной общей конструкции, или гештальте. Фантазия становится контролируемой, когда она принимается и разжигается желанием. Это, например, происходит, когда человек пишет роман или сочиняет историю.

Сексуальные фантазии поначалу всегда непроизвольные и просто отражают различные уровни потребностей личности. Если они принимаются и увеличиваются, они становятся более или менее сознательными. Наказ избегать злых желаний, данный Христом в Нагорной проповеди (см. Мф. 5, 28-29), требует от нас сознательного отказа от вовлечения в запрещенные сексуальные желания. Такие желания могут возникнуть вследствие добровольно принятой сексуальной фантазии. Нравственное значение в данном случае происходит не от самой фантазии, но от желания личности и обстоятельств. Например, не будет безнравственным, если женатый человек фантазирует о сексуальной близости со своей женой в ее отсутствие.

Часто безбрачные люди сообщают об очень активных сексуальных фантазиях и полагают, что это может быть грешно. Здесь нужно провести тонкое разделение. Никто не может полностью контролировать силу фантазии, потому что, как говорилось выше, в ней реализуются нужды и влечения, которые всходят в сознании (душе) и теле человека. Человек не может остановить наплыв, но им можно управлять.

В случае сильных сексуальных фантазий, кажется невозможным полностью отказаться от добровольного принятия их сознанием. Тем не менее, нужно определить, было ли это добровольное принятие фантазии; и если так, это заслуживает осуждения. Быть осужденным или грешным — это такое же допущение, и оно также должно быть сделано добровольно. Человек должен хладнокровно и сознательно признать: «Это зло, но я все равно об этом думаю». Если человек борется с сексуальными чувствами или фантазиями некоторое время (и сексуальная потребность проявляет себя как прилив на море), даже такое утверждение может быть сделано во время отчаяния и без полной ответственности.

Существует ли какое-либо простое «правило буравчика» для того, чтобы определить, имело ли место принятие сексуальной фантазии и запрещенных желаний? По моему мнению, лучший практический тест сводится к ответам на следующие вопросы:

1. Я добровольно питал и усиливал эту фантазию. Да или нет?

2. Я реагировал на фантазию физическим образом, добровольным сексуальным возбуждением или действиями с целью развить фантазию, например, намеренно разглядывая объект, стимулирующий желание. Да или нет?

3. Когда я понял, что я делаю, я отказался переключить мое внимание на что-либо другое. Да или нет?

Если ответом на все эти вопросы (особенно последний) стало прямое и недвусмысленноеда, полагаю, человек должен осудить себя. Конечно, полная ответственность может смягчаться другими факторами, относящимися к человеку или ситуации. Если ответдана вопросы не прозвучал, я предположу, что искренний человек не сделал ничего безнравственного. Хорошим правилом будет помнить, что серьезный грех не совершается в одночасье. Психологически серьезный грех — это ужасный случай в жизни христианина.

В другие эпохи эти вопросы и выводы могли бы показаться слабыми и произвольными. Однако, наши нормы отношения к подобным вещам должны основываться на здравом понимании поведения человека. Простая истина заключается в том, что люди не могут в полной мере управлять своей фантазией. Вы можете наблюдать это, если попробуете, например, проследить за ходом скучнейшей лекции, или молиться , когда вас отвлекают.

Предположим, человек стал искусен в управлении фантазиями, особенно сексуальными. Но и это не лучший вариант, потому что такой контроль может привести к репрессии, механизму защиты, который бессознательно «хоронит» влечения, нужды и непосредственные желания и вытесняет начало фантазии в область бессознательного. Это похоже на емкость, которая наполняется подавленными сексуальными чувствами и в дальнейшем может взорваться и привести к неконтролируемому поведению. История знает очень много грустных примеров воздействия репрессии и потери контроля над собой. Большинство ученых-бихевиористов согласно с тем, что репрессия всегда означает неполноценность и неадекватность. Подавленный человек запрограммирован на потерю контроля в будущем, да и в настоящий момент испытывает серьезные воздействия.

Сознательный контроль — это нечто в корне отличное от репрессии. По определению, человек знает об отклонении, или по крайней мере не развивает фантазию или желание. Он не пытается остановить «прилив», а только контролировать его, чтобы не смыло. Позже, рассматривая тревогу, мы увидим ее близкое родство с фантазией и то, как высокий уровень тревожности может вызвать перекос, который ведет ко греху.