В дошедших до нас описаниях Гентского алтаря XV-XVI вв. правая (с нашей точки зрения) сторона изображения регулярно определяется как «левая», и наоборот, левая сторона считается «правой».

Так, Иеронимус Мюнцер [Hieronymus Münzer, 1447(1437?)-1508] в своем описании Гентского алтаря 1495 г. отмечает, что справа изображены Дева, Адам, праведные судьи и воины (тогда как с нашей точки зрения они изображены слева), а слева — Иоанн Креститель, Ева, святые отшельники и паломники (для нас же эти фигуры находятся справа): «Наверху... изображен Бог во славе своей. И справа Пресвятая Дева. И слева Иоанн Креститель. В правом же крыле Адам и около него ангелы, поющие Богу. В левом крыле Ева и ангелы с органами [sic!]. И внизу на правом крыле праведные судьи и праведные воины. На левом же крыле внизу — праведные отшельники и праведные паломники»[337]; как видим, левое по отношению к зрителю крыло («ala») алтаря именуется «правым», а правое — «левым». Равным образом и Антонио де Беатис [Antonio de Beatis], секретарь кардинала Людовика Арагонского, видевший Гентский алтарь в 1517 г., констатирует, что Адам изображен здесь справа, а Ева — слева: «алтарь, где по краям представлены две фигуры, справа Адам и слева Ева»; с нашей же точки зрения, напротив, справа находится Ева, а справа Адам[338]. В описании Мюнцера упоминается изображение Бога, и мы можем думать, что Мюнцер имеет в виду правую или левую сторону по отношению к этой центральной фигуре, которая задает точку отсчета. Между тем, в описании Антонио де Беатиса речь идет только об изображении Адама и Евы (ни о каких других фигурах он вообще не говорит) — следовательно, «правое» и «левое» выступают здесь как абсолютные, а не относительные обозначения (т.е. безотносительно к какой-либо фигуре, присутствующей в изображении).

То же мы находим и в других описаниях. Так, Лукас де Геере [Lukas de Heere] в оде 1559 г., представляющей собой стихотворное описание Гентского алтаря, говоря о изображении Яна и Губерта ван Эйков среди всадников на левой панели алтаря, сообщает (так же, как и Иеронимус Мюнцер), что они изображены справа («ten rechten»), — и в этом случае левая (для нас) часть алтаря определяется как правая: «Справа между ними видим мы изображенным благородного художника, который завершил эту работу, с красным розарием [четками] на черном платье; рядом с ним едет его брат Губерт...»[339]. Совершенно так же и Маркус ван Варневейк [Marcus van Vaernewijck] в своем описании Гентского алтаря 1566 г. упоминает об изображении всадников — и среди них Яна и Губерта ван Эйков — с правой стороны алтаря («ter rechter handt»): «На одной створке, с правой стороны, едут верхом вооруженные мужчины с их знаменами и стягами, чудесно изукрашенные, лошади же с богатыми панцирями, с превеликим мастерством [написанные]. Здесь мастер по имени Иоганнес ван Эйк изобразил самого себя, едущего слева от Губертуса, своего брата, который начал эту работу; сам он был красивым молодым человеком, советником старого герцога Филиппа; а Губертус был старым и жирным»[340].

Заметим, что как Лукас де Геере, так и Маркус ван Варневейк были профессиональными художниками, что делает их описания особенно ценными.

Так же строится, наконец, и описание живой картины (tableau vivant), имитирующей Гентский алтарь, в «Фламандской хронике» под 1458 г. (мы говорим об этом представлении вЭкскурсе I). Согласно этому описанию, группы святых праведников, патриархов и пророков, праведных воинов, праведных судей находились на правой стороне («ter rechter zijden»), тогда как группы святых праведниц, апостолов, представителей церкви, отшельников, паломников располагались, соответственно, с левой стороны («ter slinker zijden»). Таким образом, те группы, которые в самом алтаре находятся слева (с нашей точки зрения!), здесь обозначаются как стоящие справа, и наоборот: все описание ориентируется на позицию внутреннего наблюдателя, и при этом оказывается нивелированным различие между передним и основным планом изображения. Ср.: «На втором и на третьем ярусе, с правой стороны стояли шесть исповедников, одетых как епископы, в архиерейское синее платье... Возле них, немного позади, стояли шесть других старцев, похожих на патриархов или пророков, в пурпурных и красных мантиях до самой земли, с длинными бородами. Рядом с ними, немного позади, еще шесть старцев в синей и черной одежде до самой земли с шапками на голове. На той же стороне, немного позади, — шесть Божиих всадников. Перед ними надпись:Christi milites. Подле них шесть других старцев, одетых в зеленое платье, как судьи. Перед ними надпись:Justi judices. На тех же втором и третьем ярусах слева, напротив шести исповедников, находились шесть юных дев с прекрасными распущенными волосами. Позади них, против патриархов, стояли шесть апостолов.

Затем против старцев в синей и черной одежде стояли шесть отшельников, а среди них Мария Магдалина и Мария Египетская. Перед ними надпись:. Heremitis sanctis[sic!]. Напротив шести Божиих всадников стояли шесть мучеников, одетых как епископы или священники, в красную архиерейскую одежду. Напротив шести старцев, в зеленой одежде, стояли шесть паломников, среди которых выделяется своим ростом св. Христофор. Перед ними надпись:Peregrini sancti»[341].