— Божественная благодать, всегда немощная врачующе… — читал молитву у престола над моей головой архиерей в Александро-Невской Лавре, а я в это время просил: «Господи, Ты знаешь немощи человеческие, помоги в предстоящем служении. Не попусти изменить Твоему призванию».

После молитвы «Отче наш» священники из нескольких чаш пошли причащать народ. Железная решетка посреди храма еле сдерживала огромное количество причащающихся, подходивших к Чаше Христовой.

— Вы покушали? — спросил подошедшего мужчину.

— Да, — ответил он.

— Воздержитесь сегодня, натощак приходите, в другой раз.

— Вы курили с утра? — человек через десять спросил следующего.

— Курил только что, — ответил неизвестный. Помогающий причащать юноша заметил мне:

— Как ты их, батюшка, чуешь?

— Что-то внутри толкает спросить, сам не могу сказать что, — признался я.

В алтарь пришел настоятель Собора протоиерей Игорь Мазур и деликатно попросил:

— Батюшка, дорогой! Помоги, пожалуйста. Срочно надо в город бежать, человека умирающего покрестить, там внизу женщина ждет, а послать некого, мне надо с архиереем быть. Помоги, дорогой, ради Христа. Внизу, у солеи, справа, увидишь женщину в платке, она тебе все расскажет. Ну, до встречи, дорогой. С праздником тебя, дорогой…

— Мы с Вами, батюшка, сейчас через мост перейдем, там и наш дом. Здесь не так далеко, Вы не волнуйтесь и не пугайтесь. Мой муж молодой, сорок лет, раковый больной, покреститься хочет перед смертью, — объясняла мне женщина, когда переходили через мост.

В отдельной комнате лежал неподвижно худощавый мужчина и все время молчал. Когда его покрестил, гнетущая тишина стала какой-то прозрачной.

— Вы скоро встретитесь со Христом. Вас позовут на духовную свадьбу, впереди все равно будет радость. Христос победил грех крестом, а смерть — Своим воскресением, — ободрял умирающего, глядевшего на троих молодых, красивых сыновей, как две капли воды похожих на него. Мы простились с ним до встречи в Вечной Жизни.