Милостивейший Государь Николай Николаевич!

Письмо Ваше от 9-го Ноября из Рима я имел честь и утешение получить с последнею почтою. Долго шло оно, и если мое письмо пойдет столько же, то, пожалуй, застанет Вас уже на выезде. — Было время, когда мне очень желалось побывать за границей, — с годами любопытство это притупилось, и теперь, рассматривая свои желания, не вижу побуждений, которые бы могли завлечь меня в чужую сторону.

Что сказать Вам о себе? Дни жизни не останавливаются — чем старее, тем прохождение их становится заметнее; прошедшее кажется ничтожнее — будущее видимо кратчает. — Со дня на день ожидаю сюда приезда брата Преосвященного в уповании, что в сообществе его найду ту утешительную силу духа, в которой нуждаюсь, чтоб доживать век свой, разумно готовясь к близящемуся концу. Ясный, светлый взгляд его уяснит мне темные мои стороны, которые не вижу, ибо огрубел взгляд мой, двигавшийся побуждениями греховными. Готовлюсь оставаться здесь, но верно ничего не знаю. Наместник еще держит запрос обо мне без ответа; в Петербурге ждут пока и не дают хода делу.

Волоцкой в Тифлисе — сказывают, принят хорошо. Лукаш едет в отпуск, чтоб не возвращаться, на его место назначается Капгер. {стр. 470} Корпус Кавказский переименован в Армию; — ждут больших перемен в образовании управления или, как здесь выражаются, большой ломки в управлении.

С 28 ноября у нас в Ставрополе начались снежные метели и продолжались до 25-го почти непрерывно; — местами нанесло снегу более, чем на косовую сажень.

Мне было поручено составить и представить Наместнику в собственные руки предположение о разграничении губерний Астраханской с Ставропольской, с отделением кочующих на Калмыцкой степи Магометан к той или другой Губернии, смотря по тому, к которой будет признано удобнейшим окончательно присоединить самую степь. Работу эту я исполнил и в половине месяца представил по назначению. Слава Богу, дают работу, дают средство уплачивать долг мой отечеству, которому до сих пор не послужил еще столько, сколько желал бы, и сколько мог бы, если б судил себя добросовестно строго. Часто бывает грустно, но грусть эта не продолжительна — дело не дает времени оставаться без дела — и предаваться чувству, растущему в праздности.

Поздравляю Вас, Николай Николаевич, с торжественными празднованиями Рождества, Обрезания и Богоявления Христова

Поручая себя отрадному для сердца милостивому воспоминанию Вашему, — в душевной, смею выразиться, привязанности к Вам, сознательно именуюсь:Ваш Брянчанинов.

26 декабря 1857 г.

г. Ставрополь