Письмо от 6-го января застало меня в Симферополе. Надежды на свидание не оправдались. Два раза пришлось выезжать к Данненбергу, и каждый раз я портил мою не тронь меня.

Благодарю Вас, Николай Николаевич, за коврик, которому бы желал иметь свойство окружать лежащего на нем сладкими снами свиданий и бесед с давшим этот памятник, благодарю за память Вашу, которая отрадой поливает грусть мою, … благодарю за то добро, которым теперь пользуюсь, им обязан исключительно, после Бога и судьбы, Вам. …

Меня не оставляет мысль, что Вам не дадут отставки, что Вы должны будете ехать, что Вас вызовет Государь! Никто как Бог!

… провожу время в постоянных занятиях, сижу дома над Английскими словарями, за Французской грамматикой или переводом, или наконец — кропаю стихи. Уже около 15-ти занятий {стр. 454} Английского языка, мною взятых, дают мне надежду ко времени Севастопольских лагерей быть в состоянии читать без руководства учителя, который и дорог и плох.

…По службе дела мои устроились порядочно.

22 января 1838 г.