3 Сент<ября>. 1901. Кронштадт.

Честная Матушка Игуменья Варвара!

Письмо твое получил и прочитал. В отчете, касательно полученных тобою из Карповой Горы вещей, мною посланных[1074], — есть большой недочет. Так, ты не уведомила, — сколько фунтов чаю ты получила для сестер, а это для меня знать очень нужно. Касательно других предметов тоже нет уведомления. Что касается хождения сестер в мой домик, то я желал бы ограничить посещение его и молитвы в нем. Для молитв есть храм. А то — из хождения в домик бывают смуты между сестрами и неудовольствие на тебя. Желательно было бы и совсем закрыть его, чтобы не было повода к неудовольствию и самовольных отлучек[1075].

Селенинов мне предъявляет требование в телеграмме своей на тысячу пятьсот рублей. Я платить ему за вас больше не буду, платите сами[1076]. А то вы меня втягиваете все больше и больше в долги. Я три тысячи заплатил за вас: этого с меня довольно[1077]. На покупку подворского места я деньги вышлю в свое время[1078], а затем все остальные расходы принимайте на себя. — А что нужно, пишите мне. Одежда и обувь сестрам должны быть сшиваемы и отдаваемы своевременно, чтобы никакая сестра не ходила босою или в изношенных дырявых башмаках[1079]. Пасите сестер духовно; удовлетворяйте их духовную жажду молитвы, псалмопения, чтения слова Божия и книг душеспасительных, особенно житий Святых[1080]. Физический труд сам по себе. Все должны трудиться. Дело найдется для всех[1081]. Дай Бог, чтобы была святая любовь во всех и взаимный мир с довольством.

Тебе и всем сестрам мой поклон и благословение Божие. Да хранит вас Матерь Божия и Св<ятой> Иоанн Богослов.

Ваш попечитель, Протоиерей Иоанн Сергиев.

На первой странице письма приписка отца Иоанна: «Присылаю пятьсот рублей».