Письмо в редакцию

3–го февраля, в среду вечером, получен моими домашними узел с бельем (7 штук) при записке на мое имя такого содержания: «…по письму Вашего Благословения, от 3–го сего февраля, препровождаем от неизвестной 7 штук белья в пользу детей обер–офицера Марии и Николая» (фамилии не обозначено, но я знаю, что эти личности Щепины). Эта записка меня удивила и немножко сконфузила. Это не первая проделка Щепина Федора, а не Николая (как он фальшиво себя называл), который уже ко многим личностям в Кронштадте обращался с письмами или адресами от моего имени, коих я никому не писал и не посылал, и с помощию этой фальши от многих получил то, чего хотел, о чем я лично уверен от тех, к кому Щепин адресовался, — от светских и духовных лиц. В чем же дело? Как осмелился он злоупотреблять моим именем и обманывать почтенную публику? Дело в том, что недели две или три назад я дал ему, по неотступной просьбе, свидетельство о его бедности, да еще и не одно, а два (первое — раньше) для представления, по его словам, куда‑то по начальству, в Петербург. Я узнал, что Щепины бедны, — но при этом заметил Щепину, что брат его многих обманывал с целию выманить у коголибо денег больной матери или на ее похороны, — так что живую мать много раз хоронил. «— Ты не пойди по его следам, только из снисхождения к твоему и сестры твоей крайне бедному состоянию даю свидетельство о вашей бедности». — И вот он как раз пошел по следам брата. И лукав же! Чтоб не поймали и не обличили его скоро, — он прячет свою голову и свое лицо, — нигде не называет себя по фамилии, имя пишет не то, какое носит; является сам к благотворителям и говорит, что это не он, а другой; ложно показывает место жительства (будто бы в Доме Трудолюбия, который сгорел[242]), пишет письма и адресы от моего лица, тогда как я ни одному человеку не писал об нем. Уведомляя об этих проделках Щепина почтенную публику, — прошу всех, к кому он обратится от моего имени, — не верить ему ни на волос и мои свидетельства, данные ему, считать недействительными и уничтожить их как употребленные во зло[243].

Протоиерей Иоанн Сергиев.