Я уже много написала о субъектной пустоте, но позвольте мне ещё немного продолжить. Несколько слов обо мне, о моем личном опыте.

В молодости я обычно чувствовала себя «полным сосудом». Как это можно объяснить?

Ну, прежде всего, я мало читала и много писала. Мне трудно было впустить в себя чужое, потому что свое собственное меня переполняло и просило выхода. Чувства это были, или мысли, или интуиции? Трудно сказать. Наверное, последнее, интуиции, а чувства в то же время требовали слов и хотели перейти в мысли. Внутри меня все время как бы звучали разные партии. Все было перепутано, все было одновременно, все это надо было распутывать и упорядочивать. Я называла это именно словами «полный сосуд». Не вольешь ничего, дай Бог хоть что-нибудь вылить, не разлив по дороге.

Это имеет прямое отношение к философствованию. Есть философия от полноты. Я до сих пор некоторые вещи так пишу: вытаскиваю из себя на свет спутанный клубок интуиций и раскладываю их, распутываю, привожу в порядок. Откуда берутся интуиции? Это вопрос непростой. Тут что-то явно связано с ценностями. Но что-то ещё и с переживанием смутного понимания чего-то, а чего — это становится ясно, только когда распутаешь.

Но со мной с возрастом произошли психологические метаморфозы. Теперь я ощутила и оценила внутреннюю пустоту. Теперь я могу относительно адекватно воспринимать чужие тексты, проникаться чужими мыслями. Раньше мне было проще подумать какую-то мысль самой, чем понять ее в чужом тексте, теперь я вхожу в чужой текст и располагаюсь в нем. То и другое — субъектное действие, но во втором моего своеволия меньше.

Когда я прониклась установкой бессилия, мне стало ясно, что своей интерпретации и личного понимания чужих текстов должно быть как можно меньше. Конечно, нелепо было бы не понимать вообще ничего, да и внутренний камертон, наверное, не стоит отменять. Он реагирует, конечно, на свое. Но слова Руми: «Будь пустым листом, чтобы Бог писал на тебе» — мне теперь очень понятны.

Что такое философия пустоты? Откуда берутся мысли, если не из внутренней интуиции? Ну, прежде всего, из непонимания и удивления, как учили Аристотель и Г. Б. Гутнер, а также, как я сама писала в главе 5. Из непонимания, скажем, Гегеля или Делеза. Из удивления, почему все так, а не иначе. Из рефлексии над тем, что с самой мной происходит. Из потребности перевести на собственный язык чужие тексты.

Субъектность нельзя отменить, но можно сделать её относительно пустой. И не до конца, конечно. Было бы, опять же, глупо переполняться внешним содержанием.

Наверное, сосуд наполовину пустой/полный — это идеальное состояние философствующего субъекта.