Прошу вас и молю, чтобы вы исправились. Исправьтесь следующим образом.

Вспомните, при каких условиях держит магнит железо? Когда блестит железо, тогда держит его магнит (т. е. когда нет на железе ржавости); когда оно так крепко, . как олово, припаянное к меди. Так же и медь посудная, тогда держит полуду, когда сама нова и чиста.

Если же (полудив) господин дома не будет беречь сосуд и поставит его подле огня, что тогда останется на меди от полуды?

Если ты поставишь медный сосуд на огонь и не доглядишь за ним, он сейчас же распаяется, станет таким безобразным, что противно будет и смотреть на него. Таково монашество и восприятая с монашеством благодать монашеской жизни. Поскольку человек чист в расположении своем, поскольку целомудр и праведен, постольку держится на нем и благодать Всесвятаго Духа. Посему, если кто будет монашествовать, но не станет остерегаться от пристрастия к юным (или привязанности), тогда с благодатию Всесвятаго Духа, которую он получил, приняв монашеский образ, (сделается то же, что с полудой посуды, несохраненной от огня).

Если не будешь остерегаться от привязанности к юному, будешь любосластничать с ним оком или словом, или делом, то благодать Всесвятаго Духа тотчас удалится от тебя и вселится в тебя бес.

Если не будешь видеть юного, то и разговорами с ним заниматься не будешь. Если же не будешь собеседовать с юным, то как возможно будет тебе сделать злое дело с ним?

Блажен, кто не взирает на юного; треблажен тот, кто и не сообращается с юным, ибо сообращение с юным есть огонь, пламя реки огненной; сообращающийся с юными тотчас теряет сущность души своей и нисколько не бывает плодоносен пред Богом.

Не говорю я вам, что юный нечист, но говорю вам, что глаза ваши осквернены (т. е. от юности человек навыкает блуду очес и пристрастию к красивым лицам).

Говорю я вам, что вы безумны во спасении своем. Когда сообращаетесь с юными, то, взирая на юного пред собою, тотчас оскверняетесь в расположении своем. Чем виноват юноша, что ты, как животное и как жеребец, прельщаешься им, лаская его?

Юный, видя твое прельщение им, начинает и сам ласкаться к тебе, потешаясь над тобой, как над (глупой) овцой, а ты не разумеваешь сетей молодого и того, что он потешается над тобою, посмеиваясь над твоим увлечением. Посмеиваясь над тобою, юный ласкается к тебе, а ты его одаряешь нарядами, чтобы еще больше ласкать око твое, предаешь ему все чувства твои, делаешься бесчувственным к Богу в расположении твоем, с нечувствием расположения твоего помрачаешься, не ведаешь спасения своего, мечтая о лице юного. Этим наряжением юного, ради ласкательства ‑плоти твоей, прельщаешь ты юного вместе с собой.

Юный к тебе ласкается, ты украшаешь его нарядами, а он делается пред тобой как девица…

Когда же будешь взирать на такое девическое лицо, то что тогда будет делаться с тобою?..

Не только один ты этим оскверняешься, но, при виде красоты наряженного юного, и ближний твой оскверняется, взирая на него.