Послушайте, священники, священномонахи и вы, досточтимейшие монахи! Зачем погубляете вы свою монашескую жизнь? Послушайте, каким тлением, т. е. из-за чего именно растлеваетесь вы, так что становитесь погибшими для спасения своего и непогибающими для беззакония. В одном единомысленном городе были две молодицы, у двух молодых мужей; одна называлась «Первая», другая «Последняя»; обе они были чревоносящие, но одна сохранила себя, так что младенец остался невредим, прозвался «Спасенный», потому что мать спасала его осторожностью своею. Другая тоже была чревоносящей, но положения своего не уберегла, по неосторожности младенца выкинула; стала беременной вторично и тоже выкинула. Так она и оставалась неплодной по своей нерадивости.

Спрашиваю я вас, какой успех может быть младенцу, т.е какая надежда на благополучное рождение младенца на свет матерь которого, сделавшись беременной и нося его во чреве, всецело предается плотским развлечениям? Отчего одна плод свой донашивает, другая не донашивает и удержать не может? Послушайте сие.

Обе молодицы стремятся плодоносить, намерение у обеих одинаковое, но одна постаралась, т. е. все старание приложила к тому, чтобы прозваться матерью, у другой же старание не к тому, чтобы звали ее матерью, а к тому, чтобы звали домохозяйкой. «Первая» не старалась и не желала того, чтобы прозывали ее домохозяйкой. «Последняя» же усердно принялась за правление домохозяйством, посему и прозвали ее домохозяйкой, матерью же ее никто не прозывал, потому что, погрузившись в суету, она умертвляла младенцев своих и была недостойна имени матери. Подобно сие дереву, которое, если будет иметь завязь плода своего, но, осуетившись, начнет выпускать побольше побегов на ветвях своих, то скинет плод свой; другое же дерево не желает выказывать отростков своих, а усиливает свое плодоношение, и вместо побегов приносит прекрасный плод; кто видит дерево, тот ублажает его ради обильного плода.

Кто же суть две молодицы?! Прежние и теперешние отцы. Скажем сначала о прежних преподобных отцах, а потом разберем нынешних.

Единомудренный город есть гора Афон, одинаково православный как раньше, так и теперь; две юные молодицы суть человеческое спасение; та, которая называется «первой», есть первые отцы, т. е. их спасительный образ жизни; «последняя» молодица есть нынешняя жизнь отцов; обе молодицы зачали во чреве, оба монашества, древнее и нынешнее, благое имели намерение спасения, но первые отцы блюли себя в положении своем от земных сует, удержали спасение свое неповрежденным, спасали спасение свое, как мать чадо свое, т. е. весьма дорожили спасением своим.

Другие отцы тоже были чревоносящими, говорим: зачавшими спасение, спасаемыми, — но не хранились они в положении своем от земных предметов, а посему не возмогли уберечь своего спасения, подобно женщине, выкидывавшей младенцев и сделавшейся детоубийцею.

Дерево осенью теряет свои плоды, а нынешние монахи теряют монашескую жизнь вместе со спасением своим; изгоняют Царицу Спасения и вожделевают царицу погибели. Возгнушались несчастные Царицею Спасения ради вожделения, которое имеют к царице погибели, дабы возделывать волю ее, дабы показывать любовь к царице погибели и изгонять Царицу Спасения…

Воля же царицы погибели есть та, чтобы люди возделывали все то, что противно Царице Спасения, т, е. похотение плоти, упокоение тела с плотским вожделением, похоть разноукрашения для развития страсти блудной, увлечение разноздательством, многосуетством, многопопечительностью, разноозабоченностью, разнотрапезованием, разноснедием, разновинием, разнодревием, разносадием, разноуслаждением, разносокровиществованием.

Сего домогается царица погибели и сие ненавистно для Царицы Спасения.

Сими любодарствиями любоодаряют люди царицу погибели, сии дела суть те противности, которые творят люди, противоборствуя Царице Спасения…