Смысл человеческой жизни состоит в осуществлениисвободы,или, что то же,в целостном раскрытии разумной и благой воли.Это совершается так, что человеческая душа постепенно преодолевает эмпирическую и конечную форму существования, постигает свою всеобщность и предает себя жизни единой Субстанции. Но спекулятивная сила и субстанциальная жизнь не приходят к человеку извне; ониприсутствуют в нем с самого начала,искони составляя его глубочайшую сущность. Путь к разумной воле и, далее, к не субстанциальной свободе есть путьсамоуглубления,совершаемый человеческой душою.

Этот путь «спекулятивной метаморфозы» ведет свое начало, как всегда, от содержательной бедности, непосредственной простоты и абстрактной единичности, восходя к содержательному богатству, опосредствованной и осложненной простоте и конкретной всеобщности. Каждое из низших состояний души не исчезает бесследно и не остается позади, но сохраняется в виде момента на высшей ступени развития.2237Разумная воля как высшая ступень субъективного духа есть состояние углубленное, конкретное и в то же время целостно-простое: низшие состояния собраны, сосредоточены в нем и образуют не пеструю совокупность эмпирических определений, но классически простой modus vivendi духа. Душа, в аспекте воли, разумна и цельна, и всею бесконечною силою своей направлена на единый предмет –Богаилиабсолютную свободу.Она созревает в виде субъективного духа и постепенно слагает тот уровень, на котором раскрываются её состояния, именуемые «правом», «моралью», «нравственностью» и «государством».

Итак, сфераобъективного духараскрывается в элементечеловеческой воли,насыщенной разумом и выросшей до состояния свободного самоопределения. Такая воля есть результат предшествующего спекулятивного процесса, исток которого совпадаетс началом душевной жизни, загоревшейся в глубине «естественного организма». Так представляется Гегелю процесс созреваниясубъективной воли.

Низшей ступеньюсубъективного духаявляется «естественная душа», непосредственно погруженная в простые процессы своего природного бытия.2238Она живет, растворенная в тех содержаниях, которые ей навязывает природа, и подвергается её влияниям и определениям: душа определяется климатом,2239возрастом,2240расою,2241наследственностью, темпераментом,2242половым влечением2243и властью сна.2244Она предается «простому пульсированию»,2245«смутному плетению»2246бессознательной и нерассуждающей жизни.2247Она не выходит из своего, вполне личного и субъективного своеобразия2248и даже не отличает субъективного от объективного;2249высшее, на что она способна, этоощущение(Empfinden) того, что ломится в неёизвне,и того, что внутренне разряжается вней.Это ощущение заставляет её приурочить одни содержания к «своему телу», другие, наоборот,– к внутреннему, «к себе», и испытать себя как«тотальностьсвоих ощущений».2250В этом испытании есть уже начало рефлексии в себя, возврата к себе: душа становитсячувствующейдушой.2251

В чувствовании (Fühlen) душа нашла себя каксубъектасвоих ощущений.2252Её ощущения, сутьеёощущения, а она есть их «внутренняя индивидуальность»;2253она есть «особый»,2254замкнутый мир своих «внутренних определений»2255– монада.2256Чувственные ощущения уже не держат её в плену;2257напротив, она различает их2258и обособляет себя от них.2259Сначала она еще пассивна, растворена в процессе чувствования и не отождествляет себя со скрытым в ней «гением»её самости;2260чувство, не сдерживаемое мыслью и волей,2261ведет её своими глухими2262путями, превращая её в сомнамбулу.2263Затем она просыпается, отделяет себя от своих чувствований и, переходя по очереди от одного аффекта к другому, утверждает свое субъективное единство: душа становитсясамочувствием.2264Однако власти над своими содержаниями она еще не имеет; аффекты ведутпсихофизиологическоесуществование, выходят из подчинения, утрачивают свою текучесть и увлекают душу во всевозможные душевные болезни.2265Лишь постепенно, силоюпривычки,душа овладевает своими аффектами, механизирует их течение и движется в них с бессознательной целесообразностью.2266

Овладевая своими ощущениями, идущимиоттела, и чувствованиями, тяготеющими к телесному разряду, душа тем самым овладеваетсамимтелом и становитсядействительноюдушою.2267Она достигает тождества между собою и своим «внешним» и подчиняет его себе;2268тело проработано душою и присвоено ею; оноизображает душуи становится её знаком, её первым явлением, её созданием.2269Это означает, что душаосвобождает себя от тела, оставаясь в теле;и, освободившись, «противопоставляет» его себе, отделяет себя от него, «негирует» его и обращается к себе.2270Душа становитсясознанием.

Сознаниеесть душа, утратившая свою непосредственность:2271она живет не«в объекте»и не«объектом»,но«об объекте».Это значит, что она противопоставляет «себя вообще» как некоторое«внутреннее», «идеальное»,«Я» «объекту вообще», каков бы он ни был.2272Душа утверждаетсебякак абстрактную всеобщность, аобъекткак«естественнуютотальностьсвоихопределений»;2273онаотноситсякнемуи в то же время совершает рефлексию всебя,являя впервые «бесконечность» духа.2274В этой рефлексии она возвращается к себе как своему окончательному средоточию, достоверному,2275идеальному тождеству.2276«Я» – это субъект сознания и знания, начало«мысли»2277и потому начало света2278иуверенности.Осознав свое «Я», душа достигает, своего тождественного центра, тойдостоверности(Gewissheit), которая конституирует её существо.2279Эта опора дает ей возможность приступить к борьбе с объектом.

Обращаясь к объекту, сознание прежде всего освобождается от непосредственно-чувственного отношения к нему2280и стремится воспринять его в его истинных свойствах (wahrnehmen).2281Силою восприятия и воображения оно вступает с ним в тождество и начинает расчленять и определять добытое на этом пути:2282оно становитсязнающимсознанием. Определяя и познавая, оно подводит единичный, содержательный материал под всеобщие понятия и абстрактные категории; сознание становитсярассудкоми построяет, таким образом,«законы природы».2283Эти всеобщие законы схватывают и удерживают само существо явлений:закон есть сущность объекта.Но закон создан не объектом: он осознан, раскрыт и начертан силою субъективного сознания; он есть продукт «всеобщего».2284И вот, душа убеждается в том, что сущность объекта порождена субъектом; что в предмете субъект находитсамого себяи что сознание «иного» есть в сущностисамосознание.2285

Однако рассудочное самосознание остается в отрыве от объекта; оно абстрактно, субъективно и единично. Оно видит вокруг себя предметы и подходит к ним первоначально с жаждою и алканием;2286оно потребляет их своекорыстно и уничтожающе,2287растворяясь в этом потреблении; оно не признает их самости и,утрачиваяв бессамостном (selbtslos)2288объекте своесамосознание,возвращается к себе с новым алканием. Этот опыт научает душу иному отношению к объекту: самосознание приучаетсявидеть в предмете начало свободной самостии становится«признающим самосознанием».2289

Такова встречадвух индивидуальных самосознаний,стремящихся показать друг другу свою свободу и, одним своим существованием, ограничивающих друг друга. Отсюда между ними возникает борьба на жизнь и на смерть; она заканчивается победой одного и господством (Herrschaft) его над другим.2290Борьба и жизнь в подчинении заставляют покоренного слугу (Knecht)преодолеть в себе бескорыстиеи тем открыть себе доступ кбескорыстному предметному и разумному созерцанию вещей и отношений.Вынужденноесамоотречениеявляется для него началомвнутренней свободы:он научается видетьсвоюсущность за пределами внешнего принуждения и признавать в господине такую же свободную глубину. Совершается «предметный подъем»2291непосредственной и единичной души; и подъем этот неминуемо, силою и верностью своею, заражает и господина.2292

Так самосознание приучается не просто «сознавать объект», но сознавать его как особое самосознание, «иное» по эмпирической видимости, ностоль же разумное и духовное:объект становится для субъектаорганом общей и единой стихии.Это означает, что субъект научается видеть вобъектеявление тогоРазума,который составляет сущностьсамого субъекта;2293он видит в предмете «себя», а в «себе» – разумную сущность;2294он вступает в сферу разума, т. е. тождества субъекта и объекта,2295и в сферу духа, т. е. чистого разумного самоопределения.2296

Дух есть «истина» души и сознания,2297т. е. он обьемлет душу и сознание, но только навысшемуровне. Состояние субъектадуховнотогда, когда он в предмете своемневидитограничивающего инобытия,2298но осуществляет знание субстанции, которая ни «только субъективна», ни «только объективна».2299Дух имеет делолишь со своими собственными определениями;2300он начинает с непоколебимой уверенности в том, чтомирестьразумное Понятие и что Понятие имеет предметную реальность.2301

Однако эта концепция остается для него толькозаданием,2302а сам дух, исповедующий её как истинную, остается субъективным и конечным.2303Он стремится к познанию, ктеоретическомуоправданию такого мировоззрения и оказываетсяинтеллигенцией.

Задачаинтеллигенциив том, чтобы найти верный и адекватный modus cognoscendi, т. е. такойспособ знания,который придал бы жизни духа характер действительного и истинногосамоопределения.Душа человека должна выстрадать себе ту глубину, на которой она подлинно увидит, чтовсякоедвижение духовной жизни естьсамоопределение,и чтодух есть творческая энергия, раскрывающая себя из себя.Тогда интеллигенция станетволею.2304

Итак, дух в качестве интеллигенции работает над своим внутренним «идеальным» миром, выковывая себесамоопределяющуюсяжизнь;2305ему необходимо преодолеть те способы познания, которые мирятся с «данным» или пассивно «найденным» объектом;2306он ищетзнание,которое было бы равносильносозданию предмета, –он ищетинтуитивное мышление.

Разумное самосознание в последний раз обращается к низшим ступеням душевной жизни, но уже с твердою верою в свою духовность; оно «снимает» их и выращивает из них спекулятивную мысль.Ощущающий опытмобилизует для духа весь непосредственный материал знания;2307вниманиефиксирует предмет,2308собирает и объединяет внутреннюю энергию духа,2309подавляет вторгающийся произвол субъекта2310и заставляет его предаться предмету;2311созерцаниевнимательно испытывает предмет, проникая из разумной глубины субъекта в разумную глубину объекта,2312и ухватывает зрелую субстанцию предмета.2313Далее,представлениеуводит добычу созерцания во внутренний мир духа и овладевает ею2314на трех этапах:усвоение(Erinnerung, собств.воспоминание)погружает узренный образ (Bild) предмета в «ночную шахту» бессознательного, сохраняет его, подводит его под свои представления и опознает его как свою собственность;2315силавоображенияизвлекает присвоенное содержание из субъективной глубины,2316воспроизводит его в виде заново созданного образа,2317устанавливает ассоциативные связи между ним и другими образами2318и, насыщая свое созданиевсеобщим значением,превращает его в спекулятивный символ духа, хранящий в себе подлинное присутствие выражаемого содержания;2319образ как символдуховного содержания,т. е.предмета,2320получает особое наименование2321и становится посредником между предметом и именем; наконец,памятьзакрепляет связь междупредметом и названием, выбрасывает посредничествочувственногообразаи воспроизводитсодержание предмета по одному имени;2322когда же она овладевает материаломвполне,она получает механическое господство над устойчивыми, и потому всеобщими,2323предметными содержаниями:внутренняя сила субъекта усваивает до конца чувственно-безо́бразный предмет, а безо́бразный предмет проникается движением субъективного духа.Душа созрела домышления.2324

Интеллигенциямыслит.Это означает, что её основная сила имеет дело со своимсобственным продуктом – устойчивым, безобразным, всеобщим предметом, т. е. мыслью.«Мыслить» значит «иметь мысли», т. е. иметь их в качестве своего содержания и предмета.2325Стихия духавсеобща,ибо едина, устойчива, субстанциальна и всепроникающа; предмет её так жевсеобщ,ибо устойчив, существен и отвлечен от образного многообразия. Субъект создал себе предмет, вполне имманентный, и в познанииегоон узнаетсебякакистинную сущность вещей.2326

Мышлению остается еще подняться отформально-рассудочногосостояния кспекулятивно-разумному,2327и теоретическоеосвобождениесубъективного духабудет закончено. От тождественного пребывания в абстрактных понятиях мысль уходит к «перворазделам» суждений и завершает свое восхождение в конкретных «слияниях» умозаключений.2328Субъективное мышление отдает себя во власть живого, объективного Понятия2329и становитсястихией разумного самоопределения.

Воля и есть стихия разумного самоопределения.

Но, прежде всего, она естьстихия субъективного духа,и постольку она зарождается первоначально в виде личного, непосредственного,чувствующегосамоопределения, которое может быть и разумным, но может носить случайный и субъективный характер.2330Воление, основанное начувстве,может быть «односторонним, несущественным, дурным»;2331оно может не соответствовать разумному, существенному2332пути духа: радость и удовольствие, стыд и страх2333имеют случайное содержание,не вырастающее из них имманентно,как того требует природа разума,2334но приходящее извне. А между тем разумное самоопределение должноисходить от самой воли.Пытаясь приблизиться к этому, воля сосредоточивается на каком-нибудь одном содержании и утверждает себя какстрастное влечение,стремящееся создать себе удовлетворение.2335Она полагает себецельи связывает с нею свойинтерес;2336но она ищетполногоудовлетворения и, не находя его, пытается руководить собою посредствоммыслящей рефлексии и выбирающего изволения.2337В этой борьбе между различными влечениями, интересами и склонностями она постигает, наконец, что полнота удовлетворения,блаженство,2338будет достигнуто только тогда, когдацель будет вполнесоответствоватьосновной и всеобщей разумной сущности воли.Цельное удовлетворение есть удовлетворениедуха в целом,взятого в видетотальности и всеобщности;для того чтобы достигнуть блаженства, воля должна опуститься в тупоследнюю глубину духа,которая охватываетвсюдушу именно потому, что владеет еёпоследними, абсолютнымикорнями. Только воля, опустившаяся на этот уровень и отождествившая себя совсепроникающейсущностью духа, может добыть полноту удовлетворения: ибо только она можетимманентносоздавать свой предмет, необходимый ей для удовлетворения; только она есть всеобщая субстанция души; только она свободна; только ей доступно абсолютное и свободное самоопределение. Только она естьистинная Воля.

Таким образом,Воля есть конкретный итог всего пути,2339пройденного субъективным духом. В устах Гегеля это не схема и не фраза, но тезис, полный самого существенного значения. Подобно тому как в его учение вообще невозможно проникнуть, не усвоиввоображающей мысльюприроду спекулятивного Понятия; подобно этому, невозможно понять что-нибудь в его философии права и нравственности, не усвоивконкретную природу Воли.Необходимо принять с полным и серьезным вниманиемвсеосновные указания его; и тогда откроется следующее.

Воля естьчеловеческая душа в целом, достигшая уровня свободного самоопределения. Человеческое существо,во всехего существенныхчертахи свойствах,оказываетсясведенным к гармоническому единству и подчиненным самой глубокой, стихийной силе души.Эта сила естьразумкакабсолютно благая и творчески-самоопределяющаяся энергия духа.

В этих определениях каждый термин должен быть насыщен живым, созерцающим разумением.

Воля естьорганическая цельность всех существенныхсвойств и деятельностей человека; но все эти свойства человеческого существаподчиненыгосподству егодуховной глубины, преображены еюи превращены веё покорный знак.«Естественная душа», с её определениями, и тело образуют крайний предел внешнего явления воли; воля приемлет материально-физиологическое обличие и выковывает из пространственных, временных и органических состояний свое верное орудие, свой знак –телесный организм.Воля есть «действительная» душа:духовный «гений самости», свободный в своем телесном организме.Далее, она есть«сознание»,но уже не оторванное от своего объекта; она есть«внутреннее идеальное Я»,но не в смысле эмпирического сознания, а в смысле метафизическогосамомышления;она есть«бесконечная рефлексия» –творческий возврат Понятия к себе. Воля есть«тождественный центр души»в его«абсолютной достоверности»;она создает закон объекта, и даже более того: онасоздает самый объект;поэтому она «сознаетсебя»в объекте и знает объект каксвоесостояние. Воля есть, далее, та «бескорыстно, предметно живущая» сила, которая знает, что субъект и объект суть лишьмодусы единой субстанции, всеобщей Воли.Она есть дух «свободный от инобытия», т. е.Разум,т. е. «интуитивное мышление», для которогопознатьзначитсоздать.Воля есть«интеллигенция», уводящая всякий предмет в свою глубину исоздающая его из себяв новом, существенном сиянии; она естьэнергия самого Понятия,мыслящего себя активно и свободно; она есть самоопределение разума какглубочайшей и свободной стихии духа.Воля есть,единая и цельная страсть духа, нашедшая свой достойный уровень и ищущая ныне полного удовлетворения своей разумной и благой природе.Путь к этому удовлетворению есть уже путьобъективногои, далее,абсолютногодуха.

Такова воля как зрелый итог субъективного духа. Она есть «истина» интеллигенции, т. е. высшая ступень разумно-познающего состояния человека.2340Это означает, что воля естьособое состояние мыслящего духа,такое, в котором субъективная душа человека является созревшей кдействию,к творчеству, осуществляющему её коренное и целостное влечение. Воля естьдух2341в его практическом,2342раскрывающем себя и творящем свою цельпорыве.

Отсюда следует, что все те, кто разделяют или противопоставляютмысль и волю,заблуждаются.2343На самом деле воля есть species мысли: мысль придает себе значение воли и остается её основой и субстанцией.2344«Без мышления не может быть воли, и самый необразованный человек есть воля лишь постольку, поскольку он помыслил; животное, напротив того, не может иметь волю именно потому, что оно не мыслит».2345Воля есть «мыслящий разум»,2346и только в этом виде она может утвердить свою свободу2347и сообщить себе истинное и достойное содержание.2348

Ибо истинное состояние воли естьсамоопределение;а истинное и абсолютное самоопределение даетсятолько мысли.

Самоопределение есть сущность воли,её жизнь, её стихия, её essentiale. Самоопределение и воля просто совпадают в понимании Гегеля. Воля, которая не способна определить себя к чему-либо, есть постольку слабая воля, безволие, своего рода «слабая сила»; воля, которая определяет не себя, а нечто другое,уже определила себяк тому, чтобы определить что-то иное. Самоопределение есть та основная функция воли, без которой волинет,а при наличности которой, воля имеет бытие. Воление состоит в том, что воля самоопределяется:2349«замыкается в себе»,2350«наполняет себя из себя»,2351«даст сама себе содержание»2352и оказывается «рефлектированной в себя»2353и «тождественной с собою».2354Сущность воли в том, что она повинуется только себе2355и, сливаясь с собою,2356остается «у себя».2357

А это и означает, чтоволя свободна:2358ибо самоопределение есть не что иное, как сама свобода. Воля, не определяющая себя самодеятельно и самостоятельно, есть не «воля», но осуществленная «неволя». Этим разрешается для Гегеля и антиномия свободы-необходимости. Воля в своем истинном и полном значении – разумная воля – свободна потому, что свобода составляет её природу,2359«её понятие или субстанциальность»;2360свобода есть сущность воли,2361подобно тому как тяжесть есть сущность тела,2362а «уверенность» есть сущность самосознания.2363Воля свободна потому, чтоей свойственно относиться только к себе и ни к чему более;2364она свободна потому, что независимость от всякого инобытия2365составляет её стихию. Воля, живущая на уровне разума, направлена всецело в свои недра, и поэтому она обладает истинной бесконечностью: «она сама есть свой предмет»;2366а это означает, что она не имеет ограничивающего её инобытия, но в творчестве своем возвращается к себе.2367

Эта обращенность воли к её собственной сущности может быть выражена так, чтоона есть предмет своего воления, осуществляемый посредством разумного и систематического раскрытия своей сущности.

То, чего желает разумная воля, естьеё собственнаясущность; т. е. она желает полногосамоопределения и абсолютной свободы.Разумной воле свойственно, чтобы её «определением», её «содержанием», её «целью» и её «существованием» была свобода.2368Воля сама ставит себе цель,2369и цель её – она сама, т. е. её свобода. Это предполагает, что воля опознала свою истинную сущность; что она имеет бытие не только «по себе», но и «для себя».2370Такая воля является субъективно-зрелой волей: она выходит из себя, становитсяобъективным духоми создает себе «мир свободы»2371– в организованной общественности, в праве, нравственности и государстве.

Таково «понятие» воли: это естьспекулятивно освободившееся разумное мышление человека, творчески стремящееся к полноте удовлетворения, т. е. к абсолютной свободе.Воля есть самоопределение разума, само определившее себя к осуществлению абсолютного самоопределения.

В этомсущность зрелой воли,или её «понятие». Однако наряду с зрелым состоянием воли возможны, очевидно, и незрелые, низшие состояния. Необходимо иметь в виду, что «воля» естьволя человека,некоецелостное состояние человеческого существа.Это означает, чтозрелая воляесть действительный«образ мира», допускающий наряду с собою незрелые«явления»и вмещающий в себедвойную природу:спекулятивную, или бесконечную, и эмпирическую, или конечную.

Воля, как и всякое другое видоизменение Божества, может обстоять и действовать или в непроявленном, скрытом виде, оставаясь в глубине человеческого существа и утверждая свою природу только «сама по себе» (an sich); или же в раскрытом осуществленном виде, на уровне сознания и самосознания, – «сама по себе и для себя» (an und für sich). Однако в своем скрытом, непроявленном, «неопределенном» виде она не перестает быть волею: она остается как бы «нейтральной», но «бесконечно оплодотворенной» силой, «первоначальным зерном»,2372содержащим в себе и производящим из себя «все определения и цели». Для того чтобы раскрыть и осознать свою сущность, для того, чтобы осуществить себя как свободное самоопределение, воля должна принять и проработать свою эмпирическую сущность, приобщить себя «быванию», статьсуществующей волей и победить элемент своего существования.Тогда только воля получит значение «действительного образа», состоящего из «сущности», победившей свое «существование»; тогда только она станет, по выражению Гегеля, «идеею»;2373ибо «понятие» воли и «предмет» воли совпадут и превратятся в тождество.2374

Этот процесс созревания воли Гегель выражает нередко так, что её «всеобщая сущность» принимает вид «единичного явления», а «единичная» воля, углубляясь в себя, устанавливает свое спекулятивное тождество со«всеобщей волей».Этот процесс выходит уже за пределы субъективного духа, хотя и начинается в его глубине.

Для того чтобы верно понять природу«всеобщей воли»,необходимо иметь в виду основное воззрение Гегеля на жизнь Бога и мира. Согласно этому воззрению, Божество естьединая «всеобщая» субстанция всякого бытия,а явления мира – вещи и души, растения, животные и люди суть подчиненные «единичности», «акциденции» или, вернее, живые «модусы» этой субстанции. При этомвсеобщее входит в единичное как его живая сущность, а единичное входит во всеобщее как его живая часть;2375«всеобщее» есть абсолютно-реальная, творческая стихия, пронизывающая всякую «единичность», но скрытая в ней и индивидуализированная её пределами; эти пределы не позволяют свободной субстанции выйти на свободу иявитьсяв мире так, как это соответствует её природе. Свободная всеобщность остается«только сущностью»до тех пор, пока ей не удается преодолеть косную стихию инобытия, или, что то же, пока «единичность» не осозна́ет в себе свою всеобщую сущность и не отдастся её духовной и абсолютной силе.2376Тогда всеобщность перестает быть «только сущностью» и становится «явившейся сущностью» – тождеством «сущности» и «существования», «понятия» и «реальности», т. е. действительным «образом мира» или трижды реальною «идеею».2377

Этот порядок осуществляется вмирена разных уровнях, или, что то же, в разных «элементах». Однако с особенной стройностью он раскрывается вконкретной нравственности,где «единичная воля» сливается со «всеобщею волею», и в абсолютной религии, где «верующая душа» приемлет в себя «жизнь и любовь единого Бога». Гегель успел дать продуманное и зрелое выражение только учению о нравственной жизни людей и оставил систематическое учение о религии в виде черновых набросков. Учение о «всеобщем» как живой, конкретной тотальности остается поэтому, строго говоря, достоянием егоЛогики и Философии Права:там оно раскрывается в элементе реальности – чистой, божественноймысли;здесь – в элементе «действительной» человеческойволи.

Всеобщая воляесть особое состояниеБожественной2378стихии в мире и притом именно вчеловеке.Это есть видоизменение самого Понятия, Разума или спекулятивной мысли. Воля каксубстанциальный кореньчеловеческой души именно потомувсеобща,что она есть видоизменение мыслящего себя Смысла:2379ибо мышление, – и по деятельности своей и по предмету своему, – всеобще.

Поэтому всеобщая воляживет ритмом и целью Понятия:она создает единичные воли из себя путем «спецификации»; она входит в них в качестве их скрытой, живой сущности и включает их в себя как свои живые части; она имеет всеобщую цель и всеобщий предмет – себя и свою свободу; и, осуществляя её, она достигаеттождествамежду собою и своими явлениями, т. е. индивидуальными волями людей.

Это означает, прежде всего, что необходимо различать между всеобщею волею как «по себе сущей субстанцией» и единичною волею как «для себя сущим явлением». Толькоконкретное тождествоих дает «истину», т. е. совпадение «всеобщей субстанции» с «единичным явлением», истинную «всеобщую волю», сущую «по себе и для себя» (an und für sich). Сращение или отождествление между «всеобщей волей» и «индивидуальной волей» совершается дважды: первый раз в пределах «субъективного духа» и второй раз в пределах «объективного духа». Человек находит в себе божественно-разумную стихию воли два раза: сначала в своей замкнутой жизни, приводящейегок признаниюсебяиндивидуально-свободною волею, а потом в общении и общественной жизни, приводящейвсехлюдей к признанию себя –единою спекулятивною стихиею «народного духа».

Сначала воля есть«по себе сущая субстанция» субъективного духа.Она скрыта в его глубине как «гений его самости», как его истинное «понятие».2380Человек часто не знает этого, не видит и не признает своей истинной, разумно-волевой природы; тогда он определяет себя чувством и страстью и вступает на путь блужданий. Однако это заблуждение не в состоянии изменить сущности дела: всеобщность разумного самоопределенияостается его подлинною не освобожденною природою,или, формально говоря, – его предначертанным долженствованием.2381Без мысли нет человека; она пробивается в нем еще на ступени восприятия (Wahrnehmen) и сознания. Амысльесть ужесостояние всеобщности.Стихия духа – самоопределяющегося мышления остается «всеобщей» даже в непосредственно-личной жизни человека.

Но именно в такой жизни и обнаруживается впервые различие между всеобщею волею как «по себе сущей субстанцией» и единичною волею как «для себя сущим явлением».Сама по себеволя остается разумною, всеобщею и свободною;2382но вявлениисвоем она оказывается оторванною от субстанции единичностью, – «непосредственною или естественною волею».2383На сокровенно-внутренних путях своих воля живет как «бесконечная сила»; а на путях внешнего явления она остается «конечною»2384и «формальною»2385волею, наполненною многообразным эмпирическим содержанием.2386

Этот разрыв между двумя волями исцеляется, далее, в пределах«субъективного духа»тем, что конечная воля в поисках полного удовлетворения обращается внутрь себя и признает свою бесконечно-разумную сущность. Она становитсясвободноюи «сама по себе», и «для себя»; то, что было скрытою в ней сущностью, становится осознанным достоянием и способом жизни субъективного духа. Воля целостно определяет себя к свободе и переходит в сферу«объективного духа».

Этот переход к «объективности» означает, что разумная и всеобщая сущность духа должнастать для него самого объектом.Душа постигает, что она какчеловеческая монадавнутренне свободна и вслед за этим выходит за пределы своего замкнутого существования. Воля уже признала свою субъективную всеобщность и видит себя в своеобразно-противоречивом состоянии: она сама как внутренне-всеобщая субстанциальная сила противостоит целому множеству «внешних» существований и сама ограничена пределами субъективной монады. Инобытие, по-видимому, до конца побежденное субъективным духом,вновь встаетперед ним, и это требует от него дальнейшего самоосвобождения. Воля, субъективно «свободная» и «всеобщая», должна статьобъективно«свободной» иобъективно«всеобщей».

Объективность, к которой обращается воля, имееттроякийхарактер: во-первых, это есть множество единичных, индивидуальных воль, т. е. «другие» люди; во-вторых, это есть множество «естественных вещей», предстающих сознанию, т. е. совокупность тех природных условий, в которых живет человек; в-третьих, это есть множество личных, человеческих потребностей и влечений, загорающихся в самой субъективной воле от общения с другими людьми и вещами. Все это образует «внешний материал» для существования субъективно-зрелой воли и предначертывает ей путь дальнейшего восхождения.

Этот путь состоит в том, что воля должнаоткрыть разумную и всеобщую природув своих новых «объективных» предметах и осознать в себе ту, еще более глубокуювсеобщность,котораяедина для всех людей, стоящих в общественном сожительстве.Достигнуть этого значитснять«противоречие» между субъектом, уже разумным и всеобщим, и предметом, предстоящим в виде неразумного множества единичных существований; это значит также снять «противоречие» между всеобщим,субстанциальным содержанием,созревшим в субъекте, ивнешней формойего жизни – личною, конечною и ограниченною. Индивидуальная воля знает, что онасама по себе(т. е. в отрыве от других людей и вещей)всеобща и разумна,и притом не только «по себе» (т. е. по своей сокровенной, субстанциальной сущности), но и «для себя» (т. е. по своему эмпирическому самосознанию); теперь ей предстоит найти ту же всеобщность в других людях,познать в них то, что она познала в себе,и признать, чтов них живет и творчески раскрывается та же самая, единая стихия разумного самоопределения,которая слагает и её собственную сущность. Субъективная воля должнапознать свое спекулятивное тождество с другими субъективными волями.Она должна убедиться и признать, что множество индивидуальных воль есть «множество» лишь по своейвнешней видимости,по своемуявлению; по существуже это множествоне разъединено реально,но образует одну единуюВсеобщность,единую всеобщую волю, народный дух (Volksgeist). Эта единая всеобщая воля и есть тадуховная субстанция,котораявходит в каждую единичную волюв качестве её живой сущности ивключает в себя все единичные волив качестве своих живых о́рганов.

Согласно этому, всеобщая волятриждыоправдывает свое имя. Она всеобща, во-первых, потому что она есть единаясубстанция всяческого бытия,сама Субстанция, само Понятие. Сам божественный Смысл. Она всеобща, во-вторых, потому что она есть всепроникающая сущностьсубъективного духа,всех его внутренних состояний и определений. Она всеобща, в-третьих, потому что она есть единая, разумно-волевая, духовная стихиямножества людей,множества индивидуальных воль. Это есть общая всем людям сила разумного воления: однако «общая» не в том смысле, что у каждого человека есть «своя воля», а у многих людей есть «одинаковая душевная способность»; но в том смысле, чтоВоля реально едина, а индивидуальные воли суть её специфические видоизменения.

Эти специфические «обособления» единой всеобщей воли могут выражать её божественную природу с большею и меньшею верностью. Индивидуальная воля может не знать, не сознавать и даже не предполагать того, что она есть «явление» и «о́рган» единой субстанции. Однако это заблуждение не в состоянии изменить сущность дела: всеобщая воля народного духа остается всегда субстанцией единичной воли, но может бытьскрытойсубстанцией,сущей лишь «по себе».Задача индивидуальной воли в том, чтобы осознать это и признать себя о́рганом народного духа: тогда она постигнет свое тождество со всеобщей волей и с «другими» людьми; тогда она поймет, что она свободна от «инобытия» не только в своих собственных пределах, но и в «объективном» порядке, ибо другие люди суть её «соо́рганы», объединенные с нею единой субстанциональной сущностью. Тогда субъективный дух станетобъективно свободными «по себе», и «для себя».

Так оправдывается здесь основное соотношение спекулятивных ступеней: последующее состояние есть всегдареальная сущностьпредшествующей ступени, её субстанциальное зерно, скрытое в ней и раскрывающееся из неё, как из своей оболочки. Согласно этому, всеобщая воля народного духа лежит в основании субъективной воли, но субъективная воля не знает этого и узнаёт об этом только тогда, когда созревает внутренне до состояния разумной воли и вступает в сферу «объективности». Это можно выразить так, что субъективный дух осозналсебякаксубъективно-всеобщуюволю, т. е. обрел в себе самомединую,разумную стихиюмысли,котораясвободнаот своего объекта потому, что сама создает его (смысл имманентен мышлению), и котораявсеобща,потому что субстанциально пронизывает весьвнутренний мир монады(воля есть разумная всеобщность душевной монады). Однако теперь субъективному духу предстоит осознать нечто бо́льшее: не «онтогенетическую», а «филогенетическую» всеобщность воли. Это означает, чтосубъективная всеобщность воли есть индивидуальное выражение объективной(т. е. социально-духовной)всеобщности,осуществившееся в индивидууме како́рганенародного духа. Иными словами: разумный дух каждого отдельного человека есть «единичный модус», специфическое видоизменение «всеобщей воли» его народа.

Понятно, что на самом деле «всеобщая воля» совсем не противостоит единичной воле. Взятая отвлеченно, всеобщая воля есть абстракция, чистая, безразличная неопределенность;2387точно так же единичная воля сама по себе есть абстракция, дурная, отъединенная, непосредственно-личная ограниченность. Истина лежит в ихединстве.Всеобщая воля слагается и состоит из единичных воль, так как абсолютная первооснова слагается из своих живых частей.2388Единичная воля скрывает в себе ту всеобщую духовную стихию, которая живет «во всех и в каждом».2389Истина лежит, как всегда,в конкретном тождестве трех моментов: всеобщегокак начала, подъемлющегося над каждым данным содержанием, все в себе разрешающего и бесконечно рефлектирующего;2390особенного,как начала различающего, определяющего и ограничивающего;2391иединичного,как начала, сочетающего в себе содержательную определенность с властью бесконечной рефлексии.2392Эти три момента в сращении образуютсистему единичных человеческих воль,живущих единымподъятым и ассимилированным, всеобщим содержанием;или, что то же, они образуютединую субстанцию народного духа, дифференцировавшую себя и разложившую себя на систему единичных человеческих воль.Всеобщее входит в единичное, как в свою живую часть, а единичное содержит в себе всеобщее, как свою живую сущность.

Задача субъективного духа должна быть теперь ясна: ему предстоит осознать и усвоить это истинное положение вещей. Субъективно-зрелая воля должна «принять» бытие множества других людей и вещей так, как она уже приняла однажды множество своих душевных и телесных состояний; она должна вступить в творческое – воспринимающее, чувствующее, алчущее, сознающее и преодолевающее – отношение к ним, изжить в этом свои влечения и проложить себе дорогу кразумному отождествлениюсо своими объектами; познанием и волею должна она выстрадать свое тождество с другими людьми, чтобы признатьсебя в них и их в себе,и всех вместе –единым народным духом;2393и, наконец, она должна творческою2394жизнью в едином народном духе, подлинноусвоитьсебе его всеобщую волю и его всеобщие цели2395и превратить вещественную обстановку народной жизни в покорное тело народного духа. Это и есть путь кобъективной свободе духа;она достигается только через осознание и осуществлениевсеобщейволи как «источника всех единичных воль».2396

Так возникает учение Гегеля о праве, морали и нравственности. Все эти ступени объективного духа представляют из себя, прежде всего, состояния или модификации субъективно-зрелой воли, т. е. разумной, свободной и субъективно-всеобщей. Этим и определяется их родовая сущность.