Другой некий мим по имени Гай бесстыдно хулил пресвятую Богородицу. И является ему Богородица, говоря: «Что худого сделала тебе, человече, что пред стольким народом высмеиваешь меня?» Он же, проснувшись, не только не исправился, но еще более хулил. И вновь является ему всепетая святая Богородица, увещевая его и говоря: «Нет, прошу тебя, не вреди своей душе из–за меня». Он же вновь еще более хулил. И в третий раз является ему, укоряя и говоря: «Чем тебя обидела, человече, что не престаешь так беспричинно хулить меня и оскорблять меня? Поверь мне, если не образумишься, изведаешь цену своего неразумия». И поскольку он не исправился, но вновь еще более пустословил и еще хуже оскорблял, однажды предстает ему Богородица в полдень, когда он спал, ничего не сказав, но пальцем отчеркнув его ноги и руки. И проснувшись, нашел, что отсечены[280]и руки его, и ноги, и лежал обрубком*. И об этом несчастный поведал всем и обличил себя, и принял воздаяние за хулу. Видишь, как наказываются не только хулящие Христа, но и Пренепорочнуто Его Матерь? Если же в настоящем веке и не наказываются или не изведывают по заслугам, ибо долготерпит суд, то в грядущем, конечно, не избегнут, ибо увидят Того, в Кого метили. И гонящие, и непочтительно хулящие[281]святые образы и стенопись, что восходит к первообразу*, будут наказаны по справедливости.