Добрая, высокочтимая Капитолина Николаевна!

Не стало Вашего доброго, лучшего друга и спутника жизни: злоба и лукавство врага–японца наметила и сразила разом желанную жертву — взяла лучшую и полезную, и самую нужную жизнь нашего доблестного Адмирала и с ним множество самоотверженных воинов, сынов отечества[272]. Сколь хитер и адски лукав враг, наученный сатаною, которому он служит; а Господь попустил взять врагу столько верных сынов Царя и Отечества, чтобы, лишив их жизни временной, — сподобить всех жизни вечной в невечернем дне Царства[273]Христова. Они все в радости теперь предстоят Христу и славословят Его с Ангелами.

Я не писал Вам раньше, выжидая время, когда скорбь и печаль Ваша от времени и размышлений будет не столь остра, чтоб не поддавалась утешению. А ныне пишу Вам эти строки, чтобы пролить хоть каплю утешения в Ваше сердце, истерзанное печалью по погибшем Степане Осиповиче. Он не погиб; а только преставился в другой, лучший, вечный мир, в коем нет болезни, печали и воздыхания[274], нет более смерти, в коем вечно ликуют мученики и все, за веру, Царя и отечество живот свой положившие[275]. Еще так недавно он с нами молился, прощался как бы предчувствуя свою участь, свою всегдашнюю с нами разлуку[276]. — О душа, в которой витало столько благородства, любви к Царю и Отечеству, любви ко Христу; столько прекрасных намерений!

Он и Морской собор заложил в Кронштадте, которого столь долго ждали и который быстро доведен им до половины[277].

Вечная, вечная ему память!

Он достиг тихого, вечного пристанища и не жалеет о здешней жизни, потому что вселился в лучшую и вечную. Утешься, добрая Капитолина Николаевна с милыми своими детками[278]. Я поминаю ежедневно в молитвах Степана Осиповича.

Христос Воскресе!

Ваш смиренный молитвенник

Протоиерей Иоанн Сергиев.

5 Апреля 1904.