Его Преосвященству Преосвященнейшему Арсению, Епископу Псковскому И Порховскому Ваше Преосвященство,

Милостивый Архипастырь!

От всего сердца благодарю Вас за любвеобильное письмо ваше, с приветствием меня с днем Ангела и за архипастырские благожелания[329]. Благодарю также и за Ваше попечение об умиротворении сестер Воронцовского подворья в Петербурге[330]. О, сколь живительно это умиротворение в обители, в которой должны царствовать мир и любовь с послушанием! Такое прекрасное, светлое, со всякими современными удобствами для водворяющихся, устроено Подворье для поддержки монастыря, что надо было бы только радоваться и благодарить Бога и жить в любви между собой сестрам, коим это добро досталось, по милости Божией, даром, без всяких трудов и сборов[331]. Несомненно, что в подворье требуется умная, добрая, опытная монахиня, которая сумела бы, при помощи Божией, объединить сестер, собравшихся под кровлю Подворья из разных мест и разных характеров. И сестры все, как я знаю, желают порядка, мира и послушания; все желают трудиться, подвизаться, спасаться. Объединить их легко. Но Лидия никоим образом сделать этого не может.

Благодарю Ваше Преосвященство, что Вы в начале ноября удалите ее с Подворья. Я лично ничего против ней не имею. Но в видах мира и тишины Подворья желаю ее удаления.

Игумения Таисия своим доброжелательным, тихим характером может принести желанную пользу сестрам[332], которые чувствуют себя горькими сиротами при Лидии.

Благодать архиерейства, в Вас почивающая, да умудрит Вас во всем Архипастырском служении Вашем.

Ваш смиренный послушник,

Протоиерей Кронштадтского Собора

Иоанн Сергиев.

23 октября 1904.