Фрагмент

Прискорбно и больно было прочесть в Вашем ко мне письме от 19 января[461]о бессмысленном, богохульном учении невежды крестьянина Льва Сивко[462]. Никакого повода я никогда не подавал к такой нелепости, какую он произносит. Божиею милостию пятьдесят лет я прослужил Церкви Божией, проповедовал всегда усердно Слово Божие согласно с учением Православной Церкви, имея вблизи всегда моего Архипастыря, митрополита С.-Петербургского и Святейший Синод и часто печатая мои проповеди в повременных изданиях. Крестьянина Льва Сивко я лично не знаю, и как бы я хотел повидать его и поговорить с ним о его бессмысленном учении! Ехать нарочно в Седлецкую губернию я не могу по причине недомогания моего, не дозволяющего мне отлучиться далеко. Нельзя ли прислать ко мне этого крестьянина для личного наставления и обличения в сумасбродстве! Он бессовестно клевещет на меня, смущая своим бессмысленным и гибельным учением простодушный, невежественный народ. И не только он смущает народ своим нелепым учением, но и католики–ксендзы и поляки–католики клевещут на меня, будто я перешел из православия в католическую веру; и многих, многих православных смутили своею наглою ложью[463]. Свидетельствуюсь Богом, своею священническою совестью и всем моим пятидесятилетним служением в священническом сане, что я искренно православный священник и никогда никого не учил вопреки учению святой Православной Церкви, и крестьянина безбожного Льва Сивко предаю праведному суду Божию как произносящего на меня бессмысленную, дерзкую клевету, и всех верующих ему обличаю, порицаю и осуждаю и прошу не слушать его и не верить ему ни в чем[464]как самозванцу, проповедующему бесовское, гибельное учение. Советую всем православным крестьянам твердо держаться учения Церкви Православной и слушать пастырей Церкви. Только в ней одной — истинное спасительное учение, а всякое противное ей учение — ложь и погибель.

Утверждаю все сказанное моим священническим, старческим словом. Аминь.