Михаил и Митенька.

Михаил.А все-таки я не понимаю…

Митенька.И не трудитесь, Мишенька, – все равно не доймете… Это вам не Гегель – не «разумное действительно», к черту логику – и все шиворот-навыворот.

Михаил.Вы думаете, Митенька?(Подносит руку к щеке).

Митенька.А что, зубы болят? Хотите платочек подвязать? А то как бы флюс не сделался. Да вы не конфузьтесь, батюшка. Эка невидаль – оплеуха подле уха! Это иногда лучше всякой логики.

Михаил.Вы, сударь, пьяны, глупы и пьяны. Убирайтесь к черту, пока я вас…

Митенька.Сделайте одолжение.(Подставляя щеки).Вот обе – в какую угодно.

Михаил.Ну. вас… блаженненький!

Митенька.Нет, стой, погоди! Не так я глуп, как ты думаешь. А что пьян – пьян да умен, два угодья в нем. Не понимаю я, что ли, с кем говорю? Ведь кто кого победил давеча – он ли тебя или ты его, это один Бог рассудит. Эх-ма, голубчик Мишенька, все понимаю! Не сердись на меня. Ведь ты сейчас с Россией-матушкой прощаешься! Уедешь – и не видать тебе ее, как ушей своих. Бунтовал здесь мальчиков и девочек – бунтовать будешь там народы и царства. Накутишь, намутишь, так что небу будет жарко. Крови отведает львенок – будет лев, искай кого поглотити. Ну, брат, счастливо! Поцелуемся – со мной-то можно, чай, – не подеремся! Аль брезгаешь?

Михаил.Нет, отчего же? С удовольствием. Вы тоже, Митенька, славный. Спасибо вас всем, за все спасибо. Не поминайте лихом.(Обнимаются). А что, Митенька, о чем я вас хотел спросить: что это я сказал Дьякову давеча, когда он в меня целился?

Митенька.Ну, что вы… Будто сами не помните? сказали, что стрелять не будете.

Михаил.А еще что?

Митенька.Еще? А еще, – что убивать не хотите, потому что противно.

Михаил.Вот, вот, оно самое! Противно.(Помолчав).Митенька, а что, очень я тогда боялся?

Митенька.Ну, уж это вам лучше знать.

Михаил.Нет, а вам, со стороны как?

Митенька.Мне?.. Чудак вы, право, Михаил Александрович! Ну, да уж что там… Молодец, молодец, дай Бог всякому так!

Михаил.Гм, молодец?(Улыбаясь). А знаете, я ведь, может, и очень боялся. А только я тогда совсем о другом думал…

Митенька.О другом? О чем это?

Михаил.Да вот об том самом, что убивать не хочу. Поединок, говорят, дело чести. А я не хочу убивать, совсем не хочу. Противно. И если по чести убивать надо. – ну ее к черту и честь!

Митенька.Вон оно куда! А ведь это уже на мое выходит – вот как я говорю: взять все за хвост да и стряхнуть к черту!

Михаил.Ну, может, и не все, а уж это наверное! Уж это наверное! С этого все и начинается. Тут-то оно и есть, – бунт, – такой бунт, какого еще никогда не бывало! Никогда не бывало! А ведь никто не понимает… Ну, да ничего, поймут. Надо, чтобы поняли. И я это сделаю, сделаю, сделаю!

Митенька.Ну, и сделай, ну и сделай. Мишенька! Помоги тебе Бог!

Голос Дьякова с лестницы.Михаил Александрович! Михаил Александрович!

Михаил.Иду!

Уходят.