Плоть, мир и диавол забрасывают в душу человека свои удочки с приманками на любой греховный вкус — от грубых, чувственных, плотских удовольствий до тонких духовных обольщений славою и честью ума и сердца, до одуряющих воскурений, возбуждающих в человеке чувство превосходства над другими и подвигающих его на самообожение... Забрасывают и ждут: авось и клюнет человек! Авось сам, своею волей примет предлагаемое обольщение славою или соблазнится на наслажденье, на самообоженье и... поймается на удочку! А, поймавшись, глядишь, и заживет человекв похоти плоти, похоти очей и гордости житейской(1Ин.2:16).

Следует уяснить, что духовность наша двоякая: одна от Духа Господня, от Духа Святого, а другая — от духа нечистого, бесовского.

Дух Господень наделяет смиренного человекадухом премудрости и разума, духом совета и крепости, духом ведения и благочестия(Ис. 11:2); и тогда духовность человека выявляется в плодах духа, которые суть:любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание(Гал. 5:22-23).

Вдохновляемая же духом нечистым, духовность наделяет возгордившегося человека всякой греховностью...Ибо начало греха — гордость...(Сир. 10:15.) Аначало гордости — удаление человека от Господа и отступление сердца его от Творца его...(Сир. 10:14.)Тогда надмевается дух его, и он ходит и буйствует...(Авв. 1:11.)

Человек сам, склонностью своего сердца к смирению или к гордости, привлекает на себя и соответствующее вдохновение от Духа Святого или от духа нечистого и таким образом становится носителем избранной им духовности: благой или злобной.

Когда в человеке нетверы, действующей любовью(Гал. 5:6), то есть нет веры во Христа Бога, которая всегда должна являться деятельной и живой, тогда в нем не может быть и духовности благодатной от Духа Святого. В неверующем человеке духовность может быть лишь от лукавого (мирская, страстная и злобная), посколькувесь мир лежит во зле(1Ин. 5:19). Он ради этой избранной им духовности может даже подавлять требования своей плоти с тем, чтобы всецело гордо посвящать себя служению греховным страстям и миру сему в науке55, искусстве, политике и всякого рода духовному общению с невидимым миром посредством магии и другими подобными способами.

Соблазны плоти, мира и диавола увлекают собою тех, кто внутренне склоняется на них, кто сам хочет быть ими увлечен. Пьяницы соблазняют на выпивку того, кто и сам уже склоняется выпить. И блудница собою обольщает того, кто ее домогается, кто сам вожделеет похотливого наслаждения с нею. Конечно, можно быть трезвенником среди пьяниц, равно как можно оставаться целомудренным и среди развращенных. Однако это -удел сильных подвижников благочестия, воюющих с помощью Божией против восстаний плоти, мира и диавола. Для всех же нас, менее стойких в духовном отношении людей, Псалмопевец считает лучшим уклоняться от зла (см. Пс. 33:15) — не ходитьна совет нечестивых, не стоятьна пути грешныхи не сидетьв собрании развратителей(Пс. 1:1).Кто прикасается к смоле, тот очернится, и кто входит в общение с гордым, сделается подобным ему(Сир. 13:1)56.

Счастлив тот, кто вовремя оборвет свое общение с человеком гордым, лукавым, развратным... вообще, с человеком, порабощенным какой-то низменной страстью. И дважды счастлив тот, кто не избирает себе в спутники жизни человека гордого, лукавого, развращенного... Ибо последний, заполнивший предметом своей страсти свою душу и тем самым опустошивший ее от всего светлого, духовного, святого, может развратить и другого.

Все страсти (даже при кажущейся их невинности, например, страсть болельщика игры в хоккей, футбол, страсть зрителя сражений на ринге или скачек лошадей на ипподроме, страсть театрала, картежника, охотника или страсть коллекционера марок, спичечных коробков и пр., и пр.) отрицательно влияют на жизнь личности, поскольку они, отвлекая от подлинной жизни, от смысла ее, завлекают человека на колею шуточной (может быть, даже точнее: шутовской) жизни и заставляют его растрачивать внимание, время и силы, по сути дела, по пустякам57. Человек становится идолослужителем, когда он посвящает себя на служение своим страстям и пристрастиям, когда приносит им в жертву — буквально как своим идолам — средства, время, внимание, силы, жизнь, душу. Кто исполнен самолюбия, кто любит свою честь, тот искренно не может чествовать другого. Отсюда происходят между людьми несогласия, ибо каждый предпочитает свою честь чести другого. Кто любит свою честь, тот делает ее «богом». Потому-то столь много у нас идолов на земле, а отсюда — распри, зависть, ненависть, раздоры. Так, себялюбие является причиной раздоров, любовь же к Богу — источником мира и согласия (20. С. 548).

Не обманывайтесь,— увещевает апостол Павел,— ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи... ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники — Царства Божия не наследуют. Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною(1Кор. 6,9,10,12).

Итак, пьяница, идолослужитель (то есть порабощенный страстям), развратник — как не наследующий Царства Божия — не может быть избираем мною в спутники жизни... Значит ли все это, что должно в спутники жизни избирать только святых? О, да! Хорошо было бы быть святым и жить со святыми! К сожалению, среди нас будто вовсе и нет святых-то. А если они и есть, то их трудно, почти невозможно, бывает нам отыскать с фонарем нашего плотского зрения и ограниченного, помраченного в суете разума (см. Еф.4:17-18).

«Мы должны любить — любить сродных нам, и, узнав превосходство любви, оказывать ее другим. Ибо как виновен тот, кто не избирает достойного избрания, так похвала принадлежит тем, которые любят достойных любви» (18. С. 259).