Знаешь ли, Феодул, отчего проистекают самые ужасные беды среди людей? Если не догадываешься, то я скажу тебе: оттого, что люди утратили дух хозяйствования. Ушел из них дух домовладычества, мой Феодул, и напоились они духом наемничества. А наемник не хочет ни сам обзаводиться хозяйством, ни чужим домом управлять как должно.

Спаситель мiра пришел с духом хозяйским, домостроительным — с самым необъятным (букв.: с самым широким, — Пер.) и совершенным, какой только Бог мог явить и какой только и мог поспособствовать тому, чтобы разрушенное хозяйство человечества снова встало на ноги.

Прежде всего, ради высшей цели, исполняет Он законные предписания меньшей важности. Избегает словесных перепалок и стычек вокруг этих норм. Принимает обрезание, хотя оно и ничто, — ведь установит Он новое обрезание, которое будет обозначать отрешение сердца от зла. До тридцати лет не выступает Он как Учитель, хотя и в двенадцать лет смог изумить всех иерусалимских старцев и мудрецов (Лк. 2,46). Крещается водой на Иордане, как и все прочие люди крещением Иоанновым, пока не дополнит Он это крещение Духом и огнем (Мф. 3, 13–17). Платит подати, когда Его об этом просят (букв:, требуют. — Ред.), хотя, собственно, и не обязан платить (Мф. 17, 24–27). Сорок дней подвергается бесовским искушениям, отражая их постом и молитвой (Мф. 4,2), чтобы как Домовладыка дать пример Своим домашним, как надлежит бороться с демоническими прилогами и побеждать сатану.

Ах, Феодул, не с начала пустился я [рассуждать]: [прежде всего и] рождается Он в каменной пещере (Лк. 2, 7), а не в царских чертогах, — чтобы показать, как высоко ценит Он даже самое дешевое место на земле, ведь Он и сотворил это место. Берет малых скромных рыбаков, чтобы поставить их великими Апостолами и благовестниками Своего спасительного учения (Мф. 4,18–22) — и тем самым удостоверить, что дороги Ему и малейшие люди, которых Он создал. Общается с последними грешниками и мытарями, презираемыми надменным мiром, — и это ставят Ему в вину (Мф. 9, 11). Впрочем, как заботливый Домохозяин видит Он, что прохудилось решето, [с помощью] которого мiр скрупулезно исследует (букв: просеивает. — Ред.) те или иные ценности, и что через дыры в нем падает в полову много чистого зерна. Эти отринутые зерна Он по–хозяйски собирает и хранит.

Не отвергает Он прежде бывшего, но делает из него выборку и отобранное сочетает с новым. Не думайте, — говорит Он, — что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить (Мф. 5, 17). Принадлежит Ему как старое, так и новое, и Он как мудрый Домохозяин выносит из Своей сокровищницы новое и старое (Мф. 13, 52). На Фаворе, когда преобразился Он, перед ним стояли Апостолы, а окружали Его Моисей и Илия (Мф. 17,3). То есть благовестники нового и носители старого, но всё сие — в свете Его Божественного Домостроительства.

Как Домовладыка Он — образец трудолюбия и старательности. Он спешит. Знает, что отмерен Ему короткий срок деяний на земле. А кому нет? Быстрым шагом по нескольку раз в течение трех лет проходит Он всю Галилею, Самарию и Иудею, посещая и приморские края, где живут язычники, и Гадаринские пределы, по ту сторону [Геннисаретского] озера. И ходил Иисус по всем городам и селениям, уча… проповедуя Евангелие Царствия и исцеляя всякую болезнь и всякую немощь в людях (Мф. 9, 35).

Как Домохозяин Он усердно хлопочет (букв.: мучает Себя. — Ред.) лишь о том, чтобы было хорошо всем Его домочадцам. Часто терпит голод и жажду, утомляется, обливаясь потом от долгого пути; ночует там, где застанут Его сумерки, под открытым небом, на земле, под деревьями, положив под голову камень. Снедаемый заботами о Своем народе, проводит Он многие ночи без сна и отдыха — в молитве Отцу Своему, в бодрствовании и размышлении.

Самый прилежный Домовладыка, Он одновременно и лучший Врач. На Нем всецело исполняется пророчество славного Исаии: Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни (Ис. 53, 4). Слепым возвращает Он зрение, глухим слух, немым дар речи. Расслабленных поднимает на ноги, прокаженных очищает от сего недуга, бесноватых утихомиривает, эпилептиков исцеляет, сгорбленных выпрямляет, сумасшедшим возвращает рассудок, одержимых освобождает от злых духов, мертвых воскрешает, в безутешных вселяет надежду, испуганных ободряет, кающихся прощает. Для всех Он — всё, чтобы всех спасти (ср.: 1 Кор. 9, 22).

[Он —] как отец семейства, как хозяин дома. Все, кто не смел открыть рта перед людьми, исповедаются Ему, веря, что поймет Он их и поможет им. Все, кто тщетно искал цельбы у людских врачей, прибегают к Нему и получают просимое.

Лучший Врач, Он в то же время и самый опытный Пастырь стада человеческого. Какая счастливая мысль — наименовать людей овцами! В самом деле, предостаточно один человек был для другого волком. Слишком долго люди брали волка в качестве своего идеала. Римляне гордились своим происхождением от волчицы. Римские кесари соперничали один с другим в своих волчьих нравах. В Египте обожествлялись прожорливые крокодилы, в Индии — отвратительные обезьяны, на острове Ява и в ряде других стран — крупные ядовитые змеи, где–то опять же — дикие быки, где– то — громадные орлы. Вся земля представляла собой зверинец, причем был он как людским пантеоном, так и человеческим обществом. Но нигде в мiре не обожествлялась овца и ни в одной стране не почиталась она идеалом. Овечью кротость рассматривали как слабость и даже как изъян, порок. Христос же предпринял нечто неслыханное и небывалое: [вознамерился] преобразить сей зверинец в овечье стадо в единой ограде.

Пророки нарекли Его Агнцем Божиим (Ис. 53,7; Иер. 11,19; Ин. 1,29), а Он называл Себя пастырем Божиих овец (Ин. 10, 11). Зоологический пантеон надлежало освободить от зверей, очистить и облагоухать, а затем поселить в нем Агнца Божия; а звероподобное общество людей укротить, претворив его в стадо незлобивых Божиих овец. Народ понял это и с воодушевлением принял. Узнали овцы голос Доброго Пастыря и поспешили за Ним. Три года не давали Ему люди покоя ни днем, ни ночью. Устремлялись за Ним тысячами, толпились вокруг Него и при Нем, как овцы, долго не лизавшие соли, рвутся к соленой руке пастуха. И Он, видя толпы народа… сжалился над ними, что они были… как овцы, не имеющие пастыря (Мф. 9, 36). Болеет Он сердцем и по сотой, заблудившейся овце и, по–хозяйски озаботившись, оставляет девяносто девять [незаблудших] и идет искать ту последнюю, пока не найдет ее (Мф. 18, 12–13). Отмывает Он Своих овец от всякой нечистоты, а прокаженных врачует от сей коросты — не то, что наемники, которые только стригут и доят, пока не пойдет у овец кровь и не испустят они дух. Он душу Свою полагает за овцы (в синод, пер.:… полагает жизнь Свою за овец. — Пер.) (Ин. 10,11. 15).

Словами истины питает Он людские души, а личным примером и чудесами удостоверяет сии слова истины. И народ толпами, как волна за волной, спешит к Нему. Призывает Он к Себе всех, для кого земная жизнь, хоть и кратка она, стала трудной и невыносимой. Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, — говорит Домовладыка Своим домочадцам, — и Я успокою вас (в серб.: и Я дам вам отдых. — Пер.) (Мф. 11,28).

Но знает Он — ведь все Ему известно — а потому ведает Он и то, что людям, носящим плоть, нужно и телесное пропитание. Жаль Ему народа, который три дня ничего не ел, а только слушал Его. Поэтому дважды творит Он хлеб, и Сам берет его в Свои руки, и благословляет, и дает народу в пищу (Мф. 14,19; Мк. 8,7).

Сострадал Он и людям, подвергшимся смертельной опасности, когда на море поднялась буря, — и укрощает Он ветры, спасая людей от гибели (Мф. 8, 26).

Жаль Ему и рыбаков, которые, трудясь всю ночь, ничего не поймали. И как Хозяин направляет Он их на глубину (Лк. 5,4), где их сети с избытком полнятся рыбой.

Пожалел Он вдовицу в городке Наин, всю в слезах шедшую за гробом своего умершего единственного сына. И потому сказал ей: Не плачь (Лк. 7, 13). И воскрешает ее сына.

Жаль Ему Марфу и Марию, сестер умершего Лазаря, Его верного друга. И когда сестры разрыдались, скорбя об усопшем брате, Он тоже заплакал — и воскресил Лазаря из мертвых (Ин. 11,43).

Пришел Он не как судия. В этом свойстве явится Он в назначенное время. Но сначала пришел Он не судить, а спасать — предложить спасение всем людям. Явился Он перво–наперво как Сеятель, а в Свое время придет как Веяльщик. Посему и прощает Он женщину– грешницу, в покаянии орошающую слезами Его ноги. Тогда как фарисеи, злоклятые наемники, осуждают [ее], хотя их–то никто не ставил судьями, Он прощает ей грехи, утешая ее и ободряя (Лк. 7,48). И когда те же самые фарисеи хотели побить камнями женщину– блудницу, Он выступает защитником сей несчастной и говорит тем, кто держит камни в руках: Кто из вас без греха, первый брось на нее камень. А ее простил Он, сказав: Иди и впредь не греши (Ин. 8, 7. 11).

Спасает Он людей от демонов, а также людей от [им подобных же] людей, куда бы ни приходил и где бы ни останавливался. Его они домашние; Он Домохозяин.

Гадаринцам жалко своих свиней, однако они не проявляют никакого сострадания к обезумевшему человеку. А Он ценит человека больше всех свиней. И дабы спасти одного человека, дозволяет двум тысячам свиней быть потопленными в море (Мк. 5,13). Злодеи убивают человека за одну свинью. А Он спокойно губит две тысячи свиных голов — истребил бы Он их и два миллиона — ради одного–единственного человека.

Утешает Он тех, у кого умер или болеет родственник: Не бойся! И паки в другой раз глаголет: Не бойся, только веруй (Мк. 5, 36)! Без Домовладыки эта жизнь — страх и ужас, мрак и отчаяние. А Он — как щит, как солнце, как всемогущий Друг людей, и всё обращает в радость.

Горстку Своих неустанных последователей Он укрепляет словами: Не бойся, малое стадо! (Лк. 12,32). Изъясняет Он им волю Отца Своего (а такова и Его воля), что даст Он им бессмертное Небесное Царство. И описывая ужасы последних перед концом света времен, Он снова вселяет в них бодрость и уверенность, чтобы не поникло их сердце, когда наступит та эпоха. Но и волос с головы вашей не пропадет, — говорит Он им (Лк. 21,18). Ведь и то, что рушится и гибнет, — [все] это падает в руки Бога Вседержителя, и Бог воскресит это и восстановит в превосходнейшей славе и красоте.

Как подлинный Домовладыка, Которому принадлежит все время и все пространство, Он заботится обо всех людях вплоть до последних дней и до Своего второго пришествия. Посему и напоминает: Итак, бодрствуйте, ибо не знаете, когда придет хозяин дома (читай: Домовладыка, а это Он): вечером, или в полночь, или в пение петухов, или поутру; чтобы, пришед внезапно, не нашел вас спящими. И завершает сию заповедь повелением, которое относится и к нам: А что вам говорю, говорю всем: бодрствуйте (Мк. 13,35–37). «То есть будьте настороже, то есть в готовности встретить Меня, когда снова приду Я в силе и славе судить каждого по его делам. Ах, когда хозяин дома встанет и затворит двери, берегитесь, чтобы не остаться вам снаружи и не услышать изнутри устрашающий голос: Не знаю вас, откуда вы; отойдите от Меня, все делатели неправды» (Лк. 13, 25. 27).

Как Домохозяин Он не [бывает] равнодушен ни к кому и ни к чему. Когда некоторые отгоняют от Него детей, чтобы те[, дескать,] Ему не мешали, Он строго говорит: Пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне (Мф. 19,14). И предостерегает: Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное (Мф. 18,3). Любит Он и благословляет детей. Но вы скажете: «А кто их не любит?»

Однако любит Он и того, кого никто не любит и на кого никто не обращает внимания, как на пепельно– серый камень. Оборачивается Он к тому несчастному, который не менее тридцати восьми лет лежит в расслаблении в купальне Вифезда и, будучи всеми отвержен и брошен, поддается отчаянию. И вот, подходит к нему Домовладыка, обращаясь к нему не как к вещи, а как к человеку: Хочешь ли быть здоров? Удивившись и обрадовавшись, что кто–то и на него бросает взгляд, он ответил: Так, Господи, но не имею человека, который опустил бы меня в купальню. Но вот — нашелся Человек. Человек–Домохозяин, сказавший ему: Встань, возьми постель твою и ходи. И встал человек, и обрел здравие (Ин. 5,6–9).

Не равнодушен Он и к осквернению Божия храма, где велась бойкая торговля: продажа товаров, споры о цене, крики менял — всё, как на базаре. Взял Он бич и выгнал из храма как самих торговцев, так и их скот, и сказал продающим голубей: возьмите это отсюда и дома Отца Моего не делайте домом торговли (Ин. 2,14–16).

Менее всего равнодушен Он к угнетателям и соблазнителям народа Божия. Защищает Он Свое стадо от злокозненных старейшин, лицемеров, обманщиков и пьяниц — от волков в овечьей шкуре, не питающих к народу ни любви, ни чего–либо иного, кроме презрения и алчности. Хотя и бывают они посрамлены Его ответами в любом с Ним споре, однако и впредь — порой даже не осознавая того — плетут Ему сети, прибегая к обману, подкупу и насилию. В конце концов убивают они Его, навлекая на себя и на своих потомков вековечное проклятие.

Впрочем, знает Он, что победит смерть и что будет обитать в бессмертии, наделяя жизнью [все сущее]. Накануне Своей смерти преподает Он [Апостолам на тайной Вечери. — Пер.] Свое Тело и Кровь как неизгладимую печать неразлучной любви (Мф. 26,26–27). И обещает пребывать с ними до скончания века (Мф. 28,20). Другими словами, и по отшествии из мiра сего Он [по–прежнему] будет в сем мiре единственным совершенным и всесильным Домовладыкой мiроздания. Все хотящие жить как люди, а не как звери, обязаны брать пример с Него, с Домохозяина [всего бытия], воодушевленно следуя за Ним и с преизбытком впитывая в себя Его рачительный дух.