Я никогда не любила девчонок. В детстве я, правда, все равно пыталась дружить с ними, но это скорее была дань традиции, что у девочки должна быть лучшая подруга. Однако, когда мне было лет одиннадцать, я попробовала на вкус то, что ныне зовется лесбиянством. Это не было большой любовью или стремлением отличаться от других, просто нам обеим было скучно. Мы с подругой жили на даче у ее бабушки около недели. Нам быстро надоели все игры, и мы решили попробовать, что же это такое. Мы забрались на второй этаж, пока там никого не было, разделись, стали целовать друг друга, ласкать. Мы быстро вошли во вкус. Пока я жила там, все это происходило почти каждый день. Мне нравилось то, что мы делали, хотя, наверное, я не до конца понимала, что происходило со мной и с ней и вообще что это такое. Потом я уехала. Позже мы уже никогда не вспоминали о том, что мы делали там, и никогда не говорили об этом. А когда я стала старше и поняла, что тогда происходило, мне делалось жутко от мысли, что я, быть может, лесбиянка. Иногда меня начинала мучить жуткая страсть, ужасное желание попробовать еще раз побыть с девушкой. Мне было интересно вновь пережить эти ощущения, понять, действительно ли я такая. Но, слава Господу, со мной больше никогда этого не происходило. Спустя три года я встретилась в новой школе с парнем, который надолго завладел моим сердцем, и о своих лесбийских выходках я почти не вспоминала, тем более что мне было теперь интересно попробовать, что такое быть близкой с молодым человеком. Я тогда совсем не думала о том, что девственность моя священна и что, утратив ее, я утрачу частицу себя. Я просто нырнула с головой в трясину эмоций и страсти. Мне было страшно, но я уже не могла остановиться. Самый ужас начался потом — я жутко боялась забеременеть, а признаки были налицо. Я уже готовилась копить деньги на самый жуткий грех — аборт. Но Господь тогда излил на меня всю Свою милость, Он уберег меня! Тревога оказалась ложной, видимо, я просто перенервничала. Через месяц после этих событий мы расстались с этим парнем, а еще через четыре месяца я пришла в Церковь. Мне открылось, насколько неправильно было все, что я делала. Я месяц не могла подойти к исповеди, молилась и плакала. А потом вдруг мне стало легко, я почувствовала, что Господь простил меня и принял, что Он рад видеть меня вернувшейся к нему блудной дочерью. Хотя все равно я всю жизнь буду просить у Него прощения за то, что натворила.

Тамара