С самого начала моей юности в моем сердце жила рана, еще из детства. Рана, из-за которой я был просто инвалидом...

Сколько раз я случайно, в толпе видел мальчика, в которого влюблялся? Одно быстротечное мгновение — и мое сердце пылало страстью к незнакомцу, о котором я ничего не знал.

И начиналось необыкновенное внутреннее головокружение... В течение многих недель меня преследовал и терзал образ этого мальчика. Вечерами я в своей комнате в одиночестве плакал о любви по имени неизвестность... Я изматывал сердце безысходными мечтами. В то время в моих мечтах не было никакой чувственности, они были вызваны глубоко искаженной эмоциональностью.

Я часто спрашивал сам себя... почему я должен был оказаться именно в тот момент именно в том месте? Всего несколькими секундами раньше или позже — и я мог бы никогда не увидеть этого мальчика, который так взволновал меня... Почему?

Но это была ложная проблема. Если бы моим сердцем не завладел тот мальчик, нашелся бы другой. В моем сердце была потребность заполнить эмоциональную пустоту... мне нужны были объятия, в которые можно было бы броситься, мне нужна была безопасность. Однако страсть созвучна агрессии.

Моя история началась всерьез однажды вечером осенью 1981 г.; мне еще не было восемнадцати.

Мой слабый взор был покорен красивым мальчиком, и мимолетный поцелуй в щеку разрушил стены песочного замка моей души. Я пригласил его к себе без задней мысли, как друга. А он играл со мной... Он не думал о последствиях своих действий, которые ничего не значат в глазах мира... но для меня они значили много...

И этого хватило, чтобы я полетел в пропасть. В пустоту, в которой я видел неописуемую страсть к этому незнакомцу, который уже на следующий день смотрел на меня как на незнакомого...

Огонь загорелся. Вулкан проснулся... Я страдал, измученный любовью, которой я не искал и не хотел. Это было несправедливо, но я не пытался бунтовать. А потом время провалилось в туннель воспоминаний... Бесконечное и болезненное путешествие. Каждый вечер я плакал от этой боли, пылающей и разрушающей. Неисцелимой боли. Неутешной печали, которая снедала мою жизнь.

Я был один! один! один! И самое страшное — что даже когда ты живешь в замечательной и многочисленной семье, ты не менее одинок.

В начале 1982 г. я начал потихоньку вновь обретать вкус к жизни, как ребенок, пробуждающийся к жизни. Я понял, насколько травмировал меня тот парень... Но рана не исчезла, она была жива и горела...

И вот тогда в моей жизни произошла встреча с самой прекрасной любовью: с Самой Любовью.

И я знаю, что еще до того, как Он явил мне Свое присутствие, Он уже был рядом со мной. Я знаю, что Он был рядом в моих страданиях в те вечера, полные боли, что Он окутывал меня нежностью в ночи, полные отчаяния... Он был рядом — такой незаметный, такой любящий. А я, замкнувшись в темноте, ничего об этом не знал...

В это время мой самый младший брат после долгого перерыва захотел пойти на мессу. Он вернулся в восторге. Потом к его радости присоединилась мама. Потом пришла моя очередь...

От мессы к мессе Господь подготовил мое сердце к принятию Его. Я, бедная умирающая душа, Он, Святое Тело Жизни...

И вот однажды в воскресенье я почувствовал, что Он приглашает меня на Свою Трапезу: Творец Вселенной зовет меня, нищего, на Свой праздник! Я плакал... Через неделю я горел нетерпением вновь обрести моего Иисуса в воскресной Евхаристии.

Однако мое сердце все еще было ранено... Как глубока была эта рана! И однажды в воскресенье, принимая Живое Тело Иисуса, я почувствовал, что Он как бы возложил руки мне на голову. И великий поток Любви излился прямо в мое сердце. Это была подлинная Пятидесятница. Я чуть не упал навзничь, я был как пьяный... Его любовью.

В тот момент я не знал, что это было излияние Святого Духа, я не понимал, что это значило. Все, что я понимал, это что Бог меня любит, и эта Любовь дороже всего, что я мог себе представить. Ибо Бог знал, что мне было нужно. Он всегда предугадывал мои желания.

И так, от Евхаристии к Евхаристии — какое счастье! Какая нежность! Какая радость! Какая Радость! Я чувствовал, как Иисус входит в мою рану... и это было незабываемо. Я чувствовал, что во мне живет Пресвятая Троица, во мне, в моей ране. Мария всегда защищала меня, моя любимая Мама заботилась обо мне, грешном. Мария спасла меня от неописуемого ужаса, от мыслей о смерти... Если можешь, помолись обо мне Господу, чтобы Он никогда больше не допустил в моей жизни таких страшных парижских вечеров, полных одиночества. Тяжелых вечеров, когда я чувствовал, что моя жизнь не здесь, не в этом городе-ловушке... Тяжелых вечеров, когда я чувствовал себя бесполезным.

Я хочу быть с Богом! Я хочу служить Богу моему! Я молю Его опережать мои желания (а они велики); один я не могу ничего!

Та жизнь прошла, обтрепалась... И я ищу счастья — служить Ему.

Антуан, 24 года