1–2. Ср.XXXVIII:1–3.

3. Предшествующая речь об устрояющей всеблагой премудрости Божией implicite содержит ту мысль, что Бог не может быть неправосудным. Окончательному выяснению данной истины и посвящается вторая речь Господа. Поэтому она и начинается полным недоумения вопросом:«ты хочешь ниспровергнуть суд Мой?..»Настаивая на не заслуженности своих страданий, Иов тем самым обвинял Бога в неправосудии. Но прав ли он в этом? Неужели он может выступить в роли и положении защитника высшей, чем божественная, справедливости?

4. Порицающий и отвергающий Божественное Правосудие, Иов не в состоянии взять на себя заботу об охранении правды среди людей. Чтобы быть правосудным, надо обладать соответствующею силою для защиты правды. И, конечно, у Иова ее нет. У него не такая мышца (ср.XXII:8) и голос (ср.XXXVII:2и д.), как Бога, т. е. он не всемогущ (ср. Пс XXVIII). Противоположение бессилия Иова в деле охранения правды божественному всемогуществу в данном отношении представляет несомненное доказательство того, что Бог правосуден.

5–9. Продолжение мысли о неспособности Иова защитить правду и уничтожить зло.

Иронический характер речи (ст. 5; ср. Пс CIII:1) содержит хотя не прямое, но все же довольно ясное указание на то, что Бог управляет миром по законам самой строгой правды.

10–27. Описание бегемота и левиафана, — наглядных примеров бесконечной божественной творческой силы, соединяющейся в мироправлении с правосудием. При всей своей громадной физической силе эти животные — создания руки Божией, подчиняются божественной воле, смиряющей все гордое, стремящееся к тирании (XLI:2–3,26).

10. По мнению Делича, Ланге и др.,«бегемот»— гебраизированное коптско-египетское слово «p-ehe-mau» (р = определенный член; еhе — бык; mau = вода), — водяной бык, гиппопотам. LXX поняли«бегемот»в смысле множественного числа от слова «бегема» — животное, откуда и их чтение: θηρία — звери. Древние экзегеты разумели под«бегемот»слона, но некоторые подробности в описании данного животного (ст. 11) не приложимы к последнему. Созданный так же хорошо, как и человек («создал, как и тебя»), бегемот принадлежит к разряду травоядных животных, но резко выделяется из их среды своею силою.

11. Седалищем силы бегемота являются чресла и живот, что не приложимо к слону, имеющему на животе нежную кожу (ср. 1 Мак VI).

12–13. Толстый в основании и тонкий на конце, хвост бегемота прям, тверд и эластичен, как кедр; тело его усеяно переплетающимися жилами; массивное туловище с твердыми, как железо, костями поддерживается крепкими, как медные трубы, ногами (ср. Песн V:13).

14. По своей силе, колоссальности бегемот — образцовое произведение, создание Божие. «Решит» — «первенец» (синодальное«верх путей Божиих») — первый по рангу, положению (Ам VI:1, 6). Вместо синодального:«Сотворивший его может близить к нему меч Свой», правильное чтение второй половины данного стиха должно быть такое: «создатель его дал ему меч его». Сообразно с родом пищи бегемота (ст. 15) ему даны острые, как меч, зубы.

15. Пользуясь острыми зубами, бегемот питается посевами и растительностью смежных с Нилом местностей (прибрежные возвышенности —«горы»по сравнению с низменностью реки), но своим появлением здесь не производит смятений среди животных («и там все звери полевые играют»): он не плотояден.

16–17. Вдали от реки (ст. 15) гиппопотам появляется лишь тогда, когда чувствует недостаток в пище. Обычное же его местопребывание при воде, среди лотоса (евр. «цеелим» = «тенистые деревья») и другой растительности.

18. Вместо синодального:«вот он пьет из реки и не торопится», буквальный перевод должен быть такой: «пусть река поглощает его, он не страшится». Вода — родная стихия бегемота; ему не страшны разливы Нила и течение такой быстрой реки, как Иордан. Иордан в смысле собственного имени употребляется лишь как пример быстрой реки. Буквальное понимание: «бегемот не боится Иордана» недопустимо потому, что во времена Иова в нем не водилось гиппопотамов. Другие экзегеты понимают «йарден», как имя общее: «течение воды», и сближают его с словом «йор», — «канал», служащим для обозначения Нила.

19. Человек не может овладеть бегемотом ни открытою силою («в глазах его»), ни при помощи хитрости.

20.XLI:26. Описание левиафана.

20. Под именем левиафана (III:6; Пс LXXIII:14; CIII:26) разумеется, как думают, крокодил. Право на такое понимание дает между прочим еврейское выражение данного стиха: «тимшок» («можешь ли вытащить»), составляющее намек на коптское название крокодила — «temsah» и современное арабское «timsah». Еврейский язык не имеет особого имени для этого животного, как не встречающегося в Палестине. Крокодила нельзя поймать обычным при ловле рыб способом, — удою, невозможно и вытащить его из воды, захватив за язык веревкою. Невозможность объясняется тем, что язык крокодила прикреплен перепонкою к двум краям нижней челюсти, в силу чего животное не может ни протянуть его, ни высунуть наружу. Древние, вслед за Геродотом (II, 68), верили, что у крокодила совсем нет языка.

21. В зависимости от этого с ним нельзя поступить, как с пойманною рыбою. Последней рыбаки продевали сквозь жабры кольцо, привязывали последнее к веревке, прикрепленной на берегу, и снова опускали рыбу в воду, чтобы сохранить ее живою.

22. Опасность быть пойманным не угрожает крокодилу, а потому с его стороны не может быть просьб, мольбы о даровании, возвращении утраченной свободы.

23–24. Тем более из него нельзя сделать послушное, повинующееся человеку орудие («возьмешь ли его навсегда себе в рабы?») и, как из пойманной птички, предмет детской забавы. «Крокодил часто пожирает женщин и детей, черпающих воду в Ниле; кто же подумал бы обратить в игрушку столь страшное чудовище»?

25. Не овладеть крокодилом одному человеку; не могут сделать этого и«товарищи ловли», евр. «хаббарим» — «соединенные», — целая партия рыбаков. Бесполезна попытка поймать его соединенными усилиями, напрасна и мечта разделить между участниками ловли добычу на части, как это делали «кенааним» — финикияне с большими рыбами.

26–27. Бесполезно и другое средство овладеть крокодилом, — обращение к помощи копья и остроги, чтобы пронзить кожу и голову (ср.XLI:7–9,18–21). Для этого нужно вступить в борьбу с чудовищем, но раз дерзнувший сделать подобную попытку больше уже не повторит ее.