1. Пользуясь молчанием друзей, Иов продолжает речь«возвышенную», — приточную, образную (евр. «машал»).

2. Ее он начинает клятвою именем Божиим («жив Господь»; ср. 1 Цар XX:3), — с призвания Бога в свидетели истинности своих слов. Xотя Бог и нарушил по отношению к нему требование правды, — лишил возможности доказать невинность и тем самым огорчил, повергнул в уныние (XXIII:2и д.), но все же Он является высшею инстанцией правды.

3–4. Содержание, сущность клятвы. Бог свидетель того, что Иов до тех пор не перестанет защищать свою правоту, пока«дыхание и Дух Божий в ноздрях»его (ср. Быт II:7), — пока он — существо разумное, само сознание которого говорит о невинности.

5. Показания этого последнего не позволят ему согласиться с советом друзей признать себя справедливо наказанным. Пока Иов жив, он будет настаивать на факте своей непорочности.

6. Поступить иначе он не может, так как в противном случае придется идти против совести («сердце»ср. 1 Цар XXIV:6; 2 Цар XXIV:10). Она ни в чем его не укоряет (ср.XXIII:10), а он станет признаваться в грехах!

7. В зависимости от невинности Иова все его враги, лица, считающие его грешником, восстают против праведника, а потому оказываются нечестивыми.

8–10. Клятва именем Божиим (ст. 3–4) и ссылка на свидетельство совести (ст. 6) — достаточные доказательства правоты Иова. Но так как они могли быть приняты друзьями за лицемерие, то Иов и указывает теперь на невозможность последнего со своей стороны. Если бы он лицемерил, то не мог бы, умирая («исторгнет душу»— из тела, ее жилища, — ср.IV:19), питать какую-либо надежду на оправдание (ср.XIII:16), а он в ней уверен (XIX:25–27). Равным образом нечестивый не может рассчитывать, подобно Иову, быть услышанным Богом (ср.XIII:15; XXIII; Пс XVII:42) и находить, как он, свое благо в Боге и к нему обращаться (XVI:19–20;XVII:3). По своему настроению Иов не похож на нечестивого.

11–12. Чтобы еще более доказать свою правоту, выяснить различие между собою и нечестивыми, Иов переходит к описанию постигающей их участи. Он предлагает друзьям учение о«руке Божией»— об отношениях Бога к грешникам. Как видно из слов:«все вы и сами видели»(ст. 12), а равно и из ст. 13–23, это — те самые взгляды, которые неоднократно высказывались друзьями. И тем не менее они, по его словам, все время «пустословили» («тагбалу» — от «габал» — «безосновательно думать и поступать» — 4 Цар XVII:15), — безосновательно отождествляли его судьбу с судьбою нечестивого, тогда как они не похожи друг на друга.

13. Воспроизводя в настоящем случае слова Софара (XX:29), Иов и в дальнейшем описании гибели нечестивых повторяет взгляды друзей и таким образом впадает в самопротиворечие, так как ранее настаивал на безнаказанности грешников (XXI:7и д.). Но признать доводы друзей, воспользоваться их аргументами побудило Иова желание придти на основании однородных положений к противоположным выводам. Оружие друзей он обращает против них же самих. «Они поставляли пред его глазами, как зеркало, участь нечестивого, чтобы он увидел в нем самого себя и убоялся. Он в свою очередь поставляет это зеркало пред их глазами, чтобы они заметили, насколько различен характер не только его поведения в страданиях, но и этих последних».

14–15. Меч, голод и сопровождающая его моровая язва («mmavet», синодальное«смерть») — три бедствия (Чис XXVI:25–26; 2 Цap XXIV:13; Иep XIV:12; XV:2; XVIII:21), от которых гибнет многочисленное потомство нечестивых (ср.V:20–21;XV:22–23). Непрерывный ряд бедствий лишает вдов возможности выполнить погребальный обряд оплакивания мертвецов (Быт XXIII:2; Пс LXXVII:64).

16–17. Богатство нечестивого, в виде громадного количества серебра («кучи серебра, как прах»; ср. Зах IX:3) и множества блестящих, пышных одежд (ср. Нав VII:21; 4 Цар VII:8), перейдет к праведникам (ср.XV:29; Пс XLVIII:11).

18. Равным образом и жилище нечестивого так же непрочно, как постройка моли (ср.IV:19;VII:14), как сделанный на время шалаш сторожа (ср. Иc I:8; XXIV:20).

19. Синодальное чтение с его мыслью о быстром исчезновении богатства нечестивого едва ли может быть признано правильным: речь об этом шла уже в16–17 ст.Перевод LXX: «πλούσιος κοιμηθήσεται καί ουκ προσδέσει», которому следует Пешито, древнеиталийский текст, Делич, Эвальд и др., содержит указание на внезапную, быструю смерть грешника. Естественность такого понимания доказывается, между прочим, тем, что друзья, взгляд которых повторяет Иов, заканчивали описание участи беззаконников изображением его смерти (XV:32;XVIII:13–14;XX:23–25).

20–22. Образное выражение мысли о смерти грешника. Он гибнет подобно тому, как гибнут от всесокрушающих вод (XIV:19), от всеуносящего с собой потопа (Ис XXVIII:2), от ветра (евр. «кадим» — самум), не только палящего («καύσων» LXX), обжигающего (Быт XLI:23), но и уничтожающего (евр. «вейелак» ср.XIV:20;XIX:10), вырывающего с корнем (евр. «зеар», ср. Пс LVII:10). Все усилия спастись от гибели напрасны (ст. 22; ср.XX:24).

23. Люди, свидетели гибели грешника«всплеснут руками», изумятся (Плач II:15; Наум III:19) и посвищут в знак презрения, насмешки (3 Цар IX; Иер XLIX:17; Соф II:15).