2. Речь Софара началась обвинением Иова в пустословии, — глупости. Сообразно с этим он и отвечает прежде всего на данный упрек. Ироническое замечание: «подлинно только вы — народ», — только вы достойны носить название людей (евр. «ам» — «народ»; ср. Ис XL:7; XLII:5) и раз вы, единственные их представители, умрете, то исчезнет с лица земли и мудрость, свидетельствует, насколько Иов не согласен с обвинением Софара.

3. Оно сплошное заблуждение. Иов — такой же, как и друзья, человек; у него нельзя отнять «сердца», — способности к умственно-теоретической деятельности, в том числе и мудрости (Быт XXVII:41; Втор VII:17; Притч XVI:9; Сир III:9 и т. п.). По уму он нисколько не ниже их: известное им известно и ему.

4. Не имея права отрицать ума, мудрости у Иова, Софар совершенно напрасно усвояет эти качества себе и друзьям. И действительно, что это за мудрость, когда они не в состоянии отличить грешника от праведника и благочестивого Иова сделали предметом насмешек? Истинно мудрый относится к горю, несчастью ближнего не с презрением и насмешками, а с полным участием. Смех над несчастьем — признак глупости (Еккл V:2–4).

5. Мудрость друзей несостоятельна, как несостоятельны суждения тех лиц, которые никогда не бывали в темноте и тем не менее отвергают нужду в факеле. Таков смысл синодального чтения, переводящего еврейское слово «лаппид» выражением «факел», с каковым значением оно употребляется в Быт XV:17; Суд XV:4 и в других местах (всего 13), и каковое усвояют ему Таргум, Вульгата и Лютер. Новейшие же экзегеты, — Фюрст, Делич, считают «лаппид» составленным из «le» «pia», полагают, что в данном стихе оно имеет абстрактный смысл, значение: «несчастие» (ср.XXX:24;XXXI:29; Притч XXIV:22), и сообразно с этим все место переводят так: «несчастие вызывает презрение в мыслях счастливого; оно (презрение) встречает спотыкающегося ногами». Переводимый таким образом пятый стих будет находиться в самой тесной связи с четвертым. Иов утверждает, что презрение, с которым относятся к нему его друзья, — обычное явление, общеизвестная участь праведника, презираемого и отвергаемого миром.

6. После общих рассуждений о несостоятельности мудрости друзей, в частности Софара, Иов указывает на ошибочность их главного положения, в установлении и обосновании которого и сказывается вся их мудрость. Теория друзей, будто спокойствие и безопасность — удел одних благочестивых (V:19–21,24;VIII:6;XI:18–19), опровергается жизнью. Она неотразимо свидетельствует, что данными благами пользуются лица, попирающие божеские и человеческие законы («грабители», раздражающие Господа), лица, не признающие другого божества, кроме силы своих рук (Авв I:11).

7–10. И подобное явление, т. е. благоденствие нечестивых, — дело не случая, а рук Божиих. Одушевленная и неодушевленная природа ясно свидетельствует, что все в мире делается по воле Господа (ст. 9). В Его руке, власти душа («нефеш») всего живущего, — низшая, элементарная сторона психической жизни, и дух («руах»)«всякой человеческой плоти», — то, чем отличается от животных, — разум и высшие идеальные стремления и потребности. Если же все зависит от Бога, то Он, очевидно, допускает и благоденствие нечестивых.

11–13. Для оправдания своей теории друзья ссылаются на авторитет предков (VIII:8,10). И никто, конечно, не станет отрицать, что долгая жизнь — школа мудрости (ст. 12). Но, во-первых, нельзя принимать на веру все сказанное ими. Это противно свойственной человеку способности лично познавать истину, различать правду от неправды («не ухо ли разбирает слова?»ср. Евр V:14), как лично при помощи языка различать вкус в пище (ст. 11). С другой стороны, хотя старцы и обладают мудростью, но все же остается вопросом, способны ли они понять мироправление существа абсолютного (ср. ст. 12 сXXI:22), обладающего для управления миром всеми необходимыми свойствами: премудростью — способностью познавать вещи и явления в их существе; силою, — способностью без всяких затруднений осуществить свои планы; советом, — способностью находить самые лучшие пути и средства для достижения известных целей, и разумом, — способностью различать между истиною и ложью, полезным и вредным (3 Цар III:9, 11).

14–25. Указания личного опыта и свидетельство предания (XIII:1) подтверждают справедливость только что высказанного Иовом сомнения. По мнению старцев и друзей, божественная премудрость, изобличая даже замаскированное зло (XI:11), не оставляет его без наказания (VIII:11–20;XI:20) и всегда вознаграждает добро. Она следует только началам справедливости и тем самым поддерживает нравственный миропорядок. По личному же наблюдению Иова и известному ему опыту других, божественная премудрость не только не вносит в мировую жизнь порядка, но сказывается разрушительными действиями, от которых одинаково страдают добрые и злые. Ее проявления не подчиняются, как утверждают друзья, началам справедливости и ими не определяются.

14. Общее замечание о неотвратимости разрушительных действий божественной силы и премудрости: Вместо«кого Он заключит, тот не высвободится», буквальное еврейского следует перевести: «запрет (предполагается, «тюрьму») над человеком, и не откроется». Образ выражения заимствован от восточного обычая употреблять в качестве тюрьмы ямы и цистерны, отверстие которых сверху чем-нибудь закрывалось (Быт XXXVII:20, 22; Иер XXXVIII:6; Плач III:53; Дан VI:14; XIV:30).

15. Одним из проявлений разрушительной божественной силы являются засухи и наводнения. Поражая одинаково правых и виновных (3 Цар XVIII:2–5; ср. Пс CVI:33–34), они представляют пример того, что в деле мироправления божественная премудрость не руководится началами строгой, абсолютной справедливости (ср. положение Вилдада, что внешняя природа не причиняет праведнику вреда.V:22–23).

16. Аналогичные по смыслу явления наблюдаются и в жизни людей. И, прежде всего, Бог не только не пресекает деяния злых (ср.V:12–14), но и пользуется ими в Ему одному известных целях мироправления:«пред Ним заблуждающийся», точнее: «Его заблуждающий и вводящий в заблуждение». Они живут и действуют по воле самого Бога, до тех, конечно, пор, пока это допустимо божественною мудростью.

17–25. Бог — далее — единственный виновник тех бедствий и нестроений, которые происходят от отсутствия или расстройства правительственной власти и, поражая всю нацию, заставляют страдать всех без различия. Так,«Он приводит советников в необдуманность»(ст. 17), или в буквальном переводе с еврейского: «уводит плененными советников народов», чему соответствует и чтение LXX:«проводяй советники пленены», и судей делает глупыми (ст. 17; ср. Ис XIX:11–15; XXIX:14; XL:23; XLIV:25). Он лишает власти (перевязи) царей, — они отводятся в плен связанные веревками (ст. 18), вместе с ними туда же идут и священники (вместо«князей лишает достоинства»— ст. 19, буквально с еврейского: «уводит священников в плен», чему следуют и LXX:«отпущаяй жерцыпленники»), и гибнут все стойкие, твердые духом. Бог же лишает слова, дара убедительности в речах людей надежных (Нееманим), составляющих силу, оплот нации и умудренных жизнью — «старцев» (ст. 20) лишает такта («таам»), — уменья следовать правде и побуждать к этому других (ср. 1 Цар XXV:33); покрывает стыдом знаменитых (ст. 21; ср. Пс CVI:40), ослабляет силу могучих (ст. 21; буквально «развязывает у сильных пояс»; ср. Пс CVIII,19; Ис XXIII:10), отнимает у них способность к такой или иной деятельности, в частности, к борьбе (Ис V:27), лишая правителей ума (ст. 24; ср. Пс СVI:40), приводит их в состояние полного духовного расстройства, расслабления, —«шатаются, как пьяные»(ст. 25, ср. Ис XIX:14; XXIV:20; XXIX:9, 10; Иер XXIII:9; XXV:15; XLIX:12; Иез XXIII:32). Одним словом, Господь приводит народы в такое состояние, что внутри государства некому бывает поддержать и восстановить порядок («судьи делаются глупыми»), некому даже подать доброго совета: советники отводятся в плен, умудренные жизненным опытом старцы принуждены молчать. В обессиленном внутренним разложением царстве нет сил сопротивляться врагам, организовать защиту, чтобы дать им отпор: цари отводятся в плен, гибнут стойкие и т. п. (Ср. Ис III:2–3). И государство, созданное самим Богом (Притч VIII:15–16), Им же и разрушается (ст. 23). Если божественная премудрость и сила не руководится в своих проявлениях разграничением добрых и злых, — одинаково поражает тех и других, то для Иова нет ничего утешительного в совете друзей вверить себя и свою судьбу Богу. Очень возможно, что Он поразил его так же насильственно и несправедливо, как и многих других.