1–2. Мысль этих стихов представляет раскрытиест. 17гл. XXIII.

3–6. В противоположность нечестию мудрость благочестие для обладателей ее соединяется с разного рода вещественными благами — в быту домашнем (ст. 3–4) и общественном, напр., в воинском деле (ст. 5–6).

7–9. Глупый и нечестивый, напротив бессилен и беспомощен в том случае, когда ему предстоит выступить в какой-либо общественной деятельности; вся его энергия обращена на коварные замыслы (ст. 8) и вся исчерпывается греховными пред Богом и мерзкими пред людьми деяниями (ст. 9).

10–12. Мудрость же владеет искусством спасать себя (ст. 10) и других, даже из крайних бедствий (ст. 11), причем устраняется, опровергается всегда возможная эгоистическая отговорка черствого сердца «я не знаю такого-то, следовательно, свободен от обязанностей в отношении к нему» — указанием на всевидящий и всеобъемлющий Промысл Божий, пред которым не оправдается никто, допускающий погибнуть своим собратьям. В объяснение наставления стиха 11 некоторые указывали на раввино-талмудические правила, обязывавшее всякого человека, знавшего что-либо в оправдание осужденного на смерть, непременно выступить со своим показанием (Мишна, Сан-хедрин VI, 1). Но едва ли обычай этот имел уже место в библейскую эпоху; притом наставление ст. 11 относится не только к судебным делам, но имеет и более широкий объем, относясь ко всевозможным случаям смертной опасности ближних.

13–14. Мудрость по спасительным плодам своим подобна сладости и пользе меда; и плоды эти не только сказываются в настоящем, но достигают и пределов будущего (ст. 14, сн.XXIII:18).

15–18. Внушается при несчастиях праведников и нечестивых обращать внимание на конечный исход, неодинаковый для одних и других страданий (ст. 16). Вместе с тем делается предостережение от злорадства врагу при его несчастии, так как это неугодно Господу (ст. 17–18, сн.XVIII:5).

19–22. Повторяется (ср. ст. 1) наставление — не завидовать нечестивым (см. 19), так как конечная участь их будет безотрадна (ст. 20, сн.XIII:9). В заключение указывается на страх Божий, но при этом с собственно страхом Божиим предписывается и страх перед царем, как представителем правления Божия в обществе людей (ст. 21–23, сн. 1 Пет II:17; Рим XIII:2).

23–29. Новая группа изречении «мудрых» начинается осуждением лицеприятия (ст. 23–24), за которое угрожается проклятием народов: извращение правды и справедливости на суде всюду служит источником гибели благосостояния народов. Напротив, высоко одобряется неподкупность и верность в словах, суждениях и делах (ст. 25–25, сн. 28). Два других наставления этого отдела — одно практического свойства: прежде внутреннего благоустройства дома и семьи необходимо устроить самую внешнюю сторону жизни — полевое и домашнее хозяйство (ст. 27), другие — чисто нравоучительного, и притом с характером евангельской чистоты и высоты: не должно воздавать злом за зло (ст. 29, сн.XVII:13).

30–34. Пагубные последствия лености изображаются на примере состояния поля и виноградника ленивого. Это — не аллегория духовной распущенности, как полагали некоторые толкователи, а прямое изображение порока лености с гибельными ее следствиями — урок, почерпнутый Премудрыми из опытного наблюдения (ст. 32). Ст. 33–34 представляют воспроизведениест. 10–11главы VI.