Предлагаемый проект, бесспорно, выходит за пределы Сократова мышления — это очевидно в каждом существенном пункте. Насколько этот проект ближе к истине, чем у Сократа, — совсем другой вопрос, на который трудно ответить сразу, в силу того что здесь вводится новый орган — вера, новая предпосылка — сознание греха, новая реальность выбора, или решения, — момент, а также новый учитель — бог во времени. Без них я, конечно, никогда бы не осмелился явиться на глаза тому иронику, которому дивился мир на протяжении тысячелетий, — человеку, к которому я и сам приближаюсь с замирающим сердцем. Но пойти дальше Сократа, когда, в сущности, говоришь то же самое, что и он, только хуже, — это было бы, по меньшей мере, не по–сократовски.