Что ж, наконец, и великого Бога творенье восславим,

Мнениям лживым противные в битве воздвигнув сужденья.

Бог ведь един; но материю, как и идеи, ученья

Эллинов мыслят равно безначальными — жалкая сказка![76]

5Те досточтимые[77]формы, что сделаны ими богами,

Не были, но появились[78]по воле великого Бога[79].

Кто же материю видел без формы? Кто видел бесплотной

Форму, хотя бы и много в изгибах ума потрудился?

Я же отнюдь не нашел ни бесцветного тела, ни цвета,

220–221 10Телу совсем непричастного[80]. Кто и зачем разделяет

То, что свела воедино природа? Однако разделим[81].

Если в себе не–смесимы никак элементы, то как же

Могут в единство прийти, этот космос составить, раз каждый

15Порознь во всем? Если ж смешаны, то — как смешались? Смешать их

Кто бы возмог, кроме Бога? Раз так, то Его и Творцом ты

Всех вещей также[82]признай. Пусть гончар придает форму глине,

Круг свой вращая, а каменщик — камню, а злату — литейщик,

Дай Богу большее, чем наш рассудок, о друг безначалья[83].

20Пусть это «большее» будет материя и, вместе с нею,

Эйдос подвижный[84]. Возникли здесь в эйдосах вещи, поскольку

Мыслила Божия Мысль[85]— всеискусная Матерь всех сущих[86].

Бог — не зоограф[87]: вид чувственный[88]не возбуждает подобья[89]

В Нем; не творит Он того, что не смог начертать прежде Ум сам[90].

25Ты, манихейская злоба и тьма, не была сопрестольной

Горнему свету от века. Раз Бог пребывает, то тьмы нет.

Богу отнюдь не прилично быть в единоборстве со злобой[91].

Если же тьму допускаешь ты сущей, то Бога не знаешь:

Разве смирится Он с тьмой акосмичной? А если боренье

30Было когда, то сейчас победил уж сильнейший. Но если ж

Равные силой схватились, кто будет тем третьим, который

Мудростью брань разрешит, приведет [разъяренных] в единство?

Вот удивительно что: возбудивши ужасную битву,

Вдруг полагаешь ты единомыслие, распрю забывши:

35Ты говоришь, что душа — беспредельного Божьего света

Луч, ну а тело — от зла происходит. Душа я и тело,

Я — обоюдосплетенная вервь, но ведь чадо единства

Не у враждебных естеств рождено, у природ благосклонных.

Вот какой мрак [, манихей,] облежит твое бедное сердце!

40Бог безначальный — один. Свет единый, благой. Небоходных

Крепость умов — и простых, и сплетенных, земных и небесных.

Неодолим[92]Он. Возникла потом тьма. Наш собственный грех — тьма.

Вёрткая это природа, границы ее не очертишь[93].

Зло — нарушенье завета[94], как ночь — захождение Солнца,

222–223 45Дряхлая старость — прошествие юности, злая зима же —

Солнца отход вверх[95].

По гордости первый из светов небесных

Свет свой и славу утратил, извечный он враг человека:

[Всё потеряв,] он всегда ненавидит владеющих словом.

Первый из смертных вкусил человекоубийственный грех, и

50Смерть — от него; смерть раздул он искусно в погибельный пламень.

Се есть природа высокорожденного зла, он — отец ей.

Ржавчина — зло для твердыни металла. Но, самоубийца,

Смерть я рощу в себе сам, очарован завистником хитрым.

Космос, когда ты вблизи безначалия славы Троичной

55Был, почему христоносные мудрые в Божеских мерах

Светы тебя отдалили? Как стал столь далёко от Блага,

Что измеряется малым числом обращений небесных

Путь твой с тех пор, как великое Слово тебя водрузило?

Если не сразу мир был сотворен, то поскольку не скажешь,

60Будто бы Бог непрактичен, иль дел до конца не доводит[96],

То — прежде, чем всё поставить и эйдосами изукрасить —

Чем Божья Мысль[97]занималась, царя над пустыми веками?

К блеску своей красоты вожделенному Мысль обращалась,

И божества равномощным единым тресветлым сияньем

65Освещена была — не только Богу, но избранным также

Свет этот явен. Рассматривал Ум[98]Мирородный в великих

Мыслях прообразы[99]мира: потом Он низвел их, однако

В Боге всегда они суть[100]; то, что ныне, что было, что будет, —

В Боге же всё — настоящее; время мне грань полагает

70Меж предыдущим и следующим; но для Бога — в едином

Всё: держат [крепко] его божества необорного[101]руки.

А потому — то, что ум мой нашел, рассмотрите, услышав[102].

Всё в Себе Ум породил[103], лишь потом, благовременно после

Произошло и рожденье вовне, когда Логос Великий открыл то.

75Умные две Он природы создать пожелал [изначально] —

[Сущность] земную и [сущность] небесную (Первого Света

Роды зеркал, проницаемых светом[104]) — служанкой чтоб стала[105],

Светом, величья исполнена, чтобы горё воссияла

Первая из сотворенных природ[106]; а второй Он природе

224–225 80Славу стяжать на земле уготовал; Творец изливает

Всем Божество, чтоб царить над всё боле растущим народом

Горних умов, чтоб для больших быть светом, дарящим блаженство[107].

Свойство[108]Царя моего — наделять [всех придворных] богатством[109].

Но дабы тварь не прельстилась божественной славою, дабы,

85К Богу стремясь, не желала с Ним равного света и чести[110],

Помнила б меру свою — что безмерного хуже бывает?[111]—

Слово Великое так отдалило от Света Престола[112]

Духов природу служебных, как нашу природу — от ангельских ликов;

Нет, нашу всё же подальше, поскольку с [грубой] землею

90Смешано в нас Божество, совершенней нас сущность простая[113].

Космос есть ранее этого мира возникший — прозрачный,

Только умом постигаемый край богоносцев блаженных;

Усовершится когда человек[114], ум и сердце очистив,

В этот он космос [— отечество славных], став Богом, вступает.

95Этот же тленный [мирок, сей убогий домишко] — для смертных

Создан, когда затевалась и [божьего] царства икона:

Радость созвездий[115], что всей красотой и величьем

[Всем во Вселенной одно] Божество [и исток бытия] возвещают.

Сотворены оба мира словами[116]великого Бога.