(р. 561, 28-я строка—564 /с. 432, 20-я строка—434/)

Во 2-й части главы VIII речь шла о Мудреце (которого Гегель называет «das absolute Wissen» или просто «Wissen»), т. е. оЧеловеке, который производит Науку, Wissenschaft, т. е. полное и совершенное раскрытие завершенной всеце- лости Бытия. Или лучше так: речь шла оDasein, обэмпириче-с/ссш-существовании /наличном бытии/ Науки в природном Мире. Напротив, в 3-й части речь пойдет о самой Науке, рассматриваемой как таковая, т. е. независимо от Мудреца, или творящего ее Человека, иначе, независимо от его Dasein, от его эмпирического-существования в Мире.Всемпредыдущим текстом, т. е. совокупным целым «Феноменологии духа», Гегель объяснил,почемуНауки, и показал, как начинается ее явление (Erscheinung) в Мир. Теперь, в этом последнем параграфе «Феноменологии», он даст краткое объяснение того,что такое самаНаука, чтопредставляет собойта Wissenschaft, которую он намерен развернуть in extenso во второй части «Системы» («System der Wissenschaft», из которой мы располагаем лишь первой частью, т. е. «Феноменологией духа», которая, как мы еще увидим, является всего лишь «Введением» в собственно «Науку», долженствующую быть изложенной во второй части, т. е. прежде всего в «Логике»).

Гегель начинает с того, что напоминает о результате, к которому привело развитие «Феноменологии духа», отражающее реальный ход всеобщей истории (р. 561, 28—31-я строки /с. 432, 20—24-я строки/):

«Таким образом, в знании [т. е. в Мудреце] дух замкнул движение [-диалектическое] своего формирования, поскольку последнее обременено непреодоленным различием сознания [-внешнего]. [В Знании Мудреца] Дух достиг чистой стихии своего наличного бытия [а именно] — понятия.»

Гегель повторяет здесь то, что мы уже давно знаем. Wissen, Знание, — это Мудрец, или автор «Науки» и «Введения» в Науку, т. е. автор «Логики» и «Феноменологии духа». Так вот, в личности Мудреца, говорит Гегель, «дух замыкает движение своего формирования». Gestalt, Gestalten, Gestaltung, иначе, «формообразования» Духа, — это просто-напросто исторический Человек. Пришествием Мудреца, говорит Гегель, замыкается ряд исторических и общественных, т. е. подлинно и отличительно человеческих, феноменов. Пришествие Мудреца — этопоследнееисторическое событие. Гегель напоминает, что историческое развитие — это «непреодоленное различие внешнего- Сознания». Это означает, что собственно Человек, или Человек исторический,противостоитПрироде и что История продолжится до тех пор, пока Человеку не удастся «снять» это противостояние посредством отрицающего Действования, Борьбой и Трудом. В миг явления Мудреца и, стало быть, Науки упомянутая оппозицияужеснята. Иными словами, у Человека нет больше Желания; он совершенно и окончательноудовлетворентем, чтоесть, тем, что онесть; он больше недействует, не преображает Мир, и, следовательно, не меняется сам. Короче, он стал… мудрым, очень мудрым. А Мудрец, которыйраскрываетСловом, или Понятием, то, чтоесть, раскрывает его окончательно: ибо то, чтоесть, отныне вечно равно себе самому, и никакого «непокоя» (Unruhe) не знает. Наука /1а Science/ Мудреца — это, стало быть, Наукакак таковая /laScience/, т. е. истинное Знание в собственном смысле слова, истинное везде, всегда и окончательно.

Но Истина — этосовпадениеРеального, или Предмета (Gegenstand), и Понятия (Begriff). Можно, значит, сказать, что в Мудреце и посредством /dans et par/ Мудреца Понятие «достигло» Реального. Но можно также сказать, что именно Реальное «достигло» в Мудреце и посредством Мудреца своего Понятия. Бытие же,раскрываемоеПонятием, или Речью (Логосом), — это не только чистое и простое Бытие (Sein), но Бытие духовное, т. е. реальныйДух(Geist). Значит, также можно сказать, что в Мудреце и посредством Мудреца (который производит абсолютную Науку и Наука которого полностью раскрывает всецелое Бытие) Дух «достигает» Понятия. Это Гегель и говорит в цитируемом пассаже.

С этого мига, говорит он, наличное бытие (Dasein) Духа в Мире — это Понятие. Но такое Понятие, которое больше непротивостоитсвоему Объекту (Gegenstand), которое больше не находитсявнераскрываемой им вещи. Речь, следовательно, идет о таком Понятии, материальной опорой которого больше не служит исторический действующий, отрицающий Человек. Речь идет о Понятии, которое больше не есть Время. О Понятии, которое больше не изменяется, вечно остается себетождественным, т. е. тождественным тождественному Бытию, которое Понятие ему же самому [Бытию] и раскрывает. И мы знаем, что материальной опорой «вечному» Понятию служит уже не исторический Человек, и даже не Мудрец, ноКнига, раскрывающая посредством Речи (которую она материализует в виде отпечатанных слов) собственное свое содержание, а именно «System der Wissenschaft», первой частью которой является «Wissenschaft der Phanomenologie des Geistes», «Наука феноменологии (= Наука об откровениях /apparitions-revelatrices/) Духа»[245].

Три фразы, которые следуют за приведенным текстом, образуют что-то вроде Вставки. Это довольно темный текст, в котором Гегель объясняет, что означает термин «Понятие», или, точнее, то, что наличное бытие (Dasein) Духа — отныне не «Gestalt des Bewuptsein» /«формообразование сознания»/, или человеческая, читай общественная и историческая, реальность, но само Понятие.

Он говорит здесь: (р. 561, 32-я строка—562, 1-я строка /с. 432, 23—14-я строки снизу/):

«Содержание, со сторонысвободыегобытия, есть отрешающаяся от себя самость илинепосредственноеединство знания самого себя. Чистое движение [-диалектическое] этого отрешения, если его рассматривать со стороны содержания, составляетнеобходимостьэтого содержания. Разное содержание, будучиопределеннымсодержанием, находится в отношении, не есть в себе, и его не-покой состоит в снятии себя самого, или естьнегативность; следовательно, необходимость или разнообразие есть как свободное бытие, так и самость; и в этой самостнойформе, в которой наличное бытие непосредственно есть мысль (Gedanke), содержанием являетсяпонятие».

Текст довольно сложен. Это один из тех текстов-идео- грамм, в которых Гегелю несколькими штрихами удается обозначить общий контур своей Системы. Это некий новый способ представления отношений междуБытием, ЧеловекомиНаукой, которая есть раскрытие Бытия Человеком; или, что то же самое, — отношения междуВечностью, ВременемиПонятием.

Я уже много говорил обо всем этом. Если бы я захотел перевести этот пассаж с «кабалистического» языка на нормальный, что, впрочем, не так уж быстро делается, мне пришлось бы повторить все то, о чем я уже не раз говорил. Делать этого я не буду, так как думаю, что действительно нового в этом тексте ничего нет, он лишь подтверждает сказанное ранее.

После этой Вставки, которую можно было бы заключить в скобки, Гегель возвращается к последней фразе краткого процитированного выше Резюме, где говорится, что в Мудреце и посредством Мудреца «Дух достигает Понятия» (р. 562, 1—3-я строки /с. 432, 13—11-я строки снизу/):

«Когда, следовательно, дух достиг понятия, он развертывает наличное бытие и движение [-диалектическое] в этом эфире своей жизни [т. е. в Понятии] и является [таким образом]наукой».

Когда в Wissen /Знании/, или в Мудреце, и посредством /dans et par/ Знания, или Мудреца, Дух «достигает» своего Понятия, он становится Наукой (Wissenschaft). Именно об этой Науке и пойдет речь дальше — в 3-й и последней части последней главы «Феноменологии духа», — и именно эту Науку предполагалось развернуть во второй части «Системы», т. е. прежде всего в «Логике».

Заметим сразу, что Wissenschaft — не НаукаоДухе. чЭто сам Дух, которыйестьНаука: «Der GeististWissenschaft». Действительно, Дух — это Бытие,раскрытоепосредством Логоса, Речи, Понятия; и Логос, Речь или Понятие,которыераскрывают Бытие и составляют в конечном счете Науку. Дух, стало быть,естьНаука, а НаукаестьДух. Или так: Наука — это раскрытиеБытия(Sein); Бытие же,раскрытоеНаукой, естьДух,Дух лишь в той мере, в какой оно действительно, реально раскрыто Наукой. Но Бытиереально, действительнораскрыто Наукой лишь в той мере, в какой сама Наука реальна и действительна. Наука должнабыть; она должна составить часть Бытия, поместиться в Бытии; она должна, стало быть, появиться также и вналичномБытии (Dasein) Бытия, т. е. вМире, и обладать какой-то реальностью; она должна, таким образом,пребывать/semainterin/в Мире. И чтобы это было возможно, Мир (и значит, Бытие) должен включать в себя Человека. Ибо человек как раз и есть раскрывающее Бытие Понятие, или Логос. Человек, существуя в Мире и будучи, таким образом, Бытием, раскрывает Бытие, когда говорит о Бытии. Или так: в качестве человеческой реальности Бытие разговаривает само с собой о себе самом и таким образом раскрывает себя себе самому. При этом, пока раскрытие Бытия еще не полно, можно различать между Бытием (которое в таком случае составляет лишь часть Всецелости /Totalite/) ираскрытиемБытия. И как раз Понятие, отличенное от раскрываемого им Бытия, иесть, собственно, Человек. Но Понятие стремится совпасть с Бытием, оно стремится охватитьцелокупностъ /totalite/Бытия. И это«движение»Понятия к Всецелости естьстановлениеЧеловека, т. е. Время, или История. В конце этого «движения» Бытиесовпадаетс Понятием, а Понятие — с Бытием. Человек, стало быть, перестает быть. Так вот,всецелоеПонятие, которое отделяется от Человека как такового (от Человека,противостоящегоМиру, т. е. человека, составляющего лишь часть целокупного Бытия) и которое совпадает сцелокупностъюБытия,естьНаука исуществуеткак Наука в Книге. Эта Наукаестьраскрытая целокупность Бытия, т. е. Дух. Итак, «наличное бытие» (Dasein) и «диалектическое движение» (Bewegung) осуществляются уже не вне Понятия, т. е. вне раскрытого Бытия, когда они еще оставались Бытием, не-раскрытым, противостоящим своему раскрытию, которое совершается Человеком, но в самом реальном Духе, т. е. в целокупном Понятии, или в Науке, «налично сущей» в виде Книги. Понятие, более непротивостоящееБытию, неизменяетБытия (оно больше не есть Желание, Действование, историческое, или временное, человеческое существование). И если есть еще какое-то «движение», то оно не выпадает из вечности: это циклическое движение, вечное возвращение на круги своя. И вот это вечное циклическое «движение» иестьНаука. Но поскольку это «движение» Духа есть процесс раскрытия Бытия Речью-Логосом, или Понятием, то можно сказать, что «эмпирическое-существование» раскрытого Бытия, т. е. Духа, сведено отныне к «эмпирическо- му-существованию» целокупного Понятия, или Науки, к Книге, воплощающей эту Науку. И исчезни Человек с лица земли совершенно, Книга останется. Мир, т. е. реальная целостность Сущего, будет заключать в себе Речь-JIoroc, или Понятие. Мир этот будет, следовательно, «наличным бытием»Духа. Но теперь уже только благодаря Книге, а не Человеку (от которого ничего нового ждать не приходится, но без которого Книги, однако, не было бы), Бытие есть Дух.

Теперь нам предстоит узнать, что же такое Наука. Другими словами, надо посмотреть, чем существование Духа в форме Книги отличается от его же существования в виде Человека. Или так: надо посмотреть, чем вечное раскрытие Духа отличается от его временного раскрытия, чем отличается конечная цель Истории от самой Истории. Или, наконец, скажем так: поскольку временная Реальность, или История, описана, или раскрыта в «Феноменологии духа», надо посмотреть, чем «Феноменология духа» отличается от собственно «Науки», или «Логики», для которой она — такое же Введение или приуготовление, как реальная История для Мудрости и Науки, произведенных Деянием Мудреца, каковое предпо- лает совокупное историческое Действование человечества.

Именно об этом Гегель и говорит (р. 562, 3—8-я строки /с. 432, 11—7-я строки снизу/):

«Моменты его /Духа/ движения [-диалектического] представляются в науке [собственно в «Науке», или в «Логике»] уже не как определенныеформообразования сознания[-внешнего, как это было в «Феноменологии духа»], а, поскольку различие его [внешнего-Сознания] ушло обратно в самость, [они представляются] какопределенные понятияи как их органическое внутри себя самого обоснованное движение [-диалектическое]».

«Феноменология духа» описывает «Gestalten des Bewuptseins» /формообразования сознания/, т. е. конкретные, или ощутимые, то бишь пространственные, формы раскрывающего Бытие Сознания, которое неизменно знает и отдает себе в том отчет, что представляет из себя что-то иное, нежели раскрываемое им Бытие. Иначе говоря, «Феноменология» описываетЧеловека'itoАнтропология. Но «Феноменология» описывает Bewegung, «движение» Духа в его формообразованиях. И это значит, что «Феноменология» — это генетическая или историческая антропология: она описывает Человека в его становлении; она его описывает таким, каким он сам себя творит внутри всемирной Истории, посредством этой Истории, а лучше сказать, как всемирную Историю. Как скажет Гегель в конце главы, «Феноменология духа» есть «begriffene Geschichte», «История, постигнутая в Понятии», в ее окончательно завершенной целостности.

Напротив, в Wissenschaft, или собственно «Науке», т. е. во второй части «Системы», «различие, — говорит Гегель, — ушло обратно в самость». Это значит: если исторический Человек соотносится с Миром изнутри, посредством или в качестве отрицающего Действования, создающего реальное, или объективное, «различие» между Субъектом и Объектом, то

Мудрец, производя Науку, соотносится с Объектом только внутри и посредством мышления, или созерцания. Иначе говоря, для него больше не существуетреальногопротивостояния /opposition/ между Понятием, которое раскрывает вещь, и вещью, которая раскрывается Понятием. И это означает, что там, ГДЕ ЕСТЬ Мудрец, НЕТ больше Человека в собственном смысле слова. ЕСТЬ только Понятие. Следовательно, ни Субъект, ни Объект не могут как-то изменить характер собственных взаимоотношений. Все замыкается в Тождестве, и «движение», или развитие, Науки более не создает ничего нового. Значит, у этого «движения» нет Будущего. Нет Времени и, таким образом, Истории. Оно, если угодно, — «вечное движение». «Органическое движение» Понятия внутри себя самого, или «диалектическое»развертываниеПонятия (а именно, понятия Бытия) во «всецелой» /«total»/, или непрестанно обращающейся на самое себя Речи, поскольку в целом она и есть не что иное, как свое собственное заключение, приглашающее к новому развертыванию.

Все это подтверждается следующим отрывком (р. 562, 8— 20-я строки /с. 432, 7-я строка снизу—433, 3-я строка/), в котором Гегель развивает и комментирует то, о чем он только что сказал, сравнивая «Феноменология духа» с собственно «Наукой», или «Логикой», т. е. сравнивая первую и вторую части «Системы»:

«Если в феноменологии духа каждый момент есть различие между знанием и истиной [т. е. раскрытой реальностью] и есть движение [-диалектическое], в котором это различие снимается, то наука [т. е. «Логика»], наоборот, не содержит этого различия и его снятия, а поскольку момент [Науки] обладает формой понятия, то он соединяет в непосредственном единстве предметную форму истины и [форму] знающей самости. Момент [Науки] выступает не как движение [-диалектическое] перехода — из сознания [-внешнего] или представления в самосознание и обратно, а его чистая форма, освобожденная от его явления в сознании [-внешнем], [следовательно, форма, которая есть] чистое понятие [,] и дальнейшее движение [-диалектическое] последнего зависят единственно от его чистойопределенности».

История Человека, т. е. Время, будет продолжаться до тех пор, пока будет сохранятьсяразличиемежду «Знанием» (субъективным) и «Истиной» (объективной), илиРеально-сть/о-раскрытой-Знанием. Это значит, что История продолжится до тех пор, пока в Мире будет сущее, котороеошибаетсяи которое, мало-помалу, само исправляет свои ошибки. Но такое сущее — это Человек, и только Человек. Потому что животное и Природа не ошибаются. Впрочем, если угодно, Природа тоже ошибается. Но если она ошибается, то ее ошибка (например, какое-нибудь уродство или живое существо, не приспособленное к среде обитания) устраняется безпромедления: будучи неспособным продолжать свое существование во времени, существо умирает естественной или насильственной смертью. Только Человек можетудерживатьошибку в Мире, обеспечивать ейдлениев нем в форме ошибочной Речи. История — это история ошибочных Речей Человека, которые мало-помалу делаются истинными. И это происходит не только потому, что они меняются, дабы лучше соответствовать наличной Реальности, но и потому, что своими Трудом и Борьбой Человек преобразует саму Реальность, дабы привести ее в соответствие с собственными Речами, поначалу с ней расходившимися. И когда совпадение Реальности и Речи оказывается полным, когда, стало быть, Человек утрачивает возможностьошибаться, ибо, коль скоро у него более нет каких-либо Желаний, то и нет нужды превосходить налично данное, — в этот миг История останавливается. Тогда субъективное Знание становится одновременно и объективным; и это значит, что оно —истинное, причем, окончательно и бесповоротно. И это «абсолютное» ЗнаниеестьНаука.

Существует «движение» также и в Науке, потому что она представляет собой «пиалектическое» Понятие, или Речь /Discours/, котораяразвертывается.Но это «движение» уже больше не временное, а значит, не-историческое, не-чело- веческое, не-действенное. Больше не нужно, говорит Гегель, переходить от Субъекта к Объекту и обратно. Иначе говоря, не нужно исправлятьЗнание, не нужно нинаблюдатьРеальное, извлекая, как говорят, знание из опыта, ни «исправлять»Реальное, борясьс ним или преобразуя его Трудом. Субъективное «движение» раскрывает «объективное движение», не внося в него никаких изменений; теперь, но только теперь, можно сказать:ordo etconnexio rerum idem est ас ordo et connexio idearum /порядок и связь вещей — те же, что и порядок, и связь идей/.*Можно, следовательно, также сказать, что «движение» осуществляется в Понятии, т. е. в раскрытом Реальном, или в истинном — и значит реальном — раскрытии. Это «движение» Логоса, или Речи, которое, будучи лишенным противоречий, остается, притом что непрестанноразворачивается тождественнымсамому себе. Следовательно, это «движение» — «вечное». Или точнее: оноестьреальная Вечность, сама себе себя раскрывающая в качестве «движения» Логоса. Это уже не временное «движение» отрицающего Действования; это «вечное», читай логическое, движение Речи /Discours/.

Логическое «движение» Науки воспроизводит, стало быть, «движение» Бытия. Но Бытие «движется» во Времени, точнее в качестве Времени. А ВремяестьИстория, и ИсторияестьЧеловек. Итак, реальное «движение» всеобщей Истории строго соответствует идеальному «движению» Науки. И «Система», чтобы быть полной, должна представлять или содержать не только вечное, или логическое, «движение» раскрытого Бытия, которое естьПонятие, но также и реальное, или историческое, «движение» Понятия, каковое есть реальное Бытие, или Человек. Таким образом, «Система» необходимо складывается из двух частей или обретает два дополняющие друг друга аспекта — «Логику» и «Феноменологию духа» (р. 562, 20—30-я строки / с. 433, 3—12-я строки/):

«Наоборот, каждому абстрактному моменту науки соответствует некоторое формообразование [эти формообразования описаны в «Феноменологии духа»] являющегося духа вообще (tiberhaupt). Подобно тому как налично сущий дух не богаче науки, он и не беднее ее в своем содержании. Познавание [как это происходит в «Феноменологии духа»] чистых понятий науки в этой форме образований сознания [-внешнего] составляет тот аспект их реальности, в котором их сущность, [т. е.] понятие, установленное в ней в своемпростомопосредствовании в качествемышления(Denken), раскрывает моменты этого опосредствования и проявляется (darstellt), следуя внутренней противоположности (Gegen- satze)».

История ни богаче, ни беднее Бытия. Это очевидно. Во Времени можно развернуть только то, чтоесть;и вечнаявсецелостъБытия есть не что иное, как все то, чтобылово Времени. Бытиетворится, но, сотворяясь, оно не перестает быть Бытием, ибо вне Бытия нетничего, вне Бытия — Ничто. И по этой самой причине нет Будущего по ту сторону Времени. Стало быть, пространственно-временнаяЦелостностьБытия не является ни пространственной, ни временной. Она — не что иное, как само Бытие,раскрытоеПонятием самому себе. Иначе говоря, эта Целостность есть Дух. Но она — Дух лишь в той мере, в которойвключаетв себя Понятие. Понятие же, включенное в Бытие, — это Человек. И «движение» Понятия в Бытии, т. е.реальное«движение» Понятия, — это История.

Следовательно, у «Логики» и «Феноменологии духа» одно и то же содержание. С той разницей, чтовечное«движение» «Науки» появляется в «Феноменологии» в формевременного«движения» Истории. Так, каждому этапу «Феноменологии» соответствует определенный этап «Логики», и наоборот. И нам никак не понять антропологии «Феноменологии духа», если мы не поймем онтологии «Логики», которая учит,чтоесть от века, Дух,являющийся(erscheint) себе самому во временной, исторической или человеческой форме, описанной в «Феноменологии духа». И наоборот, мы не поймем «Логики», если не поймем «Феноменологию духа». Потому что без нее вечное «движение» Речи пусто и лишено смысла. Мы поймем,чтоесть Дух, только зная, как онявляетсяв своем «наличном бытии» (Dasein). Так вот, «наличное бытие» Духа — это Человек, История или Время.

«Система», таким образом, имеет смысл только при наличии двух частей: антропологической Феноменологии и онтологической Логики. Одна ущербна без другой, и только Целое имеет смысл: то Целое, в котором, как и в самом Бытии, вечность Логосавоплощенаво временном «движении», воспроизведенном в «Феноменологии духа».

Иными словами, «Система науки» обязательнокругообразна, или циклична. По прочтении «Феноменологии духа» что-то необходимо побуждает браться за «Логику». Ибо только тут понимаешь, что тот, кто мог написать или прочитать «Феноменологию духа», достиг не чего иного, как понимания того, чтоесть /est/вечно кактождественноесамому себе, т. е. Бытия как такового, а это тема «Логики». По прочтении же «Логики» что-то столь же настоятельно заставляет брать в руки «Феноменологию духа». Потому что, уяснив под конец из целого «Логики», что Бытие есть Дух, или Идея, т. е. Бытие,раскрытоесебе самому, начинаешь также понимать, что это раскрытие возможно только потому, что Бытие есть Время и Становление. Итак, чтобы понять Бытие как становление, нужно читать «Феноменологию духа».

Все это Гегель объясняет на оставшихся двух страницах, завершающих «Феноменологию духа». Сначала он говорит об этом в очень сжатой форме в первом абзаце этого заключительного пассажа, тут же вводя идеюКругав Науку. А в последующих абзацах он растолковывает этот текст.

Вот что Гегель говорит сначала (р. 562, 31—40-я строки /с. 433, 13-20-я строки/):

«Наука в себе самой находит эту необходимость отрешения (entaussern) от формы чистого понятия и [следовательно, требует] переход [а] понятия всознание[-внешнее]. Ибо знающий себя самого дух, именно потому, что он постигает (erfasst) свое понятие, есть то непосредственное равенство (Gleichheit) себе самому, которое в своем различии (Unter- schiede) естьдостоверность[-субъективная]непосредственногоиличувственное сознание[-внешнее], — начало, из которого мы исходили [в «Феноменологии духа»]; это освобождение себя (Entlassen) от формы своей самости есть высшая свобода и надежность своего знания о себе.»

С одной стороны, этот текст может быть отнесен и к «Феноменологии духа», и к «Логике», и, наконец, к «Системе» в целом. Во всех трех случаях мы имеем дело скругообразным., читай циклическим, знанием. С другой стороны, возможна антропологическая интерпретация этого текста при отнесении его не только к Науке как таковой, но также и к «наличному бытию» Науки, к Книге и написавшему ееЧеловеку, Мудрецу.

Сначала отнесем этот текст к Науке в узком смысле. Другими словами, отнесем его к «Логике», или ко второй части «Системы» в целом. Тогда он означает следующее:

«Логика», говорит Гегель, необходимо включает в себяпереход(Ubergang) от Понятия к внешнему-Сознанию. Но Bewuptsein — это Субъект,противопоставленныйОбъекту. И познающий Субъект — это что-то другое, нежели познанный Объект, — это Человек, а именно Человек в собственном смысле слова, или исторический Человек, описанный в «Феноменологии». Следовательно, «Логика» необходимо подразумеваетвозвращениек «Феноменологии», из которой необходимопроистекает«Логика», как это видно из последней главы «Феноменологии духа».

Но каковы причины этого Ubergang, зачем он нужен? Затем, говорит Гегель, что Дух, который «достиг Понятия», есть «непосредственное Тождество с самим собой».

В «Логике», как и в «Феноменологии духа», Дух лишь под конец «достигает Понятия». Ибо только в конце логического развития исходное «Бытие»(Sein)раскрывается как «Идея», т. е.сущее-Понятие и яошгаое-Существование, концептуально постигнутое. Но то, что отличаетSein, или налично-данное статичное-Бытие, это как раз егооднородностьи егоединство, т. е. абсолютноетождествосебе самому. «Идея», стало быть, т. е. абсолютноетождествоПонятия и Бытия, — это не что иное, какSein.Так, приближаясь к концу логического развертывания, мы оказываемся отброшенными к его началу. Значит, «Логика» кругообразна сама в себе.

Или скажем точнее: она циклична. Ибо, вернувшись к началу, приходится вновь проходить уже пройденный путь. Действительно,Sein, обретающееся или вновь обретаемое в начале «Логики», будучи абсолютнотождественнымсебе самому, абсолютно однородным и абсолютно всеобщим, не естьраскрытое-Бытие (Идея). Ибо Бытие раскрывается Понятием. Следовательно, раскрытое-Бытие предполагает некоторуюдвойственность, или оппозицию-различие /ипе difference-ou-differenciation/ (Unterschied), как говорит Гегель. НоSeinтождественно само себе: онооднородноивсеобщев своей однородности, оно заполняет собойвсе.Следовательно, в нем нет места Понятию. Оно не является — в качестве такового — раскрытым. Так вот, начало «Логики» — это неSeinсамо по себе, нопонятие «Sein»(осмысленное слово). Имеется, стало быть, с самого начала что-то иное (Anderes), отличное отSein.НоSeinоднородно и всеобще (Тождество = = Тезис). Иное, будучи тем, чемSeinне является (Отрицание = Антитезис), может быть только ничем, чистымНичто(Nichts). Однако коль скороSeinабсолютно всеобще, то вне егоничегонет. Следовательно, Ничто «есть» только в том случае, если самоSein —Ничто. ИSein, которое есть Ничто (т. е. Ничто, котороеесть),необходимо есть Становление (Werden, Целое = Синтез). Что означает:Sein уничтожаетсяв той мере, в которой оноесть; что означает, что оно есть во Времени, или, лучше сказать, что оноестьВремя, — Время, котороеесть.И только так оно можетраскрытьсяв качествеSein,только так оно может быть (или стать) значимым словом или понятием«Sein».Следовательно, и т. д. — Продвигаясь таким образом, после ряда последовательных шагов неминумо придешь, наконец, к Бытию-полностью-раскры- тому-в-своей-целостности-Понятием, т. е. к «Идее», которая, будучи абсолютно однородной, всеобщей и тождественной себе самой, тождественной своемубытиюи своему собственномупонятию, есть само вечное (или до-временное и пост-временное) «Sein», с которого мы и начали. Но этоSein — раскрытое; это слово или понятие:«Sein».Следовательно… и т. д., ит. д. Мы бесконечно долго движемся по кругу и никак не можем остановиться.

«Логика», таким образом, вторая часть «Системы», цик- лична в себе самой. Но это еще не все, ибо вся «Система» в целом — это вечный цикл.

Действительно, начало «Логики» — этослово: «Sein».Но, Кант прав: без самого по себеSeinсловопустое(бессмысленное); aSeinбез слова —слепое(немое, или не-раскры- тое). Следовательно, «Логика» подразумевает некуюдуальностьилиоппозицию(Entzweiung)Seinи его Понятия. В самой «Логике» эта двойственность «снимается» в Идее и Идеей /dans et par/. Но для того чтобы «движение» моглопривестик Идее, нужно, чтобы ононачалось.А для того чтобы оно могло начаться, нужно, чтобы уже был, чтобы имелся заранее, некий дуализм Понятия и Бытия. Понятие же Бытия, котороепротивостоитБытию в Бытии, — это Человек. Точнее, это отрицающее Желание, порождающее двойственность или образующее разрыв (Entzweiung) в бытии се- бетождественного Бытия, или вечной Идеи. Желание, которое превращает эту Идею вSein[Бытие],противостоящееNichts /Ничто/, и в Объект,противостоящийСубъекту. Так вот, в этом Желании и берет начало «движение», описанное в «Феноменологии духа», оно — начало Истории, которая, в конце концов, приведет к созданию «Логики», после того как История будет концептуально освоена и раскрыта себе самой внутри и посредством «Феноменологии духа».

Подойдя к концу «Логики», мы оказываемся отброшенными к ее началу (т. е. кSein)— и цикл повторяется. Но цикл «Логики», взятый целиком, отбрасывает нас к своему собственному источнику — к «Феноменологии духа». И вся целиком «Система» оказывается, таким образом, вечным /perpe'tuel/ циклом.

Остается посмотреть, не является ли «Феноменология духа», т. е. первая часть «Системы», также цикличной внутри самой себя. Так вот, относя цитируемый текст к «Феноменологии», мы убеждаемся, что так оно и есть.

Действительно, реальная История (а значит, и ее ракры- тие в «Феноменологии духа» и посредством «Феноменологии духа») приходит к абсолютному Знанию, т. е. к Мудрецу, или воплощенной Науке, — к «Логике», налично бытующей в Мире в виде Книги. В этой Книге и посредством нее Дух «достигает Понятия». Это значит: Дух и Понятие совпадают в ней абсолютно и совершенно; Бытие оказывается полностью раскрытым в Понятии, которое развертываетсмыслКниги, а Понятие полностью осуществлено в Бытии благодарясуществованиюКниги. Тем не менее сохраняетсяразличие /difference!(Unterschied) между Мудрецом и Книгой. Без этого «различия» Понятие не смогло бы быть Книгой и оно не смогло быосуществитьсяв Мире, а Бытие, не будучиреальноПонятием, не было бы на самом делераскрыто, оно не было бы действительно Духом, или Идеей. Но Книга, т. е.отличноеот Мудреца Знание, естьчувственно воспринимаемыйпредмет: лишь с помощью Ощущения, посредством «sinniiche Gewipheit» /«чувственной достоверности»/, Мудрец вступает с ней в реальный контакт; если бы не было ощущений, он не мог бы ни написать, ни прочитать ее. Чтобы пониматьреальнуюНауку, нужно уметьчитатьКнигу: черные буквы на белой бумаге. И чтобы понять смысл упомянутой Книги, нужно понять: как этоможетЧеловек написать ее и понять ее. Но понять это можно только в том случае, если начать с понимания природы и самой возможностиощущения, получаемого от отпечатанной Книги. То есть нужно понять, что такое Ощущение вообще, и чтобы сделать это, нужно заново пройти цикл «Феноменологии духа», которая — в своей главе I — как раз и трактует эту «sinniiche Gewipheit», или Ощущение (чувственную достоверность), называемое здесь /в главе VIII/ Гегелем «sinniiche Bewuptsein» /чувственное сознание/.

Это означает, что Знанию никогда непревзойти /transcender/чувственной Реальности. Ибо Дух есть — и он тоже — чувственно воспринимаемое бытие /un etre sensible/, и бытие не-чувственное, или сверх-чувственное, — всего лишь пустая фантазия. Без Ощущения и всего с ним связанного сама «Логика» была лишь нагромождением пустых бессмысленных слов (существование и происхождение которых, впрочем, тоже было бы загадочным). Ибо слово «Sein»,с которого она начинает, «исполнено» смысла только благодаря чистомуОщущению, которое раскрывает Бытие какSein, т. е. как Бытие абсолютновсеобщеев своей совершеннойоднородности, исключающей какие бы то ни было различения и различия, качественные и иные. И ощущение раскрываетSeinЧеловеку-Желания (Begierde /вожделения/), который один только способен однаждынаписать«Логику», т. е.осуществитьПонятие, внедрив его в один прекрасный день в наличное Бытие и тем самым преобразовав Бытие, бывшее до того толькоSein, в Дух, или Идею, дабы таким образом удостоверить окончательный вывод «Логики», гласящий, что БытиеестьИдея; — вывод, который, будь он получен (при полной невозможности этого) без прохождения через реальную сотворенную Человеком Историю и через раскрытие этой завершенной Истории в «Феноменологии духа», был бы попростуошибочным(и впрочем, непостижимым в самой своей ошибочности).

И так же обстоят дела на всех этапах «Логики». В целом она имеет смысл лишь потому, что существуетопыт (Erfahrung)Бытия, которое становится, проживается Человеком в его Истории, опыт Истории осмысленного и произвольного становления, которое одно только делает Бытие доступным Понятию, притом что и само Понятие порождается исключительнооппозициейСубъекта и Объекта, той самой, что составляет Опыт, а взятая сама по себе и есть антропогенное Желание, или Желание, осуществляемое и удовлетворяемое посредством отрицающего и творческого Действования, в Борьбе и Труде, вкупе образующих всемирную Историю.

«Феноменология духа», стало быть, столь же циклична, как и «Логика», и вся «Система» в целом.

И этот циклический характер Антропологии, каковой является «Феноменология духа», имеет непосредственное антропологическое значение.

Мудрец (т. е. совершенный Человек) Гегеля не имеет ничего общего с «Мудрецом» Плотина, к примеру, который в экстазе абсолютного Знания возносился, по словам Порфи- рия, на несколько дюймов выше солнца. Гегелевский Мудрец твердо стоит на ногах. Сама его Наука утрачивает смысл и становится пустой болтовней, если ее отделить от Ощущения, Желания и всего, что с ними связано.

Конечно, «Мудрец» Плотина тоже ест и пьет, иначе как он смог бы вознестись вышесолнца.Но в качестве Мудреца, т. е. в своей Науке, он, похоже, забывает об этом, его не ин- хересуют ни еда и питье, он не нуждается в них. Гегель же говорит нам, что это абсурд. Нужно иметь в виду и отдавать себе отчет в том, что для того, чтобынаписатьКнигу Науки, надо есть и пить, и что это нужно равным образом и для того, чтобы эта Книга имеласмысл. Ибо если Бытие перестает быть скрытым и невыразимым, т. е. по сути не-раскрытым, чисто природным, а, значит, немым, или животным, то только потому, что оно было раскрытоЧеловекомв течениеВремении благодаря его историческомуДействованию,которое немыслимо безЖелания, того самого Желания, которое, будучи чисто человеческим, читай отрицающим, может рождаться и быть, только опираясь на природное, или животное, Желание, им отрицаемое.

Короче, сказать, что Бытие раскрывается историческим Временем или в качестве исторического Времени; или, что то же самое, сказать, что «Логика» может быть написана или прочитана и понята только после того, как была написана или прочитана и понята «Феноменология духа», — это также сказать, что Мудрец не может отвергать чувственной Реальности ни в себе, ни вне себя. Если сам он ничего неделаети ничего нежелает, то это значит, что ему и его окружению больше нечего делать и нечего желать. Но и Желание, и Действие так же важны для него, как и для обычного человека. Он должен о нихпомнить, и именно этовоспоминание(Er-innerung) о Действии и Желании, о котором рассказала «Феноменология», и делает из него Мудреца, т. е. человекасовершенного, способногораскрытьэту самую всеобщую и однородную Целостность Бытия, которой онживет, когда ест, пьет ивспоминаетобо всем, к чему привело это Желание есть и пить, однажды «впервые» вытесненное собственно человеческим, или, лучше, антропогенным, Желанием Признания.

И когда в последней строке цитируемого отрывка Гегель говорит, что этот возврат к Ощущению есть «высшаясвободаинадежность»Знания Мудреца о себе, он говорит это, осознанно противопоставляя Мудреца бегущему Мира неоплатоническому, или христианскому, аскету, о котором он сказал в главе IV (р. 168 /с. 120/), что видит в нем «только некую ограниченную собой и своим мелким действованием, себя самое высиживающую, столь же несчастную, сколь скудную личность».

Все это надо иметь в виду, чтобы не уступить искушению истолковать «Феноменологию духа» теологически.

ДухестьWissenschaft, Наука. И Наукаестьabsolutes Wissen, абсолютное Знание, т. е. некое Gestalt des Bewuptsein /формообразование сознания/, живущее в природном Мире существо. Стало быть, это существо есть воплощенный Логос. Но это не Бог, который рождается и умирает, живет, ест и пьет вопреки своей божественности, но который мог бы обойтись без всего этого. Нет, тот, кого Гегель имеет в виду, есть Логос,потому чтоон ест и пьет, рождается, живет и умирает, умирает всерьёз и не воскресает. Егодуховнаяреальность — это раскрытие (речевое /discursive/)чувственнойреальности, которая от негонеотделима, потому что такое отделение означало бы для него не вознесение на светлые небеса, но рассеяние во мраке ничто («Diese Nacht….»), т. е. попросту смерть.

Вот почему нужно сказать, что гегелевский Geist, которыйестьWissenschaft и absolutes Wissen, — не Бог, но Человек: это Мудрец, действительно достигший совершенства, который не хочет и не может отвергать произведшее его на свет временное несовершенство и который полностью «удовлетворен» только лишь тем, что понял и объяснил, т. е., если угодно, «оправдал», это несовершенство, показав, что без него он вообще не смог бы что-либопонять.