{Из Ежегодника Высшей практической школы за 1936—1937учебный год. Секция религиеведения)

Продолжая комментировать текст «Феноменологии духа», мы разобрали:сперваглаву V, которая озаглавлена «Разум» («Vernunft») и посвящена описанию бытийственных отношений /attitudes existentielles/, свойственных «буржуазному» Интеллектуалу, т. е. Человеку, живущему в христианском Мире, но ставшему безбожником; изатемраздел А главы VI, посвященный анализу античного языческого Мира.

Позиция /attitude/ Христианина отличается тем, что он отделяет себя от Мира Природы и Общества, или Государства, и замыкается в себе самом. Христианин преследуетпотустороннююцель — спасение своей бессмертной души; в этом ни сам он не может кому-то помочь, ни ждать помощи от другого: она приходит только откуда-тооттуда, и толькотам, толькопо ту сторонуего цель может быть достигнута. Этот Христианин — по причинам, о которых Гегель не говорит, — может стать атеистом; иначе говоря, он может оставить мысль опотустороннеми заменитьтрансцендентнуюцель целью, достижимой в этом мире. Однако когда Христианин становится безбожником, он превращается в безбожникахристианского.Отныне он живет в этом мире и для этого мира, но по-прежнему замкнувшись в себе самом, воздерживаясь от всякого продуктивного взаимодействия с Тем-что-не-есть-он-сам, не интересуясь общественной и политической деятельностью. Так он становится Интеллектуалом-индивидуалистом.

На самом деле этотиндивидуализмИнтеллектуала, точно так же, как и экзистенциальный солипсизм Христианина, возможен только в таком Обществе или Государстве, которое признало единичное как таковое в качествеюридического лица (Rechtsperson), обладателячастной собственности (Eigentum), но которое по этой самой причине не считает его большеГражданином (Burger),т. е. исключает из политической жизни, не требует положить жизнь за Отечество, превращая его таким образом в пассивногоподданногоСуверена-деспота. Это единичное, будучи единичным и только и не будучи более Гражданином в собственном смысле этого слова, и естьBurger als Bourgeois /бюргер как буржуа/. Буржуа появляется в поздней Империи, и его история разворачивается вплоть до Французской революции 1789 года. Стало быть, именно в течение этого исторического периода развиваются и воплощаются в жизнь обе «буржуазные» идеологии, противоположные, но дополняющие друг друга, — идеология религиозного Христианства и идеология Христианства безбожного, или секуляризованного, каковая как раз и представляет собойиндивидуализмИнтеллектуала, описанный в главе V.

В основании индивидуалистических идеологий Интеллектуала лежит позаимствованная у Раба-стоика и усвоенная Христианством мысль о том, что Человек может достичь высшей цели, т. е. полногоУдовлетворения (Befriedigung),устраняясь от общественного и политического действования, живя в каком угодно Государстве и в каких угодно условиях. Так вот, по Гегелю, это невозможно, коль скоро удовлетворение индивида необходимо предполагает создание совершенного Государства, в которомвсеявляютсяГражданамив точном смысле этого слова. Это Государство рождается в ходе Революции, и тому, кто действенно не способствует его появлению, приходится на опыте убеждаться в ущербности своего идеала «частной» жизни, т. е. в несостоятельности индивидуализма вообще. Не будучи Гражданином и, значит, не имея возможности получитьудовлетворениев реальном общественном Мире, Интеллектуал, как и верующий Христианин, бежит конкретной эмпирической реальности, дабы укрыться в некоем воображаемом Мире. Верно, что Мир этот больше не является, собственно говоря, потусторонним; он — секуляризованное потустороннее, интеллектуальный универсумder Sache selbst /самой сути дела/,идеальный мир Истины, Красоты и Блага самих по себе. Но точно так, как и потустороннее религиозного Христианина, этот идеальный Мирпротивостоитэмпирической реальности и от неене зависит.Если цель отныне не в том, чтобы душа, оставив тело, причастилась запредельному Абсолюту, то тем более не в том, чтобы эффективно действовать в реальном Мире. Цель Интеллектуала, в точности как и цель Верующего, — этопассивноеобнаружение некоей абстрактной абсолютной ценности, но недеятельноеее воплощение в целом конкретного эмпирического Мира. И в преследовании этой цели, в поискахнепосредственного (ип- mittelbar)соприкосновения с абсолютной ценностью, безбожный Интеллектуал столь же одинок, как и религиозный Христианин: ни ему кто-либо, ни он кому-либо помочь не может.

Таким образом, пассивный индивидуализм безбожного Интеллектуала — ученого, художника, философа и так далее, оправдываемый верой в существование абсолютных, вечных, запредельных ценностей, есть не что иное, как секуляризация экзистенциального солипсизма религиозного Христианина. Идеология Истины, Красоты и Блага — это религия тех, у кого больше нет религии. Это идеология Человека, который, с одной стороны, больше не верит в свое бессмертие — или, скорее, он перестал «воплощать» идею собственной смерти — и, стало быть, стремится к полному Удовлетворениюздесьна земле, но с другой стороны, желает получить егонепосредственно (unmittelbar), без траты сил на отрицательное или отрицающеедействование, необходимое для действительного преобразования наличного природного и общественного Мира в такой Мир, где непосредственное удовлетворение индивида стало бы в самом деле возможным. Как Христианин религиозный находит утешение внесчастиисвоего сознания, так Христианин безбожный довольствуется чистойрадостью (Freude), даруемой ему интеллектуальной жизнью. Но ни тому ни другому не достичь окончательногоудовлетворения, Befriedigung. Значит, цель Верующего и Интеллектуала не может быть окончательной целью Человека. Поэтому в 1789 году некие энергичные люди с помощью отрицающего созидания примутся воплощать в жизнь абстрактные идеалы религиозного и безбожного Христианства, переделывая Мир Буржуа в Мир Граждан, в котором основанные на этом идеале «буржуазные»идеологиистанут ненужными и, в конце концов, их заменит истинная философия, или гегелевскаяНаука.

Революция и диалектика, которая к ней приводит, описаны в разделе В главы VI. В разделе А Гегель показал, как и почему античный Гражданин, Человек языческого Мира, перестал быть тем, кем был, и сделался римским Буржуа, который, приняв Религию своих Рабов, претворяет в действительность христианский Мир, в котором распространяются религиозные и атеистические идеологии, описанные в главах IV и V.