{Из Ежегодника Высшей практической школы за 1938–1939 учебный год. Секция религиеведения)

Курс лекций в этом году был посвящен объяснению главы VII «Феноменологии духа», озаглавленнойDie Religion, в которой Гегель рассматривает структуру и развитие разработанных в ходе истории христианских богословских учений.

Для Гегеля реальным объектом религиозного мышления является сам Человек: любая теология необходимо оказываетсяантропологией.Сверхъестественная или трансцендентная по отношению к Природе сущность, т. е.Дух, на деле представляет собой не что иное, как отрицающее (значит, творческое) Действие, осуществляемое Человеком в наличном Мире. Но пока Человек религиозен, он не отдает себе в этом отчета: он мыслит по-богословски: субстантивирует и овнешняетпонятие {Begriff)Духа,пред-ставляя {Vorstellen /представление!)его себе с виде некоего Бытия{Sein),существующеговнеЧеловека инезависимоот его Действий. Религиозный Человек думает, что он говорит о Боге, когда в сущности ведет речь о себе самом.

Это отсутствие самосознания, эта фантастическаяпроекциядуховного или человеческого содержания в сферупотустороннего (Vor-stellung)и отличает религиозное (теологическое) мышление от мышления философского{антропояот-ческого). Впрочем, эти два типа мышления необходимо сосуществуют: противополагаясь друг другу, они друг друга порождают и дополняют. Философия (до-гегелевская) осознанно говорит о Человеке, в ней Человек обретает осознаниесебя.Но она раскрывает Человека ему самому,отделяяего от его же природного и социального Мира; и толькоотдельный!particulier,единичный/ (Einzelner), отделяющий себя от Мира (от Всеобщего) и замыкающийся в себе самом Человек способен создать некую «философскую» антропологию. Напротив, Богословие ракрывает, не отдавая себе в том отчета,универсальнуюсторону человеческого существования — Государство, Общество, Народ, а также Человека как входящего в состав Государства, Общества, Народа. И пока продолжается История, или пока еще нет совершенного Государства, иными словами, пока существует конфликтЕдиничногоиВсеобщегов наличном природном и социальном Мире, противостояние двух точек зрения («философской» и религиозной, или теологической) неизбежно. Человек, которому не удается достичьудовлетворенностипосредством Действования в Мире и для Мира, где он живет,бежитэтого Мира, укрываясь в собственномотвлеченноммышлении, и только такой, замкнувшийся в себе «Интеллектуал» обретает самосознание в «философской» антропологии, отражающейпартикуляристскуютенденцию человеческой жизни. И напротив, тот же самый Человек, взятый в егоуниверсалистскойустремленности, обращаясь к Миру, не может его узнать и признать делом своих рук; реальность (всеобщая) предстает перед ним как что-то существующеевнеего инезависимоот его Действий, и ему кажется, что всеобщий идеал располагается где-топо ту сторонуот него и его реального Мира. Таким образом, осознавание реальности Мира и его идеала, а равно себя самого как составной части этого Мира обретает форму теологического мифа. Апартикуляристскийсубъективизм «философской»антропологиинепременно дополняется — и опровергается —универсалистскимобъективизмом религиознойтеологии.

Теология, таким образом, является отражением — неосознанным — наличного социального исторического Мира, в котором живет теолог, а также складывающихся в этом Мире представлений об идеале. Следовательно, с одной стороны, изучение Религии позволит нам понять сущностный характер Мира, эту Религию принявшего, а с другой стороны, коль скоро Теология равным образом отражает общественный и политический идеал, требующий осуществления путем преобразования налично-данного, то ее изучение позволит нам также понять, как развивался этот Мир, как он эволюционировал с прицелом на идеал и, стало быть, происходило это в прямой зависимости от теологии, этот идеал раскрывающей. Потому-то изучение реального историче- ркого развития (проведенное в главе VI) должно быть дополнено изучением идейной эволюции богословской мысли (в rtiaBe VII).

Жизненный идеал вырабатывается и осуществляется постепенно: каждый этап его разработки отмечен той или иной Теологией и каждый этап его осуществления представлен принявшим этот идеал и живущим с оглядкой на него историческим Миром. В своем совершенстве идеал раскрывается как идеяИндивидуальности, т. е. удовлетворенности реальным или действенным синтезомпартикуляристскойиуниверсалистскойтенденций в человеческом существовании. Поначалу эта идеяраскрываетсяЧеловеку как богословское (христианское) понимание индивидуальности (божественной) Иисуса Христа или богочеловека. Этот идеал-идеяпретворяется в жизньв ходе и посредством Французской революции, которая завершает эволюцию христианского Мира в реальной (и вместе символической) личностиЧеловекобо-га — Наполеона, одновременно главы-творца совершенного Государства и его Гражданина, работающего на бесконечно долгое сохранение этого Государства. И посколькуреальноепротивостояниеЕдиничногоиВсеобщего, таким образом, снимается,идейныйконфликт «философской»антропологиии религиозной теологии также сходит на нет. Философ (и этот философ Гегель), которыйраскрываетЧеловека ему самому, рассказывая о егоосуществлениив Наполеоне, раскрывает Человека в обеих ипостасях —партикуляристскойиуниверсалистской. Таким образом, его учение одновременно и «философское», и «богословское». Но, будучи тем и другим, оно —нито инидругое. Это больше не «Философия» в до-гегелевском смысле слова, поскольку в ней нет понятия идеального, илиабстрактного, Духа, т. е. Духа, как чего-тоотличногоот природных и социальных реалий и действий. И это больше не «Богословие», поскольку Богословие, если оно говорит о реальном иликонкретномДухе, то помещает еговнеЧеловека и Мира. Учение Гегеля естьабсолютное Знание (absolutes Wissen), завершающее иснимающее (aufhebt)как «философское», так и религиозное, или теологическое, развитие путемраскрытиясовершенного Человека; оно осуществляется в конце Истории и предполагает реальноесуществованиетакого Человека.

Коль скоро совершенный Человек, т. е. Человек, полностью и окончательно удовлетворенный тем, что онесть,есть осуществлениехристианскойидеи Индивидуальности, то и откровение /revelation/ об этом Человеке в абсолютном Знании по своему содержанию —то же, что и в христианском Богословии, за вычетомтрансцендентности.Достаточно сказать о Человеке все то, что Христианин говорит о своем Боге, чтобы от абсолютной, или христианской, Теологии перейти к абсолютной философии, илиНаукеГегеля. Переход этот, как показал Гегель в главе VI, оказывается возможным благодаря Наполеону.

В главе VII Гегель показывает нам, почему и как первоначальные богословские представления постепенно превратились в развитое христианское учение, отличающееся от его собственного только формой: в христианской теологии фактически раскрывается не что иное, как гегелевскоепонятиеИндивидуальности, но в форме теандрического[165]представления (Vor-stellung).