1И увидел я иное знамение на небе, великое и чудное: семь Ангелов, имеющих семь последних язв, которыми оканчивалась ярость Божия.

Семь последних язв имеют отношение к переосвящению* небесного храма. Освящение Соломонова храма было приурочено к празднику Кущуй. Этот праздник (Суккот) символизировал Шестой день творения и замыкал праздничный цикл. Седьмым праздником считалась суббота, но подобно тому, как Бог в субботу не творил, Его ярость на этот день не распространялась.

2И видел я как бы стеклянное море, смешанное с огнем; и победившие зверя и образ его, и начертание его и число имени его, стоят на этом стеклянном море, держа гусли Божии,

Стеклянное море — небесный аналог Медного моря из земного храма. На нем стоят «победившие» подобно тому, как израильтяне стояли на берегу Чермного моря после того, как спаслись от фараона.

3и поют песнь Моисея, раба Божия, и песнь Агнца, говоря: велики и чудны дела Твои, Господи Боже Вседержитель! Праведны и истинны пути Твои, Царь святых!

Песнь Моисея — победная песнь из книги Исход, 15:1 —18.

4Кто не убоится Тебя, Господи, и не прославит имени Твоего? ибо Ты един свят. Все народы придут и поклонятся пред Тобою, ибо открылись суды Твои.

Текст представляет известное сходство со стихами 15:14 — 15 из книги Исход, указывая на подобие ситуаций: победа над фараоном и предстоящая победа над Вавилоном–Римом, уже осужденным к гибели.

5И после сего я взглянул, и вот, отверзся храм скинии свидетельства на небе.

Это архаическое обозначение храма находится в связи с его предстоящим переосвящением.

6И вышли из храма семь Ангелов, имеющие семь язв, облеченные в чистую и светлую льняную одежду и опоясанные по персям золотыми поясами.

Семь язв — в оригинале греческое слово, передающее, вероятно, еврейское «казнь», в том же значении, что и казни египетские. Развитие аналогии с ситуацией исхода из Египта.

Одежда у ангелов такая же, как у левитов в земном храме.

7И одно из четырех животных дало семи Ангелам семь золотых чаш, наполненных гневом Бога, живущего во веки веков.

Золотые чаши составляли принадлежность Золотого жертвенника для курений, на котором горели благовония во время обряда освящения.

Гнев Бога — так на языке левитов назывался горячий пепел с еще тлеющими искрами, остававшийся на жертвеннике, когда благовония выгорали. Такое как бы отвергнутое Богом вещество могло очищать нечистое (например пепел рыжей телицы с Медного алтаря, Числа, 19:1 — 13). Самое очищение оказывается казнью для всего нечистого. Любопытно, что шестую казнь египетскую, аналогичную действию первой чаши Откровения, Моисей вызывает, бросая пепел в небо (Исход, 9:8 — 10). Обычная зола служила тогда моющим средством, как сейчас мыло.

8И наполнился храм дымом от славы Божией и от силы Его, и никто не мог войти в храм, доколе не окончились семь язв семи Ангелов.

Почти дословная цитата из описания освящения Скинии собрания, прототипа храма в книге Исход, 40:34 — 35.