Вотъ появился уже и второй сборникъ представителей евразійства! Кромѣ прежнихъ авторовъ, участвовавшихъ въ первомъ сборникѣ, присоединился еще проф. Бицилли (статья — «Востокъ» и «Западъ» въ исторіи Стараго Свѣта), дающій интересное историческое обоснованіе евразійскихъ «утвержденій», — да сверхъ того авторы сборника перепечатали извѣстный этюдъ А. В. Карташева — «Реформа, реформація и исполненіе Церкви». Судя по предисловію, написанному къ этому этюду г. Савицкимъ, Карташевъ не сталъ евразійцемъ; перепечатка его цѣннаго этюда возбуждаетъ поэтому недоумѣніе. Сходство — въ «богословно–идеологическихъ» вопросахъ у евразійцевъ съ А. В. Карташевымъ тоже довольно ограниченно; остается поэтому непонятнымъ, зачѣмъ включили они въ свой сборникъ далекаго отъ нихъ автора.

По прелшѳму въ сборникѣ довольно ярко и опредѣленно выступаютъ евразійцы — но по прежнему неясно и туманно само по себѣ евразійство. Кромѣ двухъ лицъ — кн. Н. С. Трубецкого и П. Савицкаго, остальные два автора — Π. П. Сувчинскій и Г. В. Флоровскій могли бы помѣстить свон статьи въ другихъ сборникахъ, въ журналахъ — и имъ не пришлось бы ничего измѣнить въ нихъ. Тѣ мотивы, которые развиваютъ въ статьяхъ своихъ названные два автора, не связаны по существу съ евразійствомъ, какъ таковымъ. Скажу даже больше: для этихъ идей совсѣмъ не подходитъ, по существу чуждъ типичный для евразійства отходъ отъ Европы, отъ ея задачъ, отъ ея культуры. Такъ, тотъ религіозно–философскій паѳосъ, который опредѣляетъ работы Г. В. Флоровскаго и который въ ого послѣдней статьѣ (помѣщенной въ сборникѣ «На путяхъ») опредѣляется какъ дорогая и намъ, центральная и для насъ идея православной культуры — по существу страшно далекъ отъ того настойчиваго и злого отхожденія отъ Европы, которое опредѣляетъ работы кн. Н. С. Трубецкого. Еще болѣе чуждо внутренно это умонастроеніе Π. П. Сувчинскому, у котораго его эстетическія исканія, повидимому, центральныя въ его духовномъ мірѣ, тѣснѣйшимъ образомъ связаны съ «обще–европейскимъ» искусствомъ (см., напр., стр. 113). У Π. П. Сувчинскаго очень сильно и глубоко чувство своеобразія Россіи — объ этомъ особенно ярко и проникновенно говоритъ интереснѣйшая статья его о Лѣсковѣ, — но, ради Бога, что же тутъ типично евразійскаго? Если у читателя могли быть раньше какія иибудь сомнѣнія, то второй сборникъ опредѣленно свидѣтельствуетъ о томъ, что правовѣрными евразійцами являются лишь кн. Н. С. Трубецкой и П. Савицкій. Но тѣ «утвержденія», которыя высказываютъ эти два евразійца въ новомъ сборникѣ, не служатъ ни къ украшенію, ни къ уясненію евразійской доктрины. Повидимому, Н. С. Трубецкой вложилъ все свое основное вдохт новеніѳ въ свою главную книгу («Европа и человѣчество»), то же, что далъ онъ въ настоящій сборникъ, слабо. Статья его «Религіи Индіи и христіанство» написана наивно и не отвѣчаетъ нашему уровню христіанскаго сознанія. Мы уже не можемъ думать, что всѣ мистическія движенія внѣ христіанства «имѣютъ сатанинское происхожденіе», и больше всего противъ этой теоріи, имѣвшей, пожалуй, «защитное» значеніе въ ранніе вѣка христіанства, говоритъ тотъ фактъ, что въ христіанство вошло очень многое изъ языческихъ идей, культа. То, что защитники «сравнительнаго историческаго» метода въ исторіи религіи выставляютъ противъ христіанства, вскрывая связи христіанскихъ идей, формулъ, культа съ религіозной жизнью внѣхристіанскаго міра, всѳ это какъ разъ имѣетъ обратный смыслъ. Въ христіанствѣ получили и получаютъ свой надлежащій смыслъ, свое полное выявленіе и выпрямленіе смутныя чаянія и предчувствія внѣхристіанскаго міра. Какъ разъ отецъ нашего автора, кн. С. Н. Трубецкой, въ своей превосходной книгѣ о Логосѣ показалъ это очень хорошо. Нашъ же авторъ, чтобы отвести отъ евразійства подозрѣніе въ теософскихъ симпатіяхъ, сталъ на грубую и религіозно–невѣрную точку зрѣнія. Да, внѣ христіанства есть много сатанинскаго; ну, а въ христіанскомъ мірѣ не идетъ развѣ тайное наростаніе сатанинскаго начала, которое дастъ въ послѣдніе дни Антихриста? Съ другой стороны, развѣ не правы были Отцы Церкви, смѣло черпавшіе изъ Платона и Плотина, и считавшіе Сократа и Платона христіанами до Христа? Жестоко, поспѣшно и невѣрно сужденіе кн. Н. С. Трубецкого объ индуизмѣ. И мнѣ лично теософскія увлеченія внутренно чужды и безконечно далеки по своей неспособности вмѣстить благовѣстіе Евангелія, но теософія и теософическое движеніе — одно, а индуизмъ, въ его разныхъ пластахъ, — другое. Чужда намъ теософія, да чужда и упрощенная философія кн. Н. С. Трубецкого!

Тягостное впечатлѣніе производитъ политическая статья того же автора подъ названіемъ «Русская проблема». Въ своей ненависти и упорной борьбѣ съ европейской культурой, авторъ ищетъ союзниковъ гдѣ угодно и утверждаетъ, что «азіатская оріентація» совѣтской дипломатіи «становится единственно возможной для настоящаго русскаго націонализма…» Мы не раздѣляемъ мысли, что «романо–германскій міръ со своей культурой — нашъ злѣйшій врагъ», и думаемъ, что раскрытіе своеобразія Россіи совсѣмъ не связано съ ненавистью къ Европѣ. Приходится признать, что и у г. Савицкаго и у кн. Н. С. Трубецкого евразійство превращается просто въ «азійство»: вѣдь если Россія дѣйствительно не есть ни Европа іш Азія, а соединяетъ ихъ, какъ особый «евразійскій» міръ, то вѣда это значить, что элементы Европы ей не чужды, а лишь синтезируются съ азіатскими началами. Между тѣмъ, упорная борьба съ Европой, утвержденіе (г. Савицкаго), что Россія «вышла изъ рамокъ европейскаго бытія», какъ бы зачеркиваетъ начало европеизма въ Евразіи…

Я не удивлюсь, если нынѣшніе друзья разойдутся, ибо рано или поздно это случится. Чистые евразійцы логически дойдутъ до полнаго вытравленія всего европейскаго въ русскомъ и начнутъ, какъ это уже и дѣлаетъ г. Савицкій, утверждать, что «безъ татарщины не было бы Россіи» (стр. 342). На этомъ пути ихъ ждутъ тѣ «утвержденія», которыми особенно богаты вторая статья г. Савицкаго («Степь и осѣдлость»): онъ доходитъ до того, что возводитъ русское благочестіе тоже къ татарщинѣ и ея вліянію, забывъ для этого, что разсадникъ христіанскаго благочестія у насъ — Кіево–Пѳчерская Лавра — возникла до татарскаго ига… Тѣмъ же евразійцамъ, которые чужды ненависти къ Европѣ, рано или поздно придется отойти отъ коренной группы.