«Будем же различать то, что сделал Бог, а что — человек (Стремление к вселенскому авторитету); а посему ради ошибки (заблуждения) не будем хранить ненависть к человеку (Запутался Иоанн, но не будем ненавидеть его); и, наоборот, ради человека (Хоть он и патриарх, и святой, но не будем любить из-за любви к нему и уважения к положению ложь) не будем любить заблуждение».

Так и папы. И мы ради их заблуждений да не будем питать ненависть к ним и католичеству, но и, наоборот, ради уважения к личностям, и даже благодеяниям их, и даже святости, всё же не будем признавать их ошибок. Мудрое правило святого римлянина.

Но скажут (как и о. Тышкевич): да, человеческое не следует любить, но власть папы «от Бога» (jure divino); и сам-де святой Григорий вот различает, что от Бога (моя власть) и что от человека (Константинопольские патриархи). Увы! Предшествующие строки вот каковы.

«Их (людей) мы любим, а пороки (грехи — vitia) ненавидим. Человек — творение Божие, а грех — дело человека» и далее — «будем различать», следовательно — личность от её греха. А не «jus divinum» Рима от «гордого греха» заката Константинополя. И далее сам он хвалит святость Иоанна.

Некогда он [Иоанн] казался мне «скромнейшим, для всех — возлюбленным, предавшимся (occupatus) милостыням, молитвам и постам», «сидящим на пепле», «ублажающим смирение», а теперь — вот далее «великий грех» его (Иоанна?).

А теперь «он стремится приписать себе вселенную (universa) и всё то, что связано, как это очевидно, с единой лишь главой — Христом; он (Иоанн) присвоением помпезного титула (величественного) старается члены Сего Христа себе подчинить» (лат.: «ut univers sibi tenet ascribere et omnia, quae soli uni capiti cohaerent, vidilicet — Christo, per elationem pompatici sermonis ejusdem Christi sibi studeat membra subjugare») (p. 775).

Нехорошо бы сделал святой Иоанн. Но этого У греков и не было, и доселе нет, хотя они и называются «вселенскими». Папы же, вопреки такому категорическому словесному протесту, делом осуще ствляли и продолжают доныне. Где же правда?.. И называются «главами».

Но скажут: это-де место не относится к папам, они тоже считают себя не главами, а Христа главой. Увы!.. Они увидели всё и …

Подстрочное примечание под этим, несомненно криминальным для католиков местом, говорит следующее:

«Главу (под «главой») разумеем в существенном смысле (essentiale), от Которой истекает вся благодать на отдельные члены тела. Но есть сам высший верховный первосвященник, он является главой всей Церкви в ином смысле, как первый служитель и видимый центр церковного единства, с которым все должны объединяться и сочетаться так, как с главой» (De Christo ecclesiae capite epist. 38, - nun. c. 18 Gussany»).

Это уже «толкование». На то и разум дан, чтобы затуманивать, а язык — чтобы скрывать мысли.

Но самый факт, что потребовалось «толковать» уже… что-нибудь да значит.

Да и толкование же! Ну, скажите, неужели святой Иоанн Постник или кто-либо другой, или сам святой Григорий Великий понимал главенство Иоанна «essentiale» — с заменою Христа?! Неужели от Иоанна «omnis gratia in singula corporismembra» истекала?! Смешно и грустно!..

Да и сам Григорий Двоеслов возражал именно с точки зрения вреда для Церкви (мотив целесообразности — икономии), греха нравственного (моральный мотив и разделяющий), но не с мистической (благодати) и даже не с «евангельской».

Ибо тотчас же продолжает:

«Не дивно, что оный искуситель, который знает, что начало греха — гордость» и т. д. Тут нет никакого мистицизма.

«Итак, нужно очень усердно молиться и настойчивыми мольбами умилостивить Всемогущего Господа, чтобы отвратил Он заблуждение от разума его (Иоанна) и устранил бы от единства и смирения Церкви зло гордости и раздора» (р. 774) (Lib. V, Ер. 43).

И о папе нужно молиться. Господи, просвети их! Трудно им смириться.