(один)

Могучий дух, ты всё мне, всё доставил,

О чём просил я. Не напрасно мне

Свой лик явил ты в пламенном сиянье.

Ты дал мне в царство чудную природу,

Познать её, вкусить мне силы дал;

Я в ней не гость, с холодным изумленьем

Дивящийся её великолепью, -

Нет, мне дано в её святую грудь,

Как в сердце друга, бросить взгляд глубокий.

Ты показал мне ряд живых созданий,

Ты научил меня увидеть братьев

В волнах, и в воздухе, и в тихой роще.

Когда в лесу бушует ураган

И повергает ближние деревья,

Ломаясь с треском, богатырь-сосна,

И холм её паденью глухо вторит, -

В уединенье ты меня ведёшь,

И сам себя тогда я созерцаю

И вижу тайны духа моего.

Когда же ясный месяц заблестит,

Меня сияньем кротким озаряя,

Ко мне слетают легкою толпою

С седой вершины влажного утёса

Серебряные тени старины,

И созерцанья строгий дух смягчают.

Для человека, вижу я теперь,

Нет совершенного. Среди блаженства,

Которым я возвышен был, как бог,

Ты спутника мне дал; теперь он мне

Необходим; и дерзкий и холодный,

Меня он унижает, и в ничто

Дары твои, смеясь, он обращает.

В груди моей безумную любовь

К прекраснейшему образу он будит;

Я, наслаждаясь, страсть свою тушу

И наслажденьем снова страсть питаю.

Входит Мефистофель.