Да, я один воздвигнул гору эту,

Пора признать мой труд! Спрошу я вас:

Кто мог бы дать красу земному свету,

Когда бы я не рушил и не тряс?

Среди лазури чистого эфира

Как выситься могли б вершины гор,

Когда бы их, на украшенье мира,

Не выдвинул могучий мой напор

В те дни, когда перед лицом великих

Хаоса с Ночью, предков жизни всей,

В порывах бурной юности своей

Я бушевал среди титанов диких

И Пелион и Оссу вверх, как мяч,

Шутя, кидал, отважен и горяч?

В безумстве мы собою не владели,

Проказы были в юной голове,

И дерзостно мы две горы надели

На верх Парнаса, будто шапки две!

С тех пор в жилище радостного Феба

И муз счастливых превратился он;

И даже Зевсу, громовержцу неба,

Приподнял я миродержавный трон.

С чудесной силой я и ныне

Из бездны вышел. Пусть цветет

На вновь воздвигшейся вершине

Младая жизнь, младой народ!