Умчалися в море разбитые льдины;

Живою улыбкой сияет весна;

Весенней красою блистают долины;

Седая зима ослабела: в теснины,

В высокие горы уходит она.

Туда она прячется в злобе бесплодной

И сыплет порою метелью холодной

На свежую, нежную зелень весны, -

Но солнце не хочет терпеть белизны;

Повсюду живое стремленье родится,

Всё вырасти хочет, спешит расцветиться,

И если поляна ещё не цветёт,

То вместо цветов нарядился народ.

Взгляни, обернись: из-под арки старинной

Выходит толпа вереницею длинной;

Из душного города в поле, на свет

Теснится народ, оживлён, разодет;

Погреться на солнце – для всех наслажденье,

Они торжествуют Христа воскресенье

И сами как будто воскресли они:

Прошли бесконечные зимние дни,

Из комнаты душной, с работы тяжёлой,

Из лавок, из тесной своей мастерской,

Из тьмы чердаков, из-под крыши резной

Народ устремился гурьбою весёлой,

И после молитвы во мраке церквей

Так сладостен воздух зеленых полей.

Смотри же, смотри: и поля и дорога

Покрыты весёлой и пёстрой толпой;

А там, на реке, и возня, и тревога,

И лодок мелькает бесчисленный рой.

И вот уж последний челнок нагружённый

С усильем отчалил, до края в воде;

И даже вверху, на горе отдалённой,

Виднеются пёстрые платья везде.

Чу! Слышится говор толпы на поляне;

Тут истинный рай им! Ликуют селяне,

И старый и малый, в весёлом кругу.

Здесь вновь человек я, здесь быть им могу!