Что ни надень, всё мучусь я хандрою,

И уз земных не в силах я забыть.

Я слишком стар, чтоб тешиться игрою,

И слишком юн, чтоб без желаний быть.

Свет ничего не даст мне, я уверен.

«Умерен будь! Лишь будь умерен!» -

Вот песня вечная у нас.

Она терзает наши души,

Её поют нам хрипло в уши

И каждый день и каждый час!

Встаю ли утром – ждут меня страданья:

Я убеждён, что долгий день пройдёт

И мне не даст, я знаю наперёд,

Ни одного достичь, ни одного желанья!

Мгновенье радости почую ли душой -

Вмиг жизни критика его мне разрушает

И образы, лелеянные мной,

Гримасою ужасной искажает.

Когда же ночь спускается и мне

С тоской в постель приходится ложиться,

Не знаю я покоя и во сне:

Мне сон жестокий будет сниться.

Тот бог, который жив в груди моей,

Всю глубину её волнует:

Он правит силами, таящимися в ней,

Но силам выхода наружу не дарует.

Так тяжко, горько мне, что жизнь мне не мила -

И жду я, чтоб скорей настала смерти мгла.