Иные говорят, что Рахиль украла их по расположению к ним. А я предполагаю противное, именно же, что похитила их с намерением и отца освободить от суеверия; потому что о ее благочестии дает знать и божественное Писание. Сказано:«помяну... Бог Рахиль, и услыша ю Бог, и отверзе утробу ея» (Быт.30:22). Ибо, услышав от Иакова: «еда вместо Бога аз есмь, Иже лиши тя плода чревнаго»(Быт.30:2)? – усерднейшую она принесла молитву Богу, и получила просимое. Да и родив, обнаружила свое благочестие. Сказано: «рече Рахиль: отъя Бог укоризну мою. И нарече имя ему – Иосиф, глаголющи: да придаст ми Бог сына другаго»(Быт.30:23.24). Посему, имея такую приверженность к Богу, могла ли служить она тем, которые не суть боги? Думаю же, представлено в этом и другое; потому что Иаков носил на себе образ Бога всяческих. И Бог имел два народа, – старшего, у которого было покрывало на сердце, и младшего, украшенного красотою веры. И Иаков имел две жены, Лию имевшую «очи болезненны», и Рахиль, «добрую видом, и красную взором зело» (Быт.29:17); и старшая была многочадна, а младшая бесплодна. Ибо иЦерковь из язычников древле была бесплодна, а после того стала многочадна. Сказано: «возвеселися неплоды нераждающая, возгласи и возопий нечревоболевшая, яко многа чада пустыя паче, нежели имущия мужа» (Ис.54:1). Итак, поскольку Церковь, уверовав в Спасителя Бога, с корнем исторгнула заблуждения предков, то Рахиль, будучи образом Церкви, украла отцовских идолов, чтобы и этим показать в себе тень истины.